Андрей Басов – Сказки старого дома 2 (страница 16)

– Мичман Джекки Харрисон, – у меня за спиной тихо произносит сэр Виктор. – Пошли.

Уносим карты и судовой журнал. Матросы волокут бочонки с порохом. Разжигаем огонь и уходим. Пока плывем на шлюпках ко второму кораблю, листаю судовой журнал. Вот где видна военная дисциплина и скрупулезность. Полный реестр. Даты, координаты, названия потопленных кораблей…

Высаживаемся. Общая картина та же. Та же, да не совсем. Копаемся с сэром Виктором в капитанской каюте. Судовой журнал тоже полон записей. Влетает Спири.

– Сэр Виктор, необычная ситуация! Двое совершенно целых.

– Вы же знаете, Спири, что с ними нужно делать в этом случае. В чём проблема?

– Знаю, сэр Виктор, но эти не простые. Я подумал, что вы, может, пожелаете поговорить с ними прежде, чем мы их отправим по назначению.

– Что значит «не простые»?

– Один говорит, что капитан, а другой – какой-то чуть ли не лорд из Лондона.

– Что вы говорите? И как им удалось уцелеть?

– Во время обстрела были в каюте правого борта кормовой надстройки. Туда картечь не достала.

– Спасибо, Спири, очень интересно. Ведите нас.

И в самом деле. Большая каюта совершенно цела. Навстречу нам поднялись со стульев два человека. Один – лет сорока, среднего роста, с военной выправкой. Второй – полноватый господин лет пятидесяти в буклях на голове. Кого-то мне напоминает эта презрительно оттопыренная нижняя губа.

– Вот так сюрприз! – воскликнул сэр Виктор, входя в каюту. – Капитан Фрезер! Я почему-то думал, что вы в патрулировании вдоль архипелага Альберта. Да и видел вчера ваше отплытие. И вдруг вы здесь и не в военной форме! Как это?

– Я всё объясню.

– И вот это объясните? – и сэр Виктор швыряет на стол судовой журнал. – Увольте. С вами и так всё ясно.

– А вы кто такой?

– Сэр Стенли Хаксли – второй заместитель первого лорда Адмиралтейства.

– Роберт Хаксли – губернатор Альберта – ваш родственник?

– Родной брат. Старший.

Вот кого он мне напоминает! Одного поля ягоды!

– И как вы, сэр здесь оказались и чем подтвердите вашу личность?

Хаксли-младший вытащил из шкафа шкатулку и трясущимися руками пытается ее открыть. Отбираю у него ключ и открываю сам.

– Не врет. Есть даже патент на должность. Можно было бы усомниться, его ли это документы, но рожа не позволяет. Такая же гнусная, как и у его брата. Точно Хаксли!

– Как интересно: чиновник адмиралтейства – и на пиратском корабле! Да ещё при этом не в качестве пленника, а в шикарной каюте. Что тут можно подумать и что следует сделать, Серж?

– По поводу «что сделать» у меня никаких возражений нет. Тем более что у нас полномочия приморских правительств не церемониться с преступниками.

– Я здесь с торговой миссией! – сдавленным голосом выложил последний козырь Хаксли.

– Конечно, с торговой, – подтвердил я, – мы видели ваше грузовое судно в бухте Карамбы. А вот в этом судовом журнале, как мы понимаем, список ваших поставщиков?

– Спири! – взревел сэр Виктор. – На рею обоих!

Истошные вопли утаскиваемого на палубу торговца из адмиралтейства совершенно не трогают. Перебираю бумаги в шкатулке.

– Смотрите-ка, сэр Виктор, – письма старшего брата. Полное описание его затеи. Потом почитаем. Может, узнаем, кто и как наткнулся на проход. Как там? Можно выходить? Я всё-таки на это смотреть не могу.

Сэр Виктор вышел из каюты и тут же вернулся.

– Можно выходить.

Резво бежим обратно при боковом ветре. Позади догорают два костра. Как бежим, так с разбегу и пролетаем камень-пилон. Прыжок солнца – и окунаемся в жару. Успеваю только заметить, что глубина в проходе небольшая. Метра три, наверное, а то и меньше. Под ярким солнцем отчетливо видно дно.

Входим в бухту Карамбы. Что за чёрт? Ни малейшего шевеления нигде. Но вахтенные-то хотя бы на судах должны же быть! Нет. Абордажная команда прочесывает суда и берег – ни души! Все ушли на охоту и все там и сгинули? Какая-то неправдоподобная ситуация брошенного без присмотра имущества и оружия… Настолько были уверены, что никто случайно не зайдет и ничего не возьмет? Или ожидалось настолько интересное мероприятие, что позволили присутствовать всем без исключения? Пожалуй, разгадки мы так никогда и не узнаем.

Хотя, если подумать, то иногда может быть оправданной и такая ситуация. В случае, когда решено вместо судов сделать налет на прибрежный город. Тогда чем больше нападающих – тем и лучше. Вот и захватили на грабеж всех поголовно.

Фрегаты не трогаем. С торговца забираем бумаги, золото и серебро. Немало золота и серебра. Вот ребята с «Морского ветра» порадуются – их добыча! Не станешь же искать бывших владельцев по вернским морям. Поджигаем торговца и выходим из бухты. Осталась ещё одна задачка – закрыть проход.

