Андрей Архипов – Битва за ресурсы (страница 20)
– Лейтенант?
– Капитан, с вашего позволения, Зинаида Павловна. Вы же в курсе моего восстановления в прежнее звание, но каждый раз…
– Да мне твои левые пакеты с системой самоуничтожения до… до лампочки, короче! Так что считай, что я знать не знаю о твоих целях и задачах! У тебя на настоящий момент есть сопроводительные документы, в которых ты лейтенант и точка! Не успели их переделать – твои проблемы! Так что слушайся старших по званию и немедленно отменяй приказ о подготовке к атаке грузовика!
– Здесь командую операцией я, капитан, потому попрошу не вмешиваться, иначе мне придется подвергнуть вас аресту! Должен признаться, что уже начинаю сожалеть о том, что пошел на поводу у начальника сектора и взял вас с сопровождающим на борт корабля. Я ожидал помощи, так как вы руководили экспедицией на Весту, но такое поведение…
– Ладно, зайду с другого конца… Я знаю этого парня! Он лишь защищает себя, ибо натерпелся за последнее время столько, что не доверяет никому!
– Я тоже его знаю. Не самый плохой курсант, но приказ есть приказ.
– Ты сдурел, лейтенант?! Какой, на хрен, приказ?! Который уничтожен и про который все отдававшие его уже основательно забыли? Мы тут все на нелегальном положении, и если кто-то из нас попадется, то страна от него откажется. Мол, знать не знаю и ведать не ведаю, а из вооруженных сил этот тип уволился еще год назад! Государство официально отмежевалось от Весты, и ты об этом прекрасно осведомлен, если не дурак! Хочешь международного скандала?!
– Приказ был четкий: взять месторождение под полный контроль и провести эвакуацию кристаллов и оборудования. И вы об этом знаете! А Васнецов явно пытается нас блокировать и разоружить. Четыре штурмовика это грозная сила, но думаю, что справлюсь, корвет оснащен прекрасно. И вообще, пилотская кабина не место для душевных разговоров, тем более в такой ситуации. Выйдите, капитан!
– Ты понимаешь, Колобок, что рискуешь жизнями этих недоучившихся мальчишек? Или ты предпочитаешь пожертвовать девочками из дальневосточного училища?
– Выйдите, капитан, я больше повторять не буду!
– Да и не будут они выполнять твой идиотский приказ, я в этом уверена на девяносто процентов… И уж точно этим не будут заниматься друзья Васнецова! Хочешь бунта на корабле?
– Всем курсантам будут присвоены звания, сразу после операции. Этим не бросаются! Васнецову, кстати, тоже, если он будет вести себя благоразумно. Кроме того, позволю вам напомнить, капитан, что вы с вашим консультантом…
– Видит бог, я не хотела тебя расстраивать! Мозгов, зайди!
– Товарищ капитан, сейчас же покиньте рубку и заберите этого «пиджака», пока я не применил оружие…
– Не сношай мои извилины, Колобок, твой пистоль я разрядила, когда ты спал… Это старший лейтенант Мозгов, он представляет здесь службу безопасности сектора Цереры. Евгений, покажи ему свои полномочия и продемонстрируй запись того самого разговора… По прямому каналу, Женя, не оставляй следов.
…Негромкие звуки в течение минуты…
– Ну что, понял, Колобков? Понял, что в итоге не только тебя ликвидируют, но и этих детишек? Ну, что молчишь?! Это не спецоперация! На нее не посылают разжалованных капитанов и недоученных пилотов, которых фактически перехватили по дороге сюда, пообещав погоны и славу!
– …
– Еще раз!
– Я не верю. Этот человек был мне как отец. А ваша запись смонтирована!
– Она подлинная и пришла к нам из разных источников, именно поэтому мы тут с Евгешей вместе! Лови теперь мой экземпляр, там кусок разговора с тобой… Надеюсь, его ты помнишь?
…Негромкие звуки в течение двух минут…
– Всё можно исказить до неузнаваемости. Начало подлинное, но что потом… Подделку сделать не так сложно, как кажется.
– Но тебе же наверняка предлагали участвовать во всем этом, поэтому ты знаешь правду!.. Пойми, Колобок, каким бы прекрасным человеком ни был начальник твоего училища, он встрял в систему, которая готовит военный переворот! Я сама слышала о нем только хорошее, но для свержения власти нужны средства, а в его случае получилось, что деньги нужны любой ценой! Он, может, и не хотел всего этого, но за него уже все решили и наверняка пригрозили семьей… Что дороже: свои детишки или вы все, вместе взятые?.. Пойми, раз записи вышли за пределы служб, значит всё, он спекся и уже дает показания, так что ты можешь пойти силовым структурам под нож, даже если у них нет никаких других доказательств! И уж тем более это произойдет, если ты привезешь на Землю кристаллы и оборудование, таких убогих чудаков всегда ликвидируют в первую очередь!
