Андрей Астахов – Чейзер (СИ) (страница 56)

— Разве такое возможно?

— Могу показать. Сейчас я буду только парировать твои удары. Атакуй!

Я с готовностью пошел вперед, и с изумлением понял, что Колтерс прав — в последующие десять секунд он с издевательской легкостью отбил все мои хитрые выпады, прикрикивая при этом "Голова!", "Правое плечо!", "Левый бок!" — называл именно те места, куда я собирался ударить.

— Видишь, все просто, — заявил он, сделав мне знак остановиться. — Ты смотришь в то место, куда собираешься бить, и я это вижу. Вот почему важно смотреть врагу в глаза. Это вопрос твоей жизни и смерти, джеппи. Хороший воин всегда предугадывает действия врага. Хитрость и тактика так же важны, как сила и ловкость. Запомнил?

— Да, запомнил. Еще полезные советы будут?

— Конечно, будут, и не только советы. Сейчас я покажу тебе один хороший удар. Становись в позицию.

Хотя я знаю, чем удар оберхау отличается, например, от цорнхау, и что есть удары засечные и подплужные, однако же мало разбираюсь в историческом фехтовании, так что не смогу правильно и подробно описать, что именно показывал мне Колтерс в этот час. Досталось мне крепко: все мои промахи и неправильные действия он немедленно наказывал больнючим ударом по рукам, причем делал это так точно и молниеносно, что не было никакой возможности увернуться. В конце концов, загоняв меня даже не до седьмого, а до семьдесят седьмого пота, Колтерс заявил, что для начала достаточно, и урок окончен.

— Пару дней будешь страдать от болей во всем теле, но это пройдет, — заявил он напоследок. — Жду тебя через неделю, джеппи. С деньгами.

На улице у меня закружилась голова, пришлось сесть на каменную тумбу на обочине и ждать, пока не пройдет. Придя в себя, я побрел в гостиницу и первым делом потребовал себе в комнату много горячей воды. Сняв с себя куртку и насквозь промокшую рубаху, я ахнул — мои плечи и руки были сплошь покрыты синяками и кровоподтеками. Ничего себе тренировочка! За мои деньги меня же и отметелили по первому классу. А с другой стороны…

— "Ты же сам этого хотел, — съязвил внутренний голос. — Ты наконец-то понял, в какой мир попал. Понты с коллекционными мечами и курткой из драконовой кожи прокатят где-нибудь в военно-историческом клубе в нашей реальности, но только не здесь. Тебя уже несколько раз почти убили. Ведьмы в Адовой пасти, еще одна ведьма в Альдре, бандиты у источника, кадавр в Ланфрене — тебе мало? И все четыре раза ты уходил благодаря удачному стечению обстоятельств, чужому вмешательству, а не собственным умениям. В пятый раз рядом не окажется никого, и тогда все, конец фильма. А то, что ты прирезал парализованного Клемана или вышиб мозги одержимому в корчме, совершенно ничего не значит. Это опасный мир, чертово глухое средневековье со всем набором милых средневековых развлечений, от разбойников на дорогах и наемных убийц, подкупленных твоим как бы родственником, до демонов, бродячих мертвецов и ведьм. И самое интересное ждет тебя впереди. Так что учись, студент!"

И ведь не возразишь, реально, нечего сказать. В книжках про попаданцев, которые я читал в своем мире, все было просто и эффектно. Не успел попасть в чужой мир, как завалил какое-нибудь монстрозное мурло, и его кровь сделала тебя сверхчародеем или сверхвоином. Или наш герой, офисный батан-очкарик из Нижнедрищенска выпивает эдакий чудо-эликсир, враз становится непобедимым и одной левой выносит полчища эльфов, орков, драконов, зомбаков и некромантов. Смешно, блин. Так было в книжках, а вот в жизни все совсем не так. А мне ведь эти романы нравились, я их взахлеб читал…

Кое-как умывшись, я, охая и ругаясь, лег на спину и закрыл глаза. Все тело горело огнем, мышцы будто окаменели, но постепенно боль стихала, и я задремал. Снилось мне что-то совершенно лихорадочное, и я проснулся на закате, совершенно разбитый, будто по мне танковый полк проехался. Ясен пень, в таком состоянии никуда ехать нельзя. Так что я вынужден был отказаться от поездки в Донкастер.

Я проболел целые сутки, облегчение наступило только к вечеру следующего дня. Обеспокоенный хозяин несколько раз порывался позвать лекаря, но я не дал — лишних денег у меня не было. Лишь утром третьего дня я почувствовал, что вроде как отошел от последствий "тренировки" и отправился в Донкастер.

Магазин Окана я нашел без особых хлопот — он располагался на первом этаже старого каменного дома, обращенного фасадам к серым высоким стенам главной городской тюрьмы Дэдхаус. На мой вкус, очень уж мрачное соседство. Хозяин лавки, худой седеющий длинноволосый аскетичного вида мужчина лет сорока, даже не посмотрел на меня, когда я вошел — он стоял ссутулившись за прилавком, взвешивал какие-то порошки на аптекарских весах.

— Мэтр Окан? — осведомился я, подойдя ближе.

— Зальбер Окан к вашим услугам, — ответил мужчина, продолжая возиться с гирьками и порошками. Говорил он с легкой картавинкой. — Хотите что-нибудь купить?

— Я ищу пояс из змеиной кожи.

— Любопытно, — Окан все же поднял на меня глаза. — Я торгую травами и целебными составами из них, добрый сэр. Я не торгую галантереей.