Грегори с сэром Виктором и боцманами обследуют камень-пилон. Казалось бы, чего проще – взял да завалил его в проливчик – и дело с концом. Да вот динамита у нас нет, а всего запаса пороха не хватит даже, чтобы слегка расшатать эту махину. Интересная штука этот проход! Работает как бы только с одной стороны. С какой войдешь – с такой и выйдешь. Входили в вернские моря с запада. Вышли оттуда на запад. Для интереса с Питером и Максом обогнули мель и вошли в проливчик с востока. Ни в какое другое место не попали. Развернулись и пошли обратно. Солнце скакнуло по небу, и в воздухе похолодало. Интересно. Здесь обогнули мель и прошли проливчик. Здесь же и остались.

Ладно – вернулись в любимый пиратский мир. Народ вокруг камня всё ещё плавает на шлюпке и что-то горячо обсуждает. Подбираемся на яхте к ним. Говорю Сэру Виктору и Грегори:

– Вы знаете, а мне кажется, что это не очень хорошая затея – крутиться вокруг неведомого явления со взрывчатыми веществами. А если сдвинется не только этот столб? Лучше просто засыпать проливчик камнями. Их на острове полным-полно. Да и сделать это проще с той стороны. Мы с сэром Виктором можем это организовать. Так что поплыли-ка домой. Нам ещё с Хаксли как-то разобраться надо.

На том и порешили.

После легкого корабельного завтрака Грегори оставил «Морской ветер» на попечение боцманов. Погрузились в яхту и покинули убежище нашего корабля на Альберта. Как обычно, с утра в «Раке» немноголюдно. Хотя какое там «с утра», когда полдень подбирается. Грегори поцеловал жену в щёчку, и она принесла нам утреннее вино. Не спеша цедим его и делимся с подсевшим к нам Люком описанием последних событий.

– А может, трахнуть нам чего-нибудь покрепче в честь избавления? – поступает очень конструктивное и своевременное предложение от сэра Виктора.

Возражений среди публики не слышно.

– Сейчас принесу, – и Люк заковылял в свои закрома.

– Вот, – вернувшись, выставляет он на стол большую и пузатую бутылку, – настоящий французский бенедиктин. Замечательная вещь!

– Ну, и разливай, раз замечательная. Как его пить-то надо? – полюбопытствовал Грегори.

– Понемножку, и фруктами заедать, – ответил знаток этого дела сэр Виктор.

– Анабель, Анабель, тащи фрукты!

Сидим и цедим сквозь зубы по капельке янтарный ликер. А если еще куснуть при этом ананасика, то вообще – почти мечта получается! Никакого сравнения с вином Колина, конечно, но тем не менее…

– Что с Хаксли-то будем делать? Может, просто придавить его где-нибудь в уголке – и дело с концом? – больше сам себя, чем нас, спрашивает Грегори.

– А мне бы хотелось довести его до петли и посмотреть, как он там будет дергаться, – высказал пожелание Люк.

– У вас очень уж добросердечные и благородные пожелания. Про свои я не говорю, чтобы меня не приняли за садиста какого-нибудь, – и сэр Виктор тяжело вздохнул.

– У труса всегда есть уязвимое место – это его страх, а Хаксли трус. Надо его хорошенько пугнуть для начала, чтобы помучался, а потом видно будет, – предложил я.

– А чем именно пугать? У нас много чего на него найдется, – поинтересовался Грегори. – Как бы выбрать пострашнее?

– Пострашнее – это когда мучения обещают быть долгими с ужасным концом. Например, долгое разбирательство в английской бюрократической системе с явной петлей в конце. Например, использование судов и служащих королевского флота для морского грабежа вместо охраны от него.

– Это, конечно, было бы здорово, но не потонут ли какие-либо доказательства в той же бюрократической системе?

– Доказательство вины Хаксли где-то и кому-то и нагнетание страха на него самого – разные вещи. Вина там, в Лондоне, а страх-то здесь. Для начала нужно сходить в местную церковь и заказать заупокойную мессу по морякам фрегатов «Быстрый» и «Стремительный». Это должен сделать сэр Виктор и на какое-то время исчезнуть, чтобы некому было задать вопросы. Обратятся ко мне? А я могу что-то знать или ничего не знать. Ляпнуть что-то могу, да какой с меня спрос!

За столом воцарилось заинтересованное молчание оценки перспектив. Первым очнулся сам сэр Виктор. Встал, схватил меня за руку и долго с чувством тряс ее.

– Нет слов, Серж! Склоняю голову и снимаю шляпу. Это же надо такое удумать! А я вот себя, грешным делом, садистом посчитал! Далеко мне еще, ой, как далеко до тебя! Какая же у тебя светлая голова!

Меня не будет – так все жёны, родственники пропавших моряков насядут на Хаксли. А ведь в экипажах были и офицеры из английских аристократических родов повыше Хаксли. Как он втянул их в свою аферу, непонятно, но не в этом теперь дело. Нет, мне эта идея определенно нравится. Прямо сейчас и пойдем в церковь. Преподобный Уэстон, наверное, заждался нас с этой вестью.