Андрей Астахов – Heaven: Сборщики пепла (страница 43)

Уходил он с кладбища с легким сердцем, будто свое горе тут оставлял. Или чувствовал что-то, чего никогда не чувствовал прежде. Особенную, непонятную прежде близость тех, кто смотрел ему вслед любящими глазами и верил в то, что он все делает правильно, так как надо. Ради этого он сегодня пришел сюда, ради этой близости и этого безмолвного одобрения.

Одобрения, не услышанного никем, кроме него.

— Я все сделал, как ты сказал, — заявил ему Усач, едва он вошел.

— И что?

— Ничего. Я должен был получить какой-то ответ?

— Нет, не должен. Налей мне по маленькой.

— Собрался куда? — спросил Усач. — Вид у тебя какой-то… смурной.

— Хочу немного прогуляться по окрестностям. — Зих вытащил деньги. — Сколько я тебе должен?

— Двадцать два.

— Держи, — Зих положил на стойку деньги, взял кружку со спиртом и залпом выпил.

— Тут сто сорок банкнот, — сказал Усач, пересчитав деньги.

— На оставшиеся сигарет хороших дай. «Мальборо», три пачки.

— Шикуешь, Зих, — Усач полез в шкаф, долго рылся в нем, извлек красно-белый блок сигарет. — Тебе кто-то еще кроме меня платит?

— Правительство за использование моего имени в радиопрограммах.

— Хорошая шутка. Сдачу возьми.

— Не надо. Запиши на мой счет, сейчас к тебе придет Надежда за продуктами, с ней и рассчитаешься.

— Зих, — Усач смерил охотника подозрительным взглядом, — ты чего-то не договариваешь.

— Да будет тебе. Я так долго сидел дома, что просто хочу немного побродить по окрестностям.

— А сообщение это, что я передал? Галиматья какая-то, синий код, цифры.

— Предупреждение твоим друзьям военным, что я на них больше работать не буду.

— Вот как? — Усач был удивлен. — С чего бы?

— Надоели они мне. Я свободный человек, и мне не нравятся их тайны. Ладно, будь здоров, Арсентьич.

— Зих! — Усач будто охотнику в душу заглянул. — Ты мне больше ничего сказать не хочешь?

— Девчонке помоги, пока меня не будет. Хотя бы не дери за нее втридорога за продукты.

— Ух, ты и сволочь! — задохнулся Усач. — Это когда я…

— Прости, Арсентьич, это я неудачно пошутил, — Зих протянул приставу руку. — Хороший ты мужик, хоть и жадный, но в последнее время вроде исправляться начал. Да, вот еще — у тебя листок чистой бумаги есть?

— Конечно, — Усач с готовностью вырвал листок из толстой тетради, в которую записывал долги клиентов. — А зачем…

— Пока, — сказал Зих и вышел из магазина.

Домой он сразу не пошел, постоял на улице, с удовольствием выкурив две сигареты подряд.

Надежда тут же сообщила ему, что обед вот-вот будет готов.

— Нам тут женщины-соседки картошки немного принесли, — сказала она, улыбаясь, — и я ее с салом потушила. Будет вкусно.

Зих хотел ответить, и не смог. Перед глазами из небытия появилась другая картина — тот день, когда у него появилась надежда, что Лизе можно помочь. Лиза, сидящая над ведерком с картофелем. Глаза Лизы.

— Что ты, дяденька? — Надя перестала улыбаться.

— Ничего, — Зих с трудом взял себя в руки. — Умница, хорошо похозяйничала. Только вот к твоей картошке у нас ничего нет. Сбегай к Усачу, посмотри, чем он богат. Вот деньги. Давай быстренько, а я подожду.

Надежда кивнула, быстренько накинула платок и бушлат, подхватила мешок и выпорхнула из дома. Зих несколько мгновений стоял в оцепенении, потом окинул взглядом свой дом и сел за стол. Записка получилась короткой, всего несколько предложений:

«Я должен уйти, оставляю дом на тебя. Прости, что не попробовал твою картошку. Деньги трать с умом, чтобы надолго хватило. Нужда какая будет, иди к Юрию Арсентьичу, он поможет. Спасибо тебе. И носи на здоровье мой подарок. Зих.»

Он сложил листок пополам, сверху положил пачку денег — все, что накопил и держал до последнего, — и браслет с чернением, полученный от Усача. Дело было сделано, оставаться дома он больше не мог и не хотел, поэтому быстро вышел и направился к воротам городка. Ненужные эмоции понемногу улеглись, вернулись спокойствие и сосредоточенность. Главная охота в его жизни началась.

14. Охота на приманку

Бывшая газовая станция располагалась на возвышенности у края огромного поля развалин, которые когда-то назывались «Село Малая Биндюга». Большое было когда-то село — развалины тянулись на восток до самого горизонта. Но сегодня их скрывала повисшая с утра над землей влажная мгла, которую не мог рассеять даже задувавший временами северный ветер.

— В чем дело? — шепнула Елена.

— Надо перекурить.

— Что, это место?

