Андрей Белов – Неполная перезагрузка (страница 4)
Завершив обследование книжных полок, маленький Саша укоризненно посмотрел на родителей и тяжело вздохнув, взял учебники по математике, физике и биологии.
Посмотрев на сделанный его сыном выбор, отец удивился и предложил:
— Саш, тебе еще рано читать эти учебники. Ты в них ничего не поймешь. Мне через неделю по работе надо будет съездить в Саратов. Давай я привезу тебе от туда хороших детских книжек.
— Нет, пап не надо. Я все равно их читать не стану. В детских книжках совсем нет ничего интересного.
— Ну, как знаешь. Только учти, что возможность побывать в Саратове в следующий раз у меня будет не скоро.
— Хорошо бы у меня была детская энциклопедия, — не совсем уверенно сказал Саша.
— А, ты разве знаешь, что такое энциклопедия?
— Да, я по телевизору слышал, что это такие большие книги, в которых написано почти обо всем понятным для детей языком.
— Саш, но энциклопедии, как и учебники, которые ты взял, рассчитаны на детей школьного возраста, а ты еще слишком мал для того, чтобы их читать.
— А я все же думаю, что смогу в них разобраться и такие книги мне будет читать действительно интересно, — упрямо продолжал настаивать на своем Саша.
— Детская энциклопедия состоит из большого количества томов и стоит дорого. Как ты думаешь, мать выдержит наш семейный бюджет такую покупку? — обратился уже к Лене отец.
— Раз ему так сильно хочется, ну что делать, давай купим эту энциклопедию. Если сейчас он читать ее не сможет, то ничего страшного, ведь в школе она ему все равно пригодиться. А на счет денег, так мы все равно Саше на пятилетие собирались покупать хороший подарок. Вот из денег, что я на подарок отложила и купим. Конечно, придется добавить, но ничего, как-нибудь выкрутимся.
— Ну, хорошо, посмотрю в Саратове энциклопедию. Хотя маловероятно, что она будет в продаже. Саш, а если энциклопедии в магазине не окажется, может все же мне тебе купить детских книжек?
— Нет, не надо. Зачем зря деньги тратить? — уверенно ответил Саша.
На последние слова сына родители ничего не сказали, только улыбнулись и переглянулись. Им показалось забавным, как серьезно рассуждает о деньгах этот совсем еще маленький мальчик.
Саша же погрузился в чтение, отобранных им учебников. Отец думал, что Саша вскоре бросит это занятие, так как учебники просто обязаны были показаться ему скучными и непонятными, но вышло по-другому. Саша действительно оказался способен их читать. Причем он не просто бездумно читал, как сказки, когда упражнялся в чтении, а старался досконально разобраться в прочитанном. В связи с этим он буквально забрасывал родителей совсем не детскими вопросами. Ответы на которые порождали целую цепь последующих вопросов. И родители почти сразу поняли, что им не удастся отделаться обычными ответами. Вроде, таких как традиционный ответ на вопрос: "Откуда берутся дети?". Ни аист, ни капуста с их сыном бы не сработали. Он сразу чувствовал фальшь. Правда, родителям не пришлось разъяснять Саше, откуда берутся дети, так как на их счастье он разобрался с этим вопросом самостоятельно при помощи учебников по биологии. Но им все равно доставалось, так как давать малолетнему сыну объяснения по многочисленным весьма сложным вопросам оказалось совсем не просто.
Через некоторое время Лена даже предложила:
— Может нам стоит отдать его в школу пораньше, раз Саша так тянется к знаниям, хочет учиться. Пусть его учителя по всем правилам как надо учат. Глядишь и нас поменьше своими вопросами донимать станет.
— Ничего не выйдет. Сейчас он осваивает только то, что ему интересно, а то, что его не заинтересовало, он просто пропускает. Не станем же мы Сашку в таком раннем возрасте заставлять учить какие-то вещи насильно? Несмотря на его, весьма обширные познания, навыки и умения вряд ли ему удастся сдать экстерном хотя бы программу первого класса. Так что, к сожалению, ему придется в обычном возрасте идти в первый класс.
— Ну и хорошо, я всегда хотела, чтобы наш Сашенька не выделялся среди остальных детей.
— То, что он пойдет в школу в обычные установленные сроки совсем не означает, что он будет выглядеть как все. Ты подумай, каково ему будет учиться, зная программу обучения процентов на семьдесят, а учителю как учить такого ученика в одном классе вместе с остальными учениками? Большую часть времени ему будет в школе просто скучно.
— А ведь и, правда, но тогда нам надо что-то с этим делать.