— Мне про пояс Эплбери сказала, и я…

— Не нужно называть имен, добрый сэр, — оборвал меня Окан. — Особенно когда говоришь с незнакомыми людьми.

— Понимаю. Наверное, я ошибся. — Я поклонился и шагнул к двери.

— Погодите! — окрикнул меня аптекарь, заставив остановиться. — Я лишь сказал, что незнаком с вами. Но, возможно, у нас действительно есть общая знакомая. Должен сказать, что ее сейчас нет в Донкастере.

— Жаль. Я бы хотел с ней встретиться.

— Эплбери девушка милая, но несколько взбалмошная, как все кан. Она неосторожна, привлекает к себе ненужное внимание. И хотя свободных магов в Вальзерате не объявили пока вне закона, у них много недоброжелателей.

— Вы про Трибунал говорите?

— Добрый сэр, вы очень неосторожны. Есть вещи, которые лучше не произносить вслух.

— Спасибо за совет. Так как насчет пояса из змеиной кожи?

— Сейчас у меня нет ничего, что могло бы вам подойти. Зайдите через неделю, может быть, вы найдете то, что ищете.

— Благодарю. И все же очень жаль, что Эплбери покинула Донкастер. Мне очень нужна помощь мага.

— Единственное место, где вы найдете в Донкастере человека, знакомого с магией — это университет. Там читают лекции мастер Савват и мастер Альгист, советник по магии самой герцогини Вальзератской. Правда, их услуги стоят огромных денег. Хотя у обладателя таких превосходных мечей и прекрасной куртки наверняка найдется чем заплатить. Больше ничем не могу помочь вам. Разве только вы захотите купить какой-нибудь эликсир. Цены у меня очень умеренные, а выбор неплохой.

— Я бы купил информацию об одном зелье. Слышали об эликсире Борга?

— Может и слышал, — Окан выпрямился, вышел из-за прилавка. — Как ваше имя?

— Хоть вы и считаете, что не нужно называть имен, я представлюсь — Сандер Сторм.

— Вы Преследователь, призванный магами Санктура. Мне Эплбери про вас рассказала. Когда я увидел вас, то сомневался. А потом вы упомянули Эплбери, и я все понял.

— Туше, — я развел руками. — К чему тогда было все это притворство?

— Просто хотел составить о вас собственное мнение, — Окан прошел мимо меня к двери лавки и закрыл ее на засов. — Пожалуй, нам стоит поговорить по душам. Следуйте за мной.

***

— Почему вы заинтересовались Боргом?

Вопрос был резонный и ожидаемый. Я решил не темнить.

— Борг похитил девушку, и ее отец попросил меня вернуть ее, — ответил я.

Окан покачал головой.

— Не ожидал такого ответа, — сказал он. — Вы, верно, хотите успеть все сразу.

— Я хочу помочь хорошему человеку.

— Должен вас предупредить — Борг не шарлатан. Он маг, и очень могущественный.

— Поэтому я и ищу помощи.

— В Эттбро есть маг, который мог бы вам помочь. Его зовут Эдерли.

— Не пойдет, — отмахнулся я. — Я с ним знаком. Этот Эдерли хитрый сукин сын. И он работает на Трибунал.

— Понятно. Вы не хотите иметь дел с Трибуналом и ставите на друидов.

— Я просто хочу понять, что тут происходит.

— Война, юноша. Постоянная, то затихающая, то разгорающаяся вновь. Когда глава Синклита и Архимать Элия Марджана предали друг друга проклятию, они определили судьбы этого мира на столетия.

— Расскажите мне об этих войнах. Я мало что о них знаю.

— Что ж, рассказчик я неважный, поэтому постараюсь излагать кратко. Еще до начала Первой войны Двух Вершин маги уже знали, к каким последствиям может привести неконтролируемая магия и предостерегали от ее применения. Санктур предложил всем правителям Десятигорья принять законы, запрещающие использовать некоторые виды магии всем, кто не состоял в Синклите. Исключение делалось лишь для целительства и зельеварения. Причиной такого решения стала гиблая чума в Эсане, вызванная вторжением демонов из запредельного мира. По легенде именно Пророк спас тогда Десятигорье, остановив чуму. Против предложения сообщества Санктура выступили ведьмы Тойфельгартена. Это и был повод к началу войны. Она шла много лет и привела к гибели многих магов и тысяч простых людей. Целые области были разорены и отравлены остаточной магией. Ведьмы тогда побеждали, их союзникам удалось осадить Санктур, но взять цитадель Синклита они не смогли. После этого был подписан мир. Он был нарушен семьдесят лет назад, когда ведьмы нашли себе нового союзника — Черный Орден. В Десятигорье вновь появилась гиблая чума. Маги Санктура говорили, что это они остановили Черных и спасли Десятигорье от чумы, но были те, кто считал, что наш мир в то темное время был спасен только потому, что явился ученик Пророка Джозеф Джаримафи и открыл Дар Пророка. После Второй войны многие маги разочаровались в Синклите и присоединились к друидам, а кое-кто решил, что не примет ничью сторону. Сейчас в воздухе опять пахнет войной, и сохрани нас Высшие, если она начнется. Синклиту в этой войне не победить, у них просто не осталось сил. Некогда Санктур был могущественным сообществом, ныне в нем осталось не более двух десятков магов. Ходят слухи, что уже много лет никто не входил в ворота Санктура и не выходил из них.