Андрей Белянин – Меч, магия и челюсти. Дилогия (страница 46)
Вдали показался стан чёрных рыцарей.
По тактической договорённости люди Рока и Даго должны были дождаться окончания воздушной операции и затем атаковать паникующего врага.
Появление дракона в воздухе над лагерем противника сначала вызвало удивление и любопытство, но, когда снаряды базуки стали крушить палатки громом и молнией, фигуры рыцарей задвигались быстрее.
Тогда и настало время пускать дезинформацию, чтобы уцелевшие передали её в Сканданию, — следовало отбить у этого воинствующего народа желание выступать против Ландирии. По заранее подготовленному и проштудированному сценарию дракон опустился ниже, замедлил ход, издал страшнейший рёв (чуть не поперхнулся, но никто не заметил) и громко-громко объявил следующее:
— Витанги, что же вы такое делаете, мать вашу! Вместо того чтобы орошать своих жён, вы обагряете эту священную землю кровью детей моих — ландрийцев!
— Кто ты такой? — донеслось снизу.
— Я — жена вашего могучего бога Братона! Стыд и позор, как вы смели не признать меня, смерды!
Возмущение «жены» резко отозвалось внизу взрывом очередной партии ручных гранат.
— Признали, признали мы тебя, великая мать, жена кровожадного бога!!! — взмолились внизу. — Просто жрецы никогда не рассказывали нам, как ты выглядишь! Прости нас, грешных!
— Братон и я разгневаны на вас и ваших жрецов! — Дзог с упоением играл свою роль, ибо находил мгновенный отклик среди публики.
— О, прости нас, великая мать! Жрецы не говорили, что народ Ландирии — твои чада, но теперь мы и сами это поняли!
На этом заготовленный Барди текст, собственно, заканчивался, и крылатый актёр бросился импровизировать:
— Итак, грешники, слушайте внимательно!
— Слушаем тебя, о разгневанная жена Братона!
— Я велю вам сделать три вещи, и если вы не поступите в точности, как я вам сейчас повелю, то знайте: гнев моего мужа в тысячу раз превосходит мой гнев!
Ещё три гранаты, для «закрепления понимания».
— О великая жена, не кидайся! Пощади нас, мы сделаем всё, что захочешь!
Дзог смело приземлился посреди лагеря, Барди прятался на его спине, прикрываясь крыльями. На периферии шла резня, а здесь, в центре, оставалось человек десять довольно знатного вида. Все его внимательно слушали, пав ниц.
— Значит, так, первое — вы все идёте в Сандирию; второе — если в Сандирии есть ваши жрецы, устраиваете им на самой большой площади публичную порку...
— Но... великая мать!
— Я что, непонятно говорю?!
— Понятно, великая мать! Публичную порку, великая мать! Всех жрецов, великая мать!
— Молодцы. И, в-третьих, после порки разъясните им, что Братону надоели кровавые жертвы! Вы ни черта не разобрались, чего моему мужу надо! У него изжога от ваших трупов, понимаете вы это или нет?!
— Изжога, великая мать, понимаем!
— Ему теперь после вашего меню можно только кашу есть, вы знаете, что такое каша, или вам разъяснить?
— Кашка, великая мать, крупа, масло и молоко, великая мать, знаем, великая мать!
— Поэтому слушайте последнее моё веление, идиоты: теперь вы сидите в своей Скандании, разводите коров и выращивайте злаки. Всё, возражения не принимаются. Я лично прилечу — проконтролирую. Будете бузить — крышка всем, пасть порву, понятно?
— Пасть порвёшь, великая мать,! Как не понять!
Дзог встал на задние лапы и проорал:
— Воины Ландирии, откройте коридор для сканданских посланников!
Барди сполз с дракона и показал мокрым от страха витангам, куда идти. Проводив взглядом некогда несокрушимых врагов, Дзог взлетел и гордо взглянул сверху на поверженный лагерь.
— Браво, король, они купились, хвост даю, купились с потрохами!
Силы освобождения объединились в условленном месте.
— А если им никто не поверит? — высказал свои опасения сержант. — Знаете, как это бывает, объявят их дезертирами и, долго не разбираясь, повесят на первом дереве. Законы военного времени!
— Да, это возможно, — согласился Барди, — поэтому по сегодняшней схеме надо продвигаться и дальше, не будем надеяться только на везение.
— Правильно, — поддержали сотники. — Пускай они не только слышат о гневе богов, но и видят его.
— А правда, ребята, я сыграл прекрасно? — Дзогу хотелось оваций.
— Да, дружище, очень убедительно, они и впрямь в штаны наделали. Поздравим же друг друга с очередной победой! — произнес король, пожимая руки командирам и похлопывая по плечу шофера джипа, одного из парней Рока. — Все хорошо потрудились, все молодцы. Итак, ближайшие окрестности очищены от врага, надо решить, что делать дальше.
— Предлагаю вернуться домой и немного передохнуть. — зевнул Дзог. — Я устал как собака.