— Да ничего мы с этим уже не сделаем. То, что ему захотелось освоить из программы начальной школы, он уже освоил. Теперь же наш Саша только то и делает, что приобретает знания в основном в области естественных наук. Я даже сказал бы техники и почему-то биологии и анатомии. Причем и эти его познания не являются систематическими. Многое он по своему усмотрению пропускает. Так, что в первый класс нам придется отдавать ученика по своему интеллектуальному развитию частично соответствующего чуть ли не ученику старших классов. И вся наша проблема будет состоять именно в том, что соответствовать он будет лишь частично.
Несмотря на то, что отец Саши обошел все книжные магазины не только в Саратове, но на обратном пути еще и в Энгельсе, найти в продаже детскую энциклопедию не удалось. Поэтому Саша на свое пятилетие получил в подарок детский трехколесный велосипед.
Утром, увидев у своей кровати велосипед, сильно обрадованный Саша, тут же кинулся его разбирать.
— Сашенька ты же еще на своем велосипеде даже ни разу прокатиться не успел. Он же совсем новый и совершенно исправный. Зачем же его разбирать? Может тебе лучше сначала на нем поездить, — стала уговаривать сына мать.
— Я хочу посмотреть, как он устроен.
— А если папа потом не сможет его собрать? Второй велосипед мы тебе сейчас купить не сможем, у нас нет столько денег.
— Зачем папа будет собирать мой велосипед? Я сам его соберу, — уверенно ответил Саша, продолжая столь же уверенно быстро и ловко орудовать гаечными ключами.
В это невозможно было поверить, но он действительно сам без посторонней помощи потом собрал свой велосипед. Причем очень быстро. До этого случая Саша никогда не собирал разобранных им игрушек. Родители поняли, что не собирал он их вовсе не потому, что не мог этого сделать, а потому, что в дальнейшем не собирался в них играть. На велосипеде же он подолгу и явно с большим удовольствием катался.
В школу Саша пошел, как и большинство обычных детей в семь лет, но вопреки ожиданиям родителей отличником не стал. Как и предполагал отец, в школе ему учиться было скучно. Он с трудом отсиживал уроки, на которых его одноклассники учились тому, чем он уже давно владел в совершенстве.
С одноклассниками нормальных отношений не сложилось. То, что было важно для них, интересовало их, совсем не интересовало его. Если же он пытался с кем-либо поговорить о том, что было интересно ему, то встречал только полное непонимание. Чаще всего его одноклассники просто не имели в своем словарном запасе тех терминов, которые при разговоре употреблял Саша.
Кроме этого возникла проблема и с учительницей. Саша ее просто раздражал тем, что был способен читать и писать со скоростью ученика средних классов, а считать в уме вообще едва ли не лучше ее самой. Поэтому ей особую радость доставляло заставить его вместе с остальными учениками раскладывать на парте кучками счетные палочки или составлять из отдельных, нарисованных на картонных прямоугольниках букв слова типа "мама", "папа" и тому подобные. При этом она следила за тем, чтобы он неукоснительно выполнял все ее задания так, как больше ни за кем из детей в классе не следила. Она даже усадила его на первую парту прямо перед своим столом только для того, чтобы ей было легче его контролировать. В результате большинство уроков для Саши превратились в самые настоящие издевательства.
Если с раскладыванием счетных палочек и составлением слов он хоть и с отвращением, но легко справлялся, то с другими вещами у него ничего не получалось.
Саша до школы почти два года пока изучал учебники Алексея, делал из них выписки, часто записывал пояснения, которые давали ему родители. В результате к семи годам он обладал уже сложившимся почерком, который по своему виду был больше похож на почерк взрослого человека, чем ребенка. Но на его беду он обзавелся неразборчивым, корявым и совсем некрасивым почерком. Хотя, как известно, изменить уже установившийся почерк практически невозможно, учительница Саши заставляла его старательно выводить в тетради огромное количество палочек, кружочков, петелек и тому подобного. Он же раз, за разом начиная новую строчку, первые несколько знаков старательно выводил, но затем неизбежно сбивался на обычный свой почерк и соответственно получал очередное замечание и плохую оценку.
Однако наибольшее количество плохих оценок Саша получал не за то, что коряво писал или в тетради отступил на одну строку меньше чем сказала учительница, а за то, что не мог наизусть пересказать определение или стихотворение. Происходило это возможно потому, что, по всей видимости, мозг его был устроен не совсем, так как у остальных людей. Его мозг отказывался запоминать информацию не несущую смысла. Если же информация все же имела смысл, то все равно Саша мог ее пересказать, но только своими словами, что, разумеется, ни одного педагога устроить никак не могло.