Андрей Белянин – ЧВК Херсонес. Том 2 (страница 22)
– Ну, если вопрос стоит прямо вот так… Хотел бы сказать, что ребята – это лучшая команда, о которой только можно мечтать. Герман Земнов – надёжный и верный товарищ, на чью помощь я всегда могу положиться. Светлана Гребнева – высокий специалист, чьи умения были невероятно полезными во всех наших экспедициях! И да, у неё не только прекрасная грудь, но и вообще божественная фигура… Кхм! Я понимаю, что речь не об этом. Но если вам нужно знать роль Денисыча в наших походах, то…
Директор молча указал нам пальцем на выход. Видимо, мы его реально достали.
– Подите вон все, кроме Грина.
– То есть именно я…
– То есть именно вы можете остаться. Но признайтесь, Грин, вы действительно не имеете ни одной претензии к прочим сотрудникам?
– Ни одной.
– А я говорил! – вдруг грозно вскинулся Феоктист Эдуардович, едва ли не подпрыгивая на месте. – Я сразу вам говорил, что это наш человек! А вы?
Никто не подтвердил, что был против. Дураков нет. Я тоже, если что, был не дурак. Не дебил, не идиот, не кретин и не даун. Хотя, прошу прощения, теперь все эти слова считаются неприличными, ибо по определению диктуют медицинские диагнозы. И конечно, я не врач, чтоб безоглядно бросаться такими терминами, но в свой-то адрес разрешается…
– Прошу прощенья, но можно ли нам отдохнуть после задания?
Шеф безмятежно отмахнулся: конечно можно, развлекайтесь, ребята! Мы вышли из кабинета все вчетвером, золотого коня пришлось оставить, хотя Герман пытался его зажать.
Увы, начальство проявило твёрдость, и наша банда отправилась в сад.
Завтрак был накрыт, а учитывая, что от ужина я вчера отказался, мой желудок начал издавать приглушённое бурчание голодного мамонта. На этот раз, впрочем, как и обычно, на столе лежали свежие фрукты, два вида сыра, мёд, белый хлеб, сметана, масло и большущие турецкие оливки. В центре высился стеклянный кувшин воды со льдом и лимоном, но все с готовностью повернулись к Дине, который уже откупоривал первую амфору:
– Не знаю, кто как, а мы опять нагнули, мать её, историю! Ещё один древний артефакт, по чести, наш. Подставляй бокалы, сотруднички!
Прохладное белое вино как нельзя лучше освежало, даря бодрость и энергию. Хотя обычно у полиглота в сумке красное. Неважно. Помните, есть поговорка: «С утра выпил – весь день свободен!» Так вот это не про Крым и не про музейных работников. После первого же бокала я набросился на еду, словно голодал неделю.
Светлана почти ни к чему не притронулась, она бережёт фигуру. Пара оливок, небольшая кисть винограда, ломтик белого сыра – и всё. Земнов всегда заправлялся основательно, для его могучих мышц утреннее топливо было важнее всего. Ну а наш весёлый пьянчужка, как всегда, только пил и лишь изредка закусывал чёрными сливами или белым хлебом.
«Посидим, попьём вина… – вдруг вспомнилось мне, – закусим хлебом или сливами…»
– Ты о чём, бро?
– Так, осторожно цитирую Бродского.
– Иосифа? – понимающе закивал Денисыч, баюкая полупустую амфору. – Кучерявый такой, тощий и курит как не в себя? Был он у нас, фоткался в Севастопольской бухте. Даже в музей заходил, выпивали, экспонаты смотрели, мы ему тут на память римскую монетку подарили. Вот у него соответственные стихи и попёрли.
– Ты-то откуда знаешь? Тебе сколько лет тогда было?
– Да все про это знают!
– Ну вот врёшь ведь и не краснеешь.
– Саня, чо ты до меня докопался? – уже почти обиделся наш знаток древних языков. – Пошеруди в инете, там написано: был Бродский в Крыму! А то сразу: врёшь, врёшь…
Я махнул на него рукой, всё равно толку по нулям, и повернулся к Герману:
– Тот золотой конь, что мы нашли в скале Волошина, он… он, собственно, что?