— Оно, капитан, оно, — Зих достал сигарету из пачки, чиркнул спичкой. — Отец у меня не любил тайников, считал, что хорошему охотнику они к чему. На охоту налегке ходил, а меня к другому приучал. Наверное, умел он чего-то, чего я не умею. Тоже ведь мутант был, верно? — тут Зих посмотрел на девушку. — Вообще, если появлялось у нас что ценное, то отец сразу все это в работу брал, а не ховал по заначкам. Времена тогда были тяжелые. Но один тайник у него был — вот этот, и он мне о нем говорил. Показал место, и велел о нем не забывать, только я туда один раз заглядывал, много лет назад.

— И что там было? — голос Елены дрогнул от волнения.

— Патроны для ружья с согласованной картечью — тогда у меня обычный дробовик двуствольный был, — банка с ружейным маслом, соль, дробь, инструменты кое-какие и прочая мелочь. Коробка какая-то. Ну, я что поценнее забрал, а остальное даже не смотрел. Сейчас сама увидишь. Если диски уцелели, то они только тут могут быть, больше негде.

Разбитая, разрушенная временем и морозами асфальтовая дорога вела прямо к воротам станции. Ворота совсем проржавели, до дыр в створках. Зих вошел первым, оглядел двор, сплошь заросший бурой сурчиной травой.

— Стой здесь, — сказал он Елене. — Я пойду здание осмотрю, вдруг там кто нехороший обосновался.

— Я с тобой пойду, — запротестовала девушка. — Помогу, если что.

— Ладно, только с пистолетом своим не балуй.

Елена фыркнула, сверкнула глазищами. Зих взял винтовку наперевес, щелкнул затвором и поставил оружие на предохранитель, потом спокойным шагом двинулся к одноэтажному зданию станции. Стены дома совершенно почернели и осыпались, трава доросла до середины окон, крыша полностью провалилась, и сгнившие балки кровли торчали из руин, как черные истлевшие ребра из трупа. В воздухе стоял слабый запах плесени, но мускусной вони мутапсов и крысиного аромата Зих не почувствовал. Это место было совершенно мертвым, все здесь давным-давно умерло, и даже мутанты сюда не заглядывали, потому что в этих руинах им просто нечем было поживиться.

У зияющего провала двери были разбросаны лопнувшие проржавевшие газовые баллоны, а дальше, за порогом, зияла яма на месте прогнившего пола, полная вонючей темной воды. Зих помог Елене перебраться через нее, и они вошли внутрь, в ремесленный цех.

— Нам туда, — сказал Зих, показав стволом винтовки на выход в противоположной стороне цеха.

Елена кивнула. Вид у нее был взволнованный, глаза горели. Охотник пошел вперед, потом знаком показал — за мной. За цехом был короткий коридорчик, в который выходили две двери, одна напротив другой. Справа когда-то был абонентский отдел, слева кабинет начальника.

— Сюда, — сказал Зих, показав на левую дверь.

Мебели в кабинете не было, только какие-то бесформенные обломки истлевшей фанеры и ДВП на цементном полу, да огромный сейф в углу, слишком тяжелый, чтобы его могли утащить даже при очень большом желании. У Елены вырвался торжествующий крик.

— Да нет, не в сейфе, — снисходительно сказал Зих. — Слишком приметно. Подержи-ка винтовку.

Он передал «Стормер» девушке, а сам налег на сейф и не без труда сдвинул его в сторону. В открывшейся под сейфом неглубокой квадратной яме, вырубленной в цементе, лежал квадратный алюминиевый контейнер.

— Вот и тайник, — вздохнул Зих, сметая перчаткой землю с крышки контейнера. — Сейчас посмотрим, подвела меня моя память, или нет.

— У меня все внутри трясется, — призналась Елена с нервной улыбкой. — Давай, открывай скорее.

Зих усмехнулся, подцепил лезвием ножа крышку и вскрыл ящик. Внутри контейнера оказались несколько тронутых ржавчиной гаечных ключей, вентиль от газового баллона, пара фаянсовых кружек, несколько старых потрепанных книг — и пластмассовая оранжевая коробка из-под медицинских препаратов. Елена снова вскрикнула. Зих взял коробку, открыл и глубоко вздохнул — внутри были два диска в прозрачных пластиковых футлярах.

— Боже мой! — Елена буквально выхватила у него эти диски. — Зих, ты даже не представляешь… да ты просто не знаешь, что ты… Господи, да тебе памятник надо ставить при жизни!

— Надо же, — охотник с трудом отцепил от себя повисшую на нем девушку, — нашлись, мать их!

— Я немедленно проинформирую командование, — Елена дрожащей рукой включила портативную радиостанцию. — Пусть высылают вертолет, такое сокровище надо немедленно доставить на базу!

Зих пожал плечами, взял свою винтовку и вышел в коридор. Не спеша закурил, заботливо стер со ствола мелкую белую пыль и влагу. Сияющая Елена появилась минутой позже.

— Ну что, с меня коньяк, — заявила она. — Как и обещала.