Андрей Баранов – Апельсиновый Остров (страница 6)

Кири. 'Не може буты! Что ты как ребенок, в самом деле!.. Ой, смотри, еще огонь! (Тихо.) Блин, чертовы обезьяны сажают одну ракету за другой, а ведь каждая стоит миллион: (Громко.) Не хлынуло бы сюда!

Ликки. Ни, вже стыхло.

Кири. Ну, брат, я внутри там не был. (Тихо.) И карту ракетных целей воздушно-космической операции не смотрел. (Громко.) Черт его знает, утихает он, не утихает: Колбасит и плющит, и темно, как в: бочке. Перейдем-ка вниз, в бомбоубежище, на всякий случай: (Перебегают.) Тут спокийнише: Итак, спрашивается, что нужно сделать, чтобы избежать ужасов бунта и безначалия?

Ликки. Не знаю.

Кири. Ну а я знаю. Необходимо сейчас же избрать нового правителя.

Ликки. Ага! Понял! Но кого?

Кири. Меня.

Ликки. Ты как, в здравом уме?

Кири. Я всегда в здравом, что бы ни случилось.

Ликки. Ты – правитель?! Слухай, це ж нахабство! Вконец оборзел: У тебя что, совсем буденовка съехала?

Кири. Молчи, ты ничего не понимаешь. Слушай меня внимательно. Эти двое чертей утонули наверняка?

Ликки. Кай-Кум и Фарра-Тете?

Кири. Ну да.

Ликки. Мени здаеться, що я бачив, як головы пишлы пид воду.

Кири. Хвала богам! Только эти две личности и могли помешать исполнению моего плана, который я считаю блестящим.

Ликки. Кири, ты в натуре совесть потерял! Кто ты такой, чтобы лезть в правители?! Скорее уж я как текущий пример-министр и бывший начальник восточных территорий:

Кири. Ага, и еще бывший уголовник. Пример-министр в законе, пахан всех восточных братков. У тебя же две судимости! Наши бедные, но очень пуритански настроенные островитяне никогда такого не изберут!

Ликки. Это дело прошлое, ошибки бурной молодости. Кто об этом помнит? Я их давно уже искупил кровью!

Кири. Чьей кровью? Да и вообще: Что ты можешь? Ну что ты можешь? Ты умеешь только орать команды и материться – и больше ничего! Нужен умный человек!

Ликки. А я не мудрый? Молчать, когда:

Кири. Ты среднего ума человек, а нужен гениальный.

Ликки. Это ты-то гениальный?

Кири. Не спорь. Ой!.. Слышишь?

Шум за сценой.

Ликки. Ну, конечно, проснулись в натуре, черти!

Кири. Да, они проснулись, и, если ты не хочешь, чтобы они тебя вместе с остатками дворцовой гвардии выкинули в воду, слушайся меня. Коротко! Я пройду в правители. Отвечай мне, желаешь ли ты оставаться у мене в команди?

Ликки. Это неслыханно! Блин, это ваще не по понятиям! Я, Ликки-Тикки, видомый управленец и крупный государственный деятель, який досяг значного экономичного пидйому Острова, буду работать на какого-то проходимца, дешевого фраера!..

Кири. Ах, так! Пропадай же ты, как собака, без церковного даже покаяния! Имей в виду, что план я свой все равно выполню. Я перейду на сторону туземцев, в правители я все равно пройду! Ибо Островом немае кому управлять, крим мене. Ну а ты будешь кормить крабов в бухте Голубого Спокойствия. До побачення! У меня нет времени!

Ликки. Стой, мерзавец! Я согласен!

Кири. Ага, это другое дело.

Ликки. Что я должен делать?

Кири. Позови Тохонгу, собери уцелевших арапов и молчи как рыба об лед. Что бы с ними ни происходило! Понял? Молчи!

Ликки. Ладно. Подывлюся, що з цього выйде: Тохонга! Тохонга! Где ты?

Тохонга (входит). Я здесь, пример-министр.

Ликки. Зови сюда всех, кто уцелел!

Тохонга. Слушаюсь!

Картина пятая

Огромный Майдан Незалежности Острова на Западной его стороне. Шум громаднейшей толпы. На сцене сперва отдельно, потом толпами появляются туземцы с оранжевыми флагами. Пламя дрожит, и от этого вся сцена освещается мистическим светом.

Кири (вскочив на пустую бочку из-под апельсинов). Эй! Эгей! Туземцы, сюда! Сюда!

Туземцы. Хто клыче? Що трапылося? Извержение? Хто? Що? Навищо?[20]

Тохонга вводит на сцену гвардию с желто-синими фонарями.

Кири. Я зову! Зову я! Кири-Куки, друг туземного народа! Сюда! (Поднимает свой оранжевый фонарик над головой.)

1-й туземец. Извержение!

Кири. Да! Извержение! Сюда! Слушайте все, слушайте, что я вам скажу!

Туземцы. Кто это говорит? Кто говорит? Кто?

Кири. Это говорю я, Кири! Друг туземного народа!

Туземцы. Слушайте! Слушайте!

Раздаются звуки украинского гимна.

Арапы. Боги да хранят!..

Ликки. Тише вы!

Кири (делает отчаянные знаки с бочки, и гимн умолкает, а также и арапы). Ничего его боги не хранят! Да и не хранили никогда! Да и незачем богам охранять тирана, измучившего свой народ!

Туземцы издают звуки изумления.

Кири. Итак, когда Сизи, напившись огненной воды, мирно спал в своем гареме на уступе, вулкан Муанганам, молчавший вот уже тринадцать лет, с тех пор как наш дорогой Остров обрел независимость, отделившись от угнетателей с Материка, внезапно отверз свою огненную пасть и изрыгнул потоки лавы, кои и стерли с лица Острова приспешников Сизи-Бузи, гарем и половину гвардии. Сам Сизи еле жив, скоро он уйдет на небеса и отдаст свой царский тотем. Видно, пришел начертанный в книге жизни предел божественному терпению, и волею Вайдуа власти тирана не стало: Он уже больше не будет угнетать нас!

Гул.

Ликки. До чего, каналья, красноречив!

Кири. Братья! Я, Кири-Куки, арап по рождению, но туземец по духу, поддерживаю вас! Вы вильни туземци! Крычить разом зи мною ура! Ура!

Туземцы (вначале тихо, потом громче). Ура! Ура! Ура!

Гул стихает.

Кири. Не будет больше угнетения на Острове, не будет жгучих бичей надсмотрщиков-арапов, не будет рабства! Вы сами теперь хозяева своего Острова, вы сами владыки! О туземцы!

2-й туземец. Браты, чому вин говорыть це? Почему арап из свиты, служивший тирану пример-министром, радуется за нас? В чем дело?

1-й туземец. Це Кири-Куки.

3-й туземец. Хто? Хто?

Гул.

Ликки. Говорил я ему, что ничего не выйдет из этой прелестной затеи! Унести бы только ноги пошвыдше!

4-й туземец. Это Кири!