Андрей Архипов – Антагонист (страница 40)
Внизу, окруженная со всех сторон горами – кучами, раскинулась долина. Весьма внушительных размеров. В долину вели несколько дорог, перегороженных вынесенными блокпостами, а прямо под носом Пуделя с Браслетом, стоял десяток БТРов.
Кроме бронетранспортеров, в хозяйстве имелись грузовики и пара танков. Две стареньких, с полинялой краской шестьдесятчетверки с давно потерянной динамической защитой.
Но почему на терриконах не видