Андрей Архипов – Второй Хранитель (страница 18)

– Парни, у меня к вам деловое предложение.

Возникла пауза. Фаза замер над своим сложным бутербродом, Перс застыл с огромной кружкой чая.

– Лук, стрелы – ваши. И научу их делать. Пулемет с цинком патронов, а это шестьсот штук, весь хабар, что вместе взяли, – тоже ваши. Калаш еще могу подкинуть, к нему четыре магазина и патроны. И самое главное! Поручусь за вас, а слово Лошади в этом мире чего-то стоит. Мое поручительство – это кредит везде, где меня знают. А вам, пока себя не зарекомендуете, никто никаких кредитов не даст, и все расчеты будут только за наличку.

– Что хочешь? Нам ни атработать столька! – взвился потрясенный перечисленным богатством Перс.

Он желал получить обещанное немедленно, тем более вожделенный пулемет, который сегодня добровольно почистил и перебрал.

– Кстати, Перс. У меня к пулемету еще прицел есть, он тоже твоим будет.

– Зачем морда скалишь, издиваишься? Таджик савсем бедный, ничего нет! Фаза тоже бедный, и рука сломан. Придем стаб – всем скажу, как ты над свежак морда скалил!

Лошадь молча выслушал, тяжело вздохнул и явно через силу выдавил:

– Так не от хорошей жизни я вам предлагаю почти все, что за душой имею. Попал я, братцы, и попал крепко. Как, впрочем, и весь наш невезучий стаб…

Поселение Лошади называлось Факторией и имело стратегически выгодное расположение. Через нее проходила дорога к быстрым кластерам, которую они контролировали и охраняли. «Они», как понял Макс, – это больше сотни головорезов, не признававших над собой никакой власти и решивших, что все проходящие мимо караваны им обязаны отстегивать. Но не все обстояло так просто и незамысловато, как казалось. Отстегнувшие имели право на бесплатный отдых, баню, ремонт техники по гуманным ценам и помощь «братвы» в критические моменты. У тех, кто не желал делиться, оставался выход. В быстрые и оттого неистощимые на ценный хабар кластеры имелось еще несколько дорог. Правда, не таких безопасных и удобных.

Кластеры грузились быстро, барахло возобновлялось, и ни один караван пустым не уходил. Возвращались или упакованные под завязку, или пропадали бесследно и с концами. А бывало, что заходила вооруженная зенитками бравая колонна, а выползали жалкие ошметки в виде стада обезумевших от страха рейдеров. Рейдеры тащили на своих плечах орущих раненых, а на хвосте висели толпы кровожадных тварей. И в таких случаях из Фактории выдвигалась хорошо вооруженная команда, а лекари трудились не покладая рук.

Что еще можно было сказать о поселении? Там, несмотря на кажущуюся вольницу, имелась власть, и не одна, а целых три. Для решения глобальных и значимых вопросов собирался сходняк из наиболее авторитетных сталков. Но каждый день сходняк не соберешь, и для контроля за текучкой выбирался руководитель, который имел право принимать решения самостоятельно. Последний год эту почетную должность занимал всеми уважаемый Бульдозер.

И еще имелась третья, может, и не власть, но точно сила. Тихая и незаметная, по влиянию вполне сопоставимая с первыми двумя. Это торговцы. Представители могучей торговой организации, пронизывающей, словно щупальцами, приличный кусок Улья и понемногу расширяющей свое влияние на соседние куски.

Через торгашей можно было достать если не все, то многое. Наркотики, лучших проституток, розовый и белый жемчуг, любое оружие вплоть до зениток и бронетехники. А еще можно заказать киллера, нанять оснащенный и отчаянный отряд головорезов, выкупить свою жизнь, если ты приговорен за преступление, скрываешься и за твою голову объявлена награда. Торговцы решали почти все. Их тайный орден никогда не стремился возглавлять стабы или многочисленные группировки, но очень любил влиять на руководство. И поселение Лошади мимо их внимания не проскочило – слишком выгодно те располагались.

– Да неужели и танк могут подогнать с боезапасом? – с сомнением спросил Фаза.

Услышанное так поражало воображение, что он не верил.

– Могут, Фаза, могут. Эти твари почти все могут, только плати. Или за ответную услугу. – Лошадь сплюнул себе под ноги, как будто речь шла о чем-то отвратительном.

– Как-то ты о них совсем уж жестко…

– Я жестко? – Сталкер вскочил на ноги, и руки его непроизвольно сжались в кулаки. – Да они весь наш стаб под молотки подставили, а это полторы сотни парней! И так все хитро сделали, что якобы они не при делах. Получается, что во всем мы сами виноваты.

Глава 12

Баня, готы и танк посреди улицы

По словам Лошади, долгое время отношения братвы и караванщиков складывались ровно. Те оплачивали проход споранами, патронами или, по предварительному договору, делились найденной добычей. Принципиальные и жадные шли окольными путями, и поступать подобным образом сталкеры Фактории считали себя вправе. Все было хорошо, пока ушлые торговцы не подсказали Бульдозеру новый способ заработка. Тот вынес вопрос на обсуждение, и идея сталкерам понравилась.

Теперь самым удачливым и оснащенным караванам предлагалось вместо платы за проезд брать с собой машину, принадлежащую Фактории, и для этой цели даже оборудовали парочку КамАЗов. Общая прибыль возросла, и уже хотели переводить братву на бесплатный живчик, но… Лошадь до сих пор не понимал, как мог многоопытный Бульдозер так фатально ошибиться. Именно для того каравана следовало сделать исключение.

Караван проходил через их стаб дважды в месяц и отличался огневой мощью машин сопровождения. Во главе колонны из трех грузовиков шел бронетранспортер БТР-80, бдительно поводя вокруг башней с двумя спаренными пулеметами. За ним следовали грузовики, со всех сторон прикрытые бронелистами. Замыкал колонну или второй бронетранспортер, или укрепленный «джихад-мобиль» с двадцатичетырехмиллиметровой зенитной установкой. Бойцы в сопровождении тоже соответствовали. Угрюмые дядьки с военной выправкой в кевларовых бронежилетах, вооруженные автоматами ВАЛ и ручными пулеметами.

Проезжали молча, говорили с братвой через губу, но платили сколько скажут. Не торгуясь. По одним слухам, они чистили суда на рейде, по другим – устраивали охоты на сильных зараженных, где их били сотнями, приманивая на сидящих в клетках собак или свиней. Вот такому каравану Бульдозер и перегородил дорогу.

Караванщиков сначала попросили вежливо. Взять в рейд КамАЗ стаба те отказались наотрез и предложили патроны для расчета. Бульдозер проявил настойчивость, но был послан в настолько грубой форме, что психанул. Дорогу колонне перекрыли, но тогда уже психанули мужики в бронежилетах. Головной бронетранспортер примитивный заслон снес, и колонна проехала, а из замыкающей машины высунулась рука и издевательски вышвырнула на асфальт щедрую горсть патронов. С братвой формально расплатились, но Бульдозер матерно ругался и кипел от негодования.

В стабе объявили общий сбор, и на обратном пути бронированных наглецов приняли уже по-взрослому. Дорогу перегородили бетонными блоками, оставив проход, на позиции сели гранатометчики и снайперы. Бульдозеру и эти меры показались недостаточными. Перед самым носом возвратившейся колонны вывернул самосвал и вывалил восемь тонн мелкого щебня. Бой вспыхнул жаркий и короткий, в котором войско сталкеров потерпело сокрушительное поражение. Более того, шансов у них изначально не было, и до братвы только потом дошло, с каким коварным врагом они столкнулись.

Караванщики горячего приема ждали и успели подготовиться. По засаде ударили одновременно с двух направлений, и атака с тыла оказалась сильнее атаки со стороны колонны. Друзья Лошади проиграли бой, но сумели больно огрызнуться. Спалили гранатометами один из БТР, перестреляли выскочивший десант, а снайперы метким огнем прижали к земле первую атаку с тыла. И можно, можно было попытаться с боем выйти, но нападавшие приступили к жесткой зачистке поселения, и Бульдозер запросил переговоры, которые завершились капитуляцией Фактории.

Закончилось все плохо – их обвинили в беспределе и убийствах. Колонны проезжали, проезд оплачивали как положено, и навязывать свои машины никто не имел права. Сталкеры устроили засаду, огонь открыли первыми, погибли люди, и за подобное следует ответить. Бульдозеру и трем бойцам демонстративно прострелили головы, а на всех сталкеров Фактории наложили штраф. Решили, что каждый обязан выплатить по две черных жемчужины и двадцать штук горошин. На поселении повис долг в десять жемчужин, но уже красных, и вся прибыль с проходивших мимо караванов теперь уходит на погашение. Завершилось судилище совсем позорно. Гордых сталков заставили растаскивать высыпанную кучу щебня ведрами, а бетонные блоки отодвигать ломами.

Лошадь при рассказе волновался, сильно потел и протирал лысину. Ребята слушали, не перебивая, но Фазе не все было понятно, и он решился на вопрос:

– А торговцы? Торговцы тут с какого боку?

– А сам подумай. Единственный, кто мог убедить Бульдозера не устраивать засаду, – это я. Если предполагается стрельба, то ко мне всегда подходят и проверяются – на два дня вперед я не ошибаюсь. И тут, представляешь, только колонна прорывается через наш заслон, как меня находят торгаши и предлагают выгодное дело. Я должен незнакомого мужика с бабой проводить на один из дальних стабов и получу за это вон тот пулемет с патронами, – Лошадь кивком указал на оружейную пирамиду. – Да, поручение, если разобраться, ерундовое, почти без риска, но времени ушло дней десять. Проводил, вернулся и узнал, что мы теперь на счетчике, а лично я должен две жемчужины и еще кучу гороха. Хорошо, что пулемет вперед забрал, а то лишился бы в оплату долга. И еще момент, заметь! – В воздух выразительно взметнулся желтый палец сталкера. – Долги наши перед караванщиками будут взыскивать именно торговцы! А мимо них споран лишний не проскочит.