Андрей Астахов – Машина Апокалипсиса (страница 8)
Состав начал тормозить, в потолке над моей головой засветился желтоватый кристалл, и приятный женский голос произнес:
– Станция «Винокурни Сабарек»! Приятного путешествия. Будьте осторожны, не вывалитесь из вагона!
– Дежа вю, – пробормотал я, наблюдая, как в вагон входят новые пассажиры – две женщины, мужчина с мешком за плечами и две хорошенькие молодые эльфийки в курточках с блестками. Мужчина плюхнулся на сидение, извлек из-за пазухи какую-то книжонку и ушел в чтение. Нет, ей-Богу, настоящее метро! Эльфийки бросали на меня заинтересованные взгляды и хихикали.
Мы проехали еще две станции. Вагон понемногу наполнился людьми. Марика шепнула мне, что следующая остановка – наша.
– И сколько стоит проезд на этом чуде техники и магии? – спросил я.
– Нисколько. Каждый житель Лоэле раз в три месяца платит особый налог на содержание мудрополитена.
– Нет, в Авернуа мне определенно нравится, – сказал я. – Надо еще попробовать вина Сабарека.
– Подъезжаем, – сказала Марика.
Состав замедлил ход и вскоре остановился. Мы вышли в пещеру, как две капли воды похожую на ту, из которой начали свое подземное путешествие. По лестнице поднялись наверх. Выходная дверь открылась, и я вышел на Площадь Героев.
Глава четвертая.
Имперец
Эта раса имеет традиционную для себя ориентацию. Боевую.
После Саграмора и уж тем более после Колошар столица королевства Авернуа показалась мне райским местом. Как только я вышел из метро… пардон, мудрополитена, то сразу оказался на просторной мощеной площади, по периметру которой красовались нарядные двух– и трехэтажные домики, прижавшиеся друг к другу. Ну, прямо старая Рига, честное слово. В центре площади, в окружении пышных цветников – вот уж не думал, что в средневековом городе увижу цветники! – красовалась огромная статуя какому-то заслуженному мужу местного разлива. По площади прохаживались нарядно одетые граждане: мужчины в зеленых, синих и лиловых камзолах и обтягивающих брэ, женщины в платьях со шлейфами, пестрых, как оперение попугая. День был солнечный, погожий, и оттого увиденная картина показалась мне еще более жизнерадостной.
– Куда сейчас? – осведомился я у Марики.
– В Боевое Братство. Надо сразу подать заявку на членство.
– Хорошая мысль, – я вытащил из сумки карту. Штаб-квартира Братства уже была на ней отмечена. – Это Площадь Героев, так ведь? Тогда нам совсем недалеко идти, милая. Похоже, это на соседней улице.
– Тогда идем?
Марика взяла меня за руку, и мы направились через площадь. Я заметил, что некоторые горожане с любопытством посматривают в нашу сторону. Наверное, мы выглядели достаточно странно – особенно я, одетый как простой поселянин и весь обвешанный оружием.
Резиденция Боевого Братства располагалась в трехэтажном доме из красного кирпича с узкими окнами-бойницами и двумя башенками по углам. Для городского дома этот особняк был слишком велик и внушителен, для замка – слишком наряден. Массивная дубовая дверь оказалась незапертой, и мы вошли вовнутрь. В огромном холле все говорило о героической специализации Братства – знамена по углам, щиты с гербами на стенах, витрины с воинскими реликвиями. К нам подошел седеющий человек с аккуратной бородкой, одетый в костюм из черного бархата.
– Добро пожаловать, милорд рыцарь! – поприветствовал он меня, совершенно не обратив внимания на Марику. – Бьюсь об заклад, я вас раньше здесь никогда не видел.
– Вы правы, – я учтиво поклонился человеку с бородкой. – Я прибыл издалека. Позвольте представиться – меня зовут Алекто из Лох-Несса.
– Мне незнакомо это имя, – с военной прямотой ответил человек в черном.
– Тогда, быть может, вам знакома фамилия Фра-де-Леоне?
– Вы родственник самого Роланда Фра-Де-Леоне? – Физиономия черного человека вытянулась от удивления. – Потомок барона Турена?
– Почему это вас удивляет?
– Потому что ходили упорные слухи, что семейство Фра-Де-Леоне перестало существовать. Последний потомок этого славного рода, рыцарь Роланд Фра-Де-Леоне, погиб два года назад в схватке с горным троллем где-то на юге Уэссе. Мы все считали, что с его смертью род прекратил свое существование.
– Как видите, вы ошиблись, – я вытащил из сумки грамоту, полученную от Консультанта. – Вот, ознакомьтесь.
– Как, геральдическая грамота? – Человек в черном посмотрел на меня уже с неподдельным изумлением. – Святые Бессмертные! Так вы в самом деле из рода Турена!
– Видите, я не обманул вас. Я бы хотел вступить в Братство.
– Да-да, конечно! – Человек вернул мне грамоту. – Меня зовут Бертье Мальден, я мажордом ордена. Пойдемте, я кое-что вам покажу.
Я подчинился и прошел вслед за Бертье к одной из витрин. Под стеклом красовалась драная кольчужная перчатка, покрытая ржавчиной и какой-то выцветший лоскут неопределенного цвета.
