Андрей Астахов – Ядерный Ангел (страница 4)
Под аккуратно уложенными в чемодан тряпками и обувью лежал самый настоящий ноутбук. Не «Эйсер», не «Тошиба», не «НР» – какой-то «Адлер». Никогда не слышал о ноутбуках фирмы «Адлер». Тога буквально вцепился в него мертвой хваткой. Я между тем разбирал остальное добро. Кроме наркоты, одежды и компа в чемодане лежали пять сухих армейских пайков в полиэтилене, пять пачек сигарет «Омега» – таких прежде я и не видывал, – какой-то прибор неизвестного мне назначения, коробка с аккумуляторами, завернутые в промасленную тряпку пистолетные патроны и три микрокомпьютера – братья-близнецы устройства на руке покойника.
– Что эта за штука, Тога? – я показал своему товарищу найденный в чемодане прибор.
– Штука? А, это дозиметр. На наш «Эксперт» смахивает.
– Значит, все-таки есть радиация? – Я заскрежетал зубами. – Ну, доберусь я до этого сучьего Консультанта…
– Нет радиации, – успокоил меня Тога, включив дозиметр. – Фон слегка повышенный, двадцать девять миллирентген в час, но это не страшно. Хорошая находка, полезная. Гляди, у счетчика особо чувствительный детектор, зараженные пятна можно определять на расстоянии.
– Что с ноутом?
– Работает! – вздохнул Тога, запустив ноутбук. – Любопытно, на рабочем столе только две папки, «Для Веника» и «E-Schau». Так, и на диске больше ничего. Сейчас откроем…
Я вздрогнул, когда услышал записанный в ноутбук голосовой трек. По-видимому, запись предназначалась владельцу тайника.
– Слышь, Веник, – говорил голос, – я у тебя в долгу, поэтому хочу тебе помочь. Долдон предупредил, что Айдар, сука продажная, узнал о ваших делах и стукнул нахттотерам. Ты знаешь, я корешей не бросаю, потому слушай сюда. Вместо платы за последнюю партию я тебе оставляю ноут, три чистых идентификатора и коды к ним – для тебя, Кирзы и Белки. В папке «E-Schau» код разблокировки твоего браслета. Ты знаешь, что делать. Мотайте из Солнечного, пока нахттотеры до вас не добрались. Доберутся, поздно будет, тогда и вам и мне кирдык. Быстрая смерть за кайф покажется. Встретимся в следующую пятницу на моей хазе в Логиново-3. Потом переправлю вас в столицу. Когда перепрошьешь идентификаторы, ноут и браслеты уничтожь, не жадничай. Действуй, братан. Учти, если шуцманы тебя заметут, вытаскивать тебя не буду – себе дороже. За манатки и припас потом сочтемся по совести.
– Ты что-нибудь понимаешь? – спросил я Тогу.
– Сейчас посмотрим дальше… Так, идентификаторы нужно прошить через радиомодуль. Ну-ка, надень один себе на руку.
– Зачем?
– Проверка теории. Надень, надень! Я так понимаю, тут у всех такие есть.
Я нацепил один из приборов себе на левое запястье. Тога между тем запустил считывание кодов. Прибор на моей руке пискнул, крышка откинулась, и по дисплею побежали строчки:
Странно, но и на этот раз текст в идентификаторе был на немецком языке. Прибор еще раз пискнул, дисплей на секунду погас, а потом появилось новое сообщение:
– Так, все-таки Рейх! – процедил я сквозь зубы. – Ну, подкузьмил сука Мастер…
– Уф! – с облегчением вздохнул Тога. – Порядок. Я пробил тебя по базе данных какого-то Управления по колонизации. Есть такой Алексей Задонский.
– Правда? Рад слышать. Даже оружие могу носить, о, как! А теперь еще понять бы, какого хрена все это значит.
– Пока попытаюсь активировать второй браслет.
Тоге удалось активировать машинку только после того, как он надел ее на себя. Устройство немедленно сообщило, что Тогу теперь зовут Антон Малахов, он свободный поселенец благонадежной категории и тоже житель Адольфсбурга. Попутно мы сделали одно неприятное открытие – браслеты идентификатора заблокировались насмерть, и снять их теперь было невозможно.
– Все верно, – сказал Тога. – Ноут я прихвачу с собой, пригодится. Такую отличную вещь бросать нельзя.
– Ему, – я показал на мертвеца, – было приказано все уничтожить. Не боишься?
– Я знаю один фокус, как вычистить память и при этом не потереть оболочку. Сегодня у нас, – Тога посмотрел на дисплей, – пятое апреля две тысячи тридцать восьмого года. Типа будущее.
– Знаешь, мне не до смеха. На дворе 2038 год, немецкая винтовка, немецкие лекарства, данные в компе тоже на немецком языке. Упоминание о Рейхе. Шуцманы опять же.
– Шуцманы?
– Так во время войны с наци называли полицаев. Надо быть очень осторожным. Чувствую, мы с тобой попали не в лучший из миров. Стоп! – Меня захватила новая, неожиданная мысль. – А как там моя Ариа? Бедняжка, кто о ней позаботится!