– Всё возможно, но я на бунт не подписывался и не подпишусь!
– Да я почти уверена, что ты наотрез отказался участвовать в перевороте и попросился сюда лишь для того, чтобы быть подальше от резни и крови. Но ты все равно совершил ошибку, пусть и не знал какую! Наше государство дрянь, Колобков, но что будет, если на его вершину взойдут точно такие же люди, как предыдущие? Реки крови, а потом всё пойдет тем же самым чередом…
…Негромкие звуки в течение нескольких секунд…
– Я не мог его сдать… Что вы предлагаете?
– Слава богу, слышу слова разумного человека. Приписали тебе к Церере, вот и служи… здесь, на Весте. Спокойно жди, пока на Земле всё не затихнет, а мы постараемся тебя от всего этого прикрыть. Если не получится, то сам решишь свою судьбу, деньгами и документами поможем. И насчет кристаллов не беспокойся: что сможем, увезем от англосаксов и применим в дело… в такое дело, которое не потребует ликвидации гражданского персонала или тех, кто честно выполняет свой долг.
– А шахты?
– Шахты подорвем к чертовой матери, в этом случае наши планы, думаю, полностью совпадают. И имей в виду, лейтенант, у Мозгова были полномочия тебя ликвидировать, но мы… короче, эти самые детишки слишком хорошо о тебе отзывались. И Васнецов тоже. Не подведи их.
Глава 6
Занимая место под солнцем, ты загораживаешь кому-то свет.
– Слушаю вас, Алексей Николаевич. – Митька специально не стал акцентировать внимание на званиях, стараясь не задеть самолюбие Колобка, и тот, судя по всему, оценил такой жест. По крайней мере, в глазах лейтенанта мелькнуло что-то весьма похожее на облегчение.
– Спасибо, что уделили мне внимание, Дмитрий. Для начала я хотел бы объяснить свое появление здесь…
– Не нужно.
– Даже так? – Колобков недовольно поморщился. – Невоздержанность на язык не пойдет на пользу господам офицерам.
– Они тут ни при чем, Алексей Николаевич, у меня свои источники информации. И давайте не ходить вокруг да около. Говорите прямо, что вам нужно?
Лейтенант на секунду замер, переваривая новые данные, и наклонил голову.
– Хорошо. Вы были неплохим курсантом, Васнецов, но обычно это никак не коррелирует с дальнейшим продвижением по служебной лестнице… – Он многозначительно замолчал, ожидая, что его бывший воспитанник отпустит замечание по поводу «удавшейся» военной карьеры, но тот безмолвствовал, и лейтенант продолжил: – …В вашем случае вы делом доказали свою профессиональную пригодность, несмотря на необычный старт…
Опять взяв паузу и не дождавшись ответа, Колобков был вынужден перейти к главному:
– А потому я не исключаю, что погоны лейтенанта все-таки украсят ваши плечи.
– Но только после военного переворота? – не стал ходить вокруг да около Митька. – Вы уверены, Алексей Николаевич, что звездочки мне дороже моей жизни?
Надо отдать должное лейтенанту, тот не стал ничего переспрашивать и даже не посетовал на господ офицеров. Лишь в очередной раз кивнул, как будто согласился с какими-то своими мыслями.
– Вы интересуетесь политикой, Дмитрий?
– Нет.
– Но хотя бы новости смотрите?
– Иногда.
– И вы считаете справедливым, что о вас, будущих офицеров, вытерли ноги, отправив на задворки Солнечной системы ничем не примечательными гражданскими спецами? Мне кажется, что вы и ваши друзья достойны большего, нежели подрабатывать на побегушках у олигархических кланов…
Митька скрипнул зубами и решился пробить туннель в вязких словесных кружевах, которые лейтенант неловко разбросал вокруг себя.
– Алексей Николаевич, попрошу вас не тратить время, рассказывая мне о несправедливости нашего общества. Я как никто другой хлебнул лиха в детстве, но при этом достаточно повидал, чтобы не идти на поводу тех, кто манит меня сладкой морковкой.
– Дмитрий…
– Дайте мне сказать, товарищ лейтенант, раз уж довелось… Я помню, как в училище вы стояли рядом с нами плечом к плечу, не прячась от подрывов зарядов, которые проводили бестолковые первогодки. Помню, как тратили на озабоченных выпивкой и девчонками курсантов свое свободное время. Наказывали нас за любую провинность, но при этом всегда ручались за молодых балбесов перед начальством. Я… да весь наш взвод вас уважает и ценит! Так зачем сейчас вы пытаетесь втянуть нас в свои неблаговидные дела?! Или находитесь в такой заднице, что готовы пожертвовать нами, чтобы выбраться наружу?! – последние слова Митька произнес с таким сочувствием, что пару секунд наблюдал бурю эмоций на лице своего бывшего воспитателя. Тот даже помотал головой, пытаясь собраться с мыслями.