– Вот, – сказал Бертье, показывая на эти странные реликвии, – истинные свидетельства воинской славы! Это все, что осталось от барона Турена, вашего славного предка и одного из основателей нашего Братства.
– Негусто, – ответил я. – Что с ним случилось?
– Вы разве не знаете эту историю, милорд? – Бертье был искренне удивлен.
– Я слышал много разных историй, – солгал я. – Мне сказали, что барон якобы погиб в бою.
– О, все верно, он сражался с болотным драконом, спасая похищенную чудовищем возлюбленную. Турену удалось отсечь одну из голов чудовища, но в этот миг его конь провалился в трясину, и барон стал тонуть. Дракон воспользовался этим и схватил вашего храброго предка. Но Турен не растерялся и вонзил свой кинжал прямо в глаз монстра. Он убил дракона, но сам потерял столько крови, что упал без чувств рядом с телом поверженного им чудовища. И в этот момент на болоте появился челн, из которого слышалось печальное пение. В челне сидели три прекрасные девы. Они подплыли к телу барона и забрали его в свой челн. На месте сражения остались только перчатка барона и кусок его плаща. – Бертье вздохнул. – С тех пор храброго Турена никто больше не видел.
– Где-то я слышал похожую историю, – пробормотал я, глядя на реликвии. – Однако хорошо, что вы сохранили хоть это.
– Посмотрите на другие витрины, милорд, – сказал мне мажордом. – Здесь вы найдете реликвии, принадлежавшие другим великим воинам, состоявшим в Братстве – сэру Оклану Буйному, сэру Вальмарту по прозвищу Красный Бык, сэру Игэну Спесивцу, сэру Тарстону Женолюбивому. Вы слышали о сэре Тарстоне?
– Не приходилось.
– О, он был одним из славных рыцарей Ордена! Храбрец, и при этом прекрасен, как молодой бог. Смотрите, вот его герб – пронзенное стрелой сердце. А в этой витрине хранится его плащ. Он весь расшит серебряными сердечками. Сколько сердечек – столько дам было влюблено в сэра Тарстона. Увы, он так и не женился и остался холостяком до самой смерти.
– Обычная судьба бабников, – заметила Марика.
– Все это замечательно, милорд, – сказал я мажордому, – но я хотел бы вступить в Братство. Куда мне следует обращаться?
– К нашему делопроизводителю, сэру Руди фон Данцигу. Он как раз в своем кабинете. Поднимитесь и поговорите с ним. А потом спускайтесь, и я покажу вам остальные реликвии.
– С превеликим удовольствием, – ответил я с приклеенной улыбкой на губах и пошел к лестнице на второй этаж. Но я отошел лишь на пару шагов – мажордом вскрикнул и, обежав меня, преградил мне путь.
– Погодите! – выпалил он. – Откуда у вас эта катана?
– Моя катана? Я нашел ее на трупе.
– Вы видели тело Такео?
– Да. А что в этом особенного?
– Что особенного? – Бертье Мальден всплеснул руками. – Ах, милорд, вы даже не представляете, что это значит! Мы до сего дня надеялись, что Такео жив. Прискорбно, что он почил.
– Он тоже был членом Братства?
– Еще и каким! Одним из самых способных воинов. Дослужился до чина Меченосца. Послушайте, может, вы согласитесь передать эту катану в наш музей?
– Ни за что! Она мне самому нужна.
– Какая жалость. И все же подумайте. Братство может компенсировать вам стоимость реликвии.
– Не соглашайся! – шепнула мне Марика.
– Я похож на идиота? – ответил я ей тоже шепотом, а вслух сказал: – Я подумаю.
– О, подумайте! – Мажордом смотрел на меня умоляющими глазами. – Такая святыня должна занять свое место в музее.
– По-моему, этот Мальден просто фетишист, – сказал я Марике, когда мы поднялись на второй этаж.
Кабинет фон Данцига был в конце длинного коридора. Делопроизводитель, крепкий светловолосый человек в кожаных доспехах, сидел за столом и что-то записывал в толстенную книгу. Наше появление он воспринял без всякого восторга.
– Рекрут? – осведомился он. – По поводу вступления в Братство?
– Именно, – ответил я.
– Хм! – сказал фон Данциг. – Отличное у тебя оружие, парень. Купил или взял в бою?
– Скорее, получил по наследству.
– Послушай, что я тебе скажу, приятель. В Братство принимают только тех, кто во-первых, может доказать свое знатное происхождение, во-вторых, не имеет кондемнаций, в-третьих, успешно проходит три испытания. Когда ко мне приходит молокосос, обвешанный железом, как нищий вшами, я сразу испытываю к нему недоверие. Что-то я сомневаюсь, что ты соответствуешь нашим условиям.
– Ну, тогда взгляни на эту бумагу, – я подал ему геральдический лист. – Что скажешь?
– Скажу, что ты потомок Турена. Это хорошо, но повода задирать нос у тебя нет. В Братстве состоят пять принцев крови и восемь королевских бастардов. А уж графов, герцогов и маркизов вообще за три десятка.