Андрей Белянин – Стреляй, напарник! Дилогия (страница 58)
Парень хмуро оценил надетый Ашасом свой фирменный фартук с прикольной картинкой. Он купил его два года назад и до сих пор не надевал. Теперь у него была возможность увидеть со стороны, как этот фартучек будет смотреться на нём.
– Ни за что его не надену, – проворчал Саня и включил музыкальный центр.
Он на минуточку вышел, надел-таки спортивные штаны, отложил оружие в сторону и, вернувшись к гостям, достал из шкафчика банку мёда. После чего, усевшись на подоконник, распорядился:
– Официант, чай один раз хозяину квартиры!
Ашас, довольно заулыбавшись, охотно подхватил игру «близнеца»:
– Сию минуточку-с, милостивый государь, подадим-с в лучшем виде!
Пока двойник хлопотал над чайником, Александр решил скрасить ожидание незатейливой беседой, уточняя на ходу:
– Глупо спрашивать, как вы попали в квартиру. Наверняка у вас, товарищ лейтенант, в чемоданчике отмычки от любых замков и запоров?
Варя неопределённо пожала плечами и, скрывая улыбку, отхлебнула чай.
– Это был риторический вопрос. На самом деле меня интересует, какого лешего вы вообще здесь делаете. И почему не предупредили, что придёте?
– А как тебя предупредить? – чуть виновато удивился Всеволод. – У тебя же телефон отключён. Как ни позвонишь, ты всё время вне зоны доступа.
– Так он, наверное, до сих пор новый мобильник не купил, – догадалась Варвара. – Так ведь, Тимохин?
Тот густо покраснел и вместо ответа начал сосредоточенно поглощать оладьи, макая их в мёд.
– Ваш чай, сударь! – вовремя подоспел «официант».
– Благодарю, милейший. Вот, получи. – Забрав чашку, Саня шлёпнул в протянутую ладонь ложку мёда.
– О! Премного благодарны, ваше благородие-с! – Ашас изящно слизнул мёд и вернулся к плите.
– Детский сад, – с улыбкой проворчала Варя.
– Ну да! Такое бывает, – с каким-то сожалением поддержал Долгоруков. – Некоторые индивиды физически развиваются быстрее, чем умственно и морально. Отсюда несовпадение поведенческой линии с возрастной составляющей. И как следствие…
– Да помолчи ты уже, зануда, – осадил его Тимохин, и метко кинутый оладушек врезался блондину в лоб, отскочил и плюхнулся в его чашку, расплескав горячий чай.
– Ах ты, своло… – Оскорблённый Всеволод вскочил со стула, собираясь преподать метателю оладий урок вежливости.
– А ну, тихо все, – не очень громко, но строго прикрикнула лейтенант, хлопнув ладонью по столу.
Окрик подействовал, конфликт погас, не успев разгореться.
– Мог бы быть и погостеприимней, мы ведь пришли узнать, как твоё самочувствие. Помнится, после той ночи на тебе живого места не было.
Хозяин соскочил с подоконника и, разведя руки, повернулся кругом, демонстрируя своё исцелённое тело. Действительно, после событий в кафе «Гэлакси» и ночного тарана, устроенного им Карпухиной, Александр мог двигаться только под воздействием сильнодействующих препаратов.
Но в преддверии большого вторжения Комитету предстояло много работы, а штат по-прежнему был недоукомплектован. Поэтому требовалось, чтобы максимальное количество сотрудников оставалось в строю. Даже внештатные, с их неполным обучением. В связи с этим руководство Комитета приказало медицинскому отделу не жалеть средств и усилий для восстановления всех раненых, больных или как-то ещё пострадавших сотрудников для возвращения последних к оперативной работе.
Приказ есть приказ. И Тимохина в числе остальных за три дня так восстановили, как в ином медицинском центре не смогли бы и за три месяца.
– Выглядишь молодцом! – похвалила девушка. – Думаю, медикам в копеечку влетело такое чудо.
– Главное, чтобы эту копеечку не высчитали из его жалованья, – подковырнул Ашас.
– Типун тебе на всю задницу! – Саша три раза сплюнул через левое плечо и постучал по подоконнику.
– Он же пластиковый! По дереву надо было, – опять влез с подсказками неуёмный Долгоруков.
– Не занудствуй, – отмахнулся напарник. Вернувшись к чаю и оладьям, он постарался направить разговор в деловое русло. – Так что вам от меня понадобилось кроме заботы о моём самочувствии?
Лейтенант отодвинула чашку, вытерла губы и пальцы салфеткой и, сев боком к столу, чтобы видеть всех членов своей группы, приступила к изложению:
– На повестке дня подготовка к грядущему вторжению массовых сил противника из-за граней.
– Можно поменьше пафоса? – прервал её Тимохин. – Все же свои, к чему официальность?
– Дурак, – беззлобно огрызнулась Варя. Однако продолжила с минимумом патетики: – Допрос Карпухиной дал нам полную картину предстоящих действий. Теперь мы знаем дату вторжения, примерное время, места и главные цели врага.
– А за достоверность можно ручаться? – опять прервал её Саша, многозначительно глянув на Ашаса. – Помнится, кто-то давал чистосердечные признания, но по факту на поверку оказалось, скрыл важную инфу. Я бы даже сказал, жизненно необходимую.
– За это он уже получил по шапке, – напомнила лейтенант. – У него последнее китайское предупреждение. В случае следующей попытки обмана или недоговорённости…
Варвара провела пальцем по горлу, адресуя жест эмиссару. Двойник Тимохина тревожно сглотнул и печально потеребил ошейник с рунами.
– Однако за то, что в критический момент он собственноручно застрелил демона-телохранителя и тем самым, возможно, спас нам всем жизнь, ему предоставлен последний шанс доказать свою лояльность к человечеству.
Эмиссар вытянулся по стойке «смирно» и, приложив кулак к груди, склонил голову:
– Ave, Comitetys, morituri te salutant!
Скептически качая головой по поводу его выкрутасов, лейтенант ещё раз вспомнила детский сад и вернулась к Тимохину:
– А что касается достоверности, то его признание об устаревших методах допроса были взяты в расчёт. Внесены поправки, и допрос Карпухиной вёлся уже новыми методами, с максимальной подстраховкой. Так что процент достоверности максимально высокий.
– Максимальная подстраховка, максимальный процент, – передразнил парень. – Я вижу, слово «максимум» у тебя сейчас наиболее любимое.
– Тимохин, не нуди! Дай договорить спокойно.
Александр кивнул, показывая готовность молчать и слушать.
– Так вот, – продолжила Варвара Андреевна. – Поскольку Надежда являлась координатором диверсионной деятельности в нашей области, Комитету удалось обезопасить свою территорию. Астраханские граничары будут отражать нападения из-за граней, не опасаясь ударов в спину. Совсем другая обстановка у наших соседей. Волгоградской области придётся отбивать нападение с двух направлений. Но там вроде бы своих сил хватает, так что за них можно не опасаться. Однако со слов Карпухиной, которые подтверждаются показаниями представителей вампирской гильдии и ещё кое-каких источников, наиболее массированные атаки будут производиться в Саратове и области. Так вот тамошнему филиалу Комитета своих сил может не хватить. Поэтому туда будут откомандированы ударные группы из других регионов, которые смогут выделить бойцов на усиление. В том числе и из нашего. Насколько я слышала, сам Анатолий Викторович туда собирается со своею группой. В полном составе.
– Офигеть! – воскликнул внештатник, соскакивая с подоконника. – Полным составом они укатят. А кто здесь отбиваться будет, если вдруг какая-нибудь непредвиденная ситуация?
– А ты сам-то как думаешь?
Тимохин поморгал, пытаясь сообразить, что имела в виду лейтенант. Когда же до него дошло…
– Растудыть вашу в качель, три кило печенья! Надеюсь, вы это не серьёзно?!
– Вполне серьёзно, – обрушила его надежду Варвара. – А иначе зачем Комитету столько средств тратить, восстанавливая тебя и тебе подобных для возвращения в строй?
– Чтобы нашим здесь помогать! Это ещё куда ни шло. Но не заменять же их полностью!
– Придётся, – безапелляционно констатировала девушка. – Отряды Нигматулина возьмут под контроль всё левобережье. Нам же, оперативным группам и внештатникам, предстоит вести патрулирование на правом берегу.
– Слышал, Долгоруков? Мы в кафе чуть богу душу не отдали, и на тебе, снова под танки бросают! А платят, между прочим, всё так же, жалованье внештатника.
– За это не беспокойся, на время военного положения оклады всем удвоят.
От такой приятной новости оба напарника посветлели лицом.
– По нашему календарю начало вторжения запланировано в ночь с тридцатого апреля на первое мая. Так что у вас целых три дня на подготовку.
– То есть всего три?
– Ну не мы же сроки назначали.
Всеволод, услышав дату нападения, задумался, что-то припоминая.
– Ага! Точно, – встрепенулся он. – Это же ночь святой Вальбургии!
– Чего? – опешил Тимохин.
– Вальпургиева ночь, – охотно пояснил Долгоруков. – В некоторых западных странах она называется Ночь ведьм, или Ведьмин костёр. В дохристианский период это был просто праздник весны. А теперь его связывают с ведьмами и нечистой силой.
– Очень интересно, – натянуто усмехнулся Александр. – Видать, организаторы нападения решили отпраздновать по полной и сотворить нам аналог Армагеддона! А чего, все любят красивые даты.