– Вот тоже нашел, о чем думать! – фыркнул Тога. – Хотя, лошадь хорошая, жалко.
– Так, еще одна проверка, – я полез в спорран за Шабой, но вытащил только сломанный тамагочи. – Здесь технологическая реальность, никакой магии. И реальность говеная.
– Твоя правда. Идем?
– Погоди, – я пристально посмотрел на Тогу. – На этом парне неплохие ботинки. Ему они теперь вряд ли пригодятся, по тому свету и босиком побегает.
– Снять с покойника? Да я тебе что, мародер?
– Мародер не мародер, а пневмония тебе совсем ни к чему. Или, если ты такой щепетильный, давай я сниму.
Тога уперся. Я уговаривал его долго и, в конце концов, понял, что мои уговоры ничего не дадут. К счастью, в чемодане покойника оказалась пара весьма уродливых на вид меховых полусапог, явно кустарной работы, и Тога с облегченным вздохом натянул их на себя. Кроме сапог для Тоги нашлись поношенный, но вполне приличный серый бушлат и камуфлированные штаны. Я же, рискуя прослыть мародером, стянул с убитого его меховой прикид – что-то вроде собачьей безрукавки мехом наружу – и накинул его поверх ламелляра. Сразу стало теплее. Припасы из чемодана мы рассовали в наши сумки. Потом Тога четверть часа возился с ноутбуком и в итоге сообщил, что память компа чиста, как брачная фата.
– Глянь на карту, Леха, – посоветовал он. – Может, что-то узнаем?
– Ничего. Чистый лист. Только два маркера рядышком – ты, да я, да мы с тобой. Нечего тут сидеть, пошли искать людей. Слава Богу, хоть чем-то для начала разжились.
– И при этом человека кокнули. Что делать теперь?
– Главное, не будем зареветь, как говорил один мой приятель. Надо осмотреться, войти в реальность. А то, что человека убили – чувствую, что он не последний.
– Спасибо, успокоил. Хорошее начало.
– Главное, чтобы конец был счастливым. Типа хэппи-энд, – буркнул я и пошел к выходу из двора. Тога молча двинул за мной.
Глава третья.
Учитель из ландсшуле
Дважды два и в двоичном коде – дважды два
Поскольку мы представления не имели о том, куда идти, то пошли по компасу. В Зонненштадт мы пришли с севера – солнце было у нас впереди. Поэтому мы и дальше шли на юг, углубляясь в разрушенные кварталы.
Город был сильно разрушен. Я уже упоминал, как выглядела окраина Зонненштадта. Однако чем больше мы продвигались к центру, тем меньше были разрушения. Дойдя до конца длинной улицы, мы вышли к набережной. Вода в реке были грязной, на поверхности плавали темные весенние льдины и разный мусор, включая дохлых собак и плотную зеленую пену непонятного происхождения. Слева, метрах в трехстах от нас, был каменный мост.
За мостом нас ждал сюрприз. Путь дальше, к центру города, преграждала высокая бетонная стена с колючей проволокой по верху. А на выходе с моста был блокпост, и нам навстречу вышли пятеро вооруженных людей.
Выглядели они очень колоритно – любой панк позавидует. На четверых было наверчено что-то несусветное, гремучая смесь мехов, камуфлы и кожаных ремней. Пятый был с ног до головы упакован в черную кожу, ну прямо тебе Троцкий в 1918 году. У двоих были охотничьи ружья, у остальных – пистолеты-пулеметы, сильно смахивающие на легендарный МР5. Единственное, что объединяло всех пятерых – так это черные шапки-кубанки на головах. Человек в коже сделал нам знак остановиться, направился неспешно нам навстречу.
– Кто такие? – осведомился он нехорошим тоном. Лицо у кожаного было бледное, испитое, с сизой щетиной на щеках, глаза темные, колючие и злые. Реально уголовная физия.
– Просто люди, – сказал я. – Идем в город.
– Стоять смирно! – скомандовал кожаный. – Протянуть руки с пассами!
Я так понял, что пассами он назвал наши микрокомпьютеры. Я вытянул левую руку, Тога последовал моему примеру. Кожаный вытащил из кармана какой-то приборчик и провел им по моему компьютеру, потом глянул на дисплей.
– Гражданин Рейха? – удивленно протянул он. – Вот нежданно-негаданно! Из самой столицы, да в нашу дыру? Ой-ой-ой! Простите, гражданин. Я Самоха, командир третьего взвода шуцполиции. К вашим услугам, гражданин.
– Мы здесь проездом, – сказал я, слегка ошарашенный таким учтивым приемом. – Пришли в Зонненштадт по делу. Где тут у вас можно переночевать?
– Гостиница для граждан находится на Хейматштрассе, называется «Оплот свободы». Если желаете, могу скинуть вам вектор.
– Найдем сами, – я понятия не имел, что такое вектор и решил не вызывать подозрений расспросами. – Чему улыбаетесь, Самоха?
– Если гражданин желает купить самогон, то дешевле всего он на рынке. Но и качество того, не самое лучшее. Спирт, водку и пиво только в арийском кафе на Зонненбульваре купите. А девочки в заведении у Айдара. Это на Кунстплатц. Сервов можно купить в бюро господина Венка.