Великан поднял на меня неуверенный взгляд. Я помотал головой и попытался конкретизировать вопрос:
– Это какой-то древний механизм, биоробот, инопланетные дары землянам? Как он работает? По принципу игрального автомата или карусели? Бросил монету – и поехали? Весь его корпус покрыт золотыми пластинками, что защищает и обеспечивает работу всех частей – ног, головы, шеи. Допустим, это я могу понять. Но та скорость и сила, с которой он носил меня по пляжу, километров сорок – пятьдесят в час, – это же практически нереально.
– Что же ты хочешь услышать от меня?
– То, что даже современные технологии не позволяют нам создать нечто подобное. А ты изучал все легенды об этом коне. Его искали не только и не столько из-за золота, верно?
– Ты прав, – без малейшей заминки согласился Герман. – Поэтому я и хотел забрать его в свою комнату для полноценного изучения. История этого, с позволения сказать, механизма теряется в глубине веков. И нет, он не был создан на Крымском полуострове. Лично я склоняюсь к тому, что его путь начался в песках Аравии или в низовьях Египта. Он мог быть завезён со звёзд. А уж царь Митридат через десятые, если не сотые, руки приказал придать этой машине подобие и вид коня.
– А золото сразу снимает все вопросы, – признал я. – Люди гонялись за внешней формой богатства, мало интересуясь тем, что находится под драгоценной оболочкой.
– Но мы – музейщики. Нам неважно, сколько можно получить за продажу такого раритета. Мы должны понять, изучить, описать его и выставить на витрину для всего человечества.
– Мальчики, почему вы такие скучные? – томно протянула наша Афродита, ложась грудью на стол и протягивая мне руки. – У нас выходной. Александр, вы не составите мне компанию по походу в центр? Этот пьяный дурак испортил уже два моих белых платьишка, и теперь я хочу новые-е…
Разумеется, я кивнул и чуть не застонал от боли: резкая вспышка буквально обожгла затылок. Со вчерашнего дня голова не проходит, может, давление? Ладно, приму таблетку – и вперёд. Отказаться от перспективы прогуляться по приморскому городу в обществе такой красавицы не смог бы ни один мужчина. Уж я так точно!
…Когда через полчаса (девушки быстрее на выгул не собираются, Светлана ещё рекордсмен в этом смысле) мы вышли за ворота, там уже стояло жёлтое «рено» с шашечками такси. Мы сели в машину, оба – на заднее пассажирское сиденье. Но стоило водителю дать газ, как я отметил в зеркальце бокового вида двух мотоциклистов в чёрной коже, глухих шлемах, сорвавшихся за нами вслед. Как же они всех нас забодали!
– Кто забодал, дорогой? Только скажи! – не оборачиваясь, улыбнулся возрастной тощий, как изобретения да Винчи, водитель, заросший чёрной щетиной до самых глаз, демонстрируя нам нереально длинные и белые клыки.
Кажется, мы попали не в то такси…
– Ты опять пустила по их следу байкеров…
– Это вопрос или утверждение?
– Скорее, некоторое недоумение.
– Мы вроде закрыли эту тему.
– Но этого почему-то не произошло.
– Ты просил, чтобы я разорвала с ними все отношения.
– Ну и?
– Я так и сделала. А то, что они сейчас преследуют Грина, – это их личная месть.
– Но он не один в машине.
– Богиня всегда сможет позаботиться о себе.
– Если она хотя бы оцарапает пальчик, это может вызвать неконтролируемые…
– Фу, какой ты нудный!
– …последствия. Нам невыгодна прямая конфронтация и…
– И ещё душный!
– Ты не слушаешь меня…
– И токсичный!
– Есть только один способ всё это прекратить…
– Да! Сделай мне больно!
– Милая, на нас и так смотрят как на двух извращенцев.
– Двух в одном? Это возбуждает…
– Как же ты меня достала!
– Просто опусти руку…
– Ладно, где у тебя эта штучка, на которую надо нажать?
– А-а-ах… да, чуть ниже… именно там…
– Афродита, счастье моё, сколько лет мы не виделись, э? – жутковатый таксист фамильярно подмигнул Светлане, видимо прекрасно зная её служебное прозвище.
– Арсен, я тебя умоляю, от силы пару месяцев.
– Воистину, они показались мне столетиями!
Моя спутница устало закатила глаза, всем видом показывая, как ей тяжело переваривать дежурные комплименты.