— Все устали, это не аргумент, — ответил Барди. — Что ты можешь добавить, Рок?
— Есть три варианта: вернуться домой, войти в Сандирию или продолжать преследовать врага на территории Кирикии.
— Я не слишком хорошо знаю эту страну, — отозвался Даго. — Основные силы врага прибывают из Сандирии, следовательно, надо бы остановить этот поток там. У чёрных рыцарей, ушедших в Кирикию, и без нас дел будет предостаточно: кирикийцы — славные воины.
— Предложение Даго рационально, — после некоторого раздумья констатировал Рок Свенсон.
— Разделяю ваше мнение, — присоединился Барди. — Как говорится, раз уж прищемил змее хвост, надо раздавить и голову.
— Опять летать? — вознегодовал Дзог. — Еще денёк-другой, такой, как сегодня — и от меня останутся рожки да ножки. Попробуй ущипни, капельки жира не осталось. Зима только началась, а я уже мёрзну!
— В Сандирии будет теплей, — успокоил его молодой король. — Кроме того, тебе предстоит сыграть ещё какое-то количество сегодняшних дублей в роли великой матери, жены бога Братона. И не забывай, впереди у тебя встреча с Гейлой, мамой твоих будущих деток.
— Веский довод, — ответило задумчивое чудище. — Ты всегда находишь, чем меня купить. Как представлю себе, что этот старый пень Горо натопил печку и валяется в постели, смакуя копчёное филе сёмги, а я мерзну тут во имя общего дела, к которому драконы вообще никакого отношения не имеют, меня просто трясти начинает!
— Да ладно тебе! — успокоил Барди. — Маленькие дракончики заслуживают забот и сражений, да и грузовик с бараниной для тебя уже прибыл.
— Да, что делать, если у меня такой мягкий характер. Гейла тоже вертит мной, как хочет, — покачал головой дракон, направляясь к грузовику. — Эй, ты, чего зеваешь? — крикнул он слуге, который сидел в кузове. — Вынимай еду, а то я тебя съем!
Король Барди поставил часовых, и над лагерными кострами поплыл дух жареных домашних колбасок. Настроение было приподнятым, выданные главнокомандующим бутылки виски пошли по кругу. Воины затянули популярную ландрийскую песню, бойцы Рока тоже не остались в долгу. Гимн Америки, прославляющий Дядю Сэма, смешался с местными маршами. Потом все закутались в шерстяные одеяла, и под бледными лучами ночного светила разнёсся здоровый храп...
Поутру маленькая армия быстро дошла до пограничной заставы, вернее сказать, до того места, где она была раньше... Разведка установила, что крепость Диотемия пала. Базарная площадь кишела чёрными рыцарями, местных жителей видно не было — возможно, кто-то из них успел спрятаться. Судьба правителя Сандирии была неизвестна. Берег ломился от вражеских кораблей.
— Слишком, слишком много врага даже для нашего несокрушимого отряда, — резюмировал Свенсон.
— Всё равно надо гнать их, не мытьём, так катаньем! — высказался Дзог.
— Да, — подтвердил Барди. — И продолжать гнуть линию психологического наступления.
Сошлись на том, что сразу все скопления витангов побить не удастся. Первый удар следовало нанести по средствам передвижения войск, то есть ликвидировать их корабли. Для того чтобы паника успешно распространилась, одновременно решили устроить в замке Диотемия пиротехническое шоу — явление «гневной супруги Братона».
— Сейчас бы сюда Горо с его магией... — вслух размышлял Дзог.
— Ну нет, — упёрся рыцарь. — Хочешь магических осечек, сырого пороха и дезориентацию в пространстве? Будет Горо — будет всё это и даже больше!
— Ты прав, пусть лучше он тихо шарлатанствует в нашем замке, а вернёмся и пожурим старого как следует, зато здесь проблем не будет.
— Браво, Дзог, а теперь пора заняться разработкой дубля номер два твоего божественного номера.
Тем временем сержант Рок решал со своими бойцами, как пробраться к вражеским кораблям, снять охрану, погрузиться в воду и установить на них взрывчатку. Здесь особый фейерверк и не требовался — главное, сделать пробоины и затопить корабли. Непререкаем авторитет командира — его молча слушали и так же молча готовы были выполнять приказы.
В лагере бывших актёров разгорелась творческая дискуссия. Барди делал ставку на дымовую завесу и отвлекающие внимание взрывы. Исполнитель главной роли закатывал глаза, пытаясь объяснить «глупому потомку безволосых обезьян», что чрезмерные спецэффекты свидетельствуют о дурном вкусе, они не дадут раскрыться всей его театральной мощи и просто смажут впечатление...
Замок поверженного Диотемия использовался в двух целях: во-первых, там по-прежнему работал продуктовый рынок, во-вторых, поближе к съестному в безопасных комфортабельных постройках размещалось высшее командование витангов, прибывшее на тот момент в Сандирию. Территория замка тщательно охранялась даже при очевидном для витангов отсутствии посторонних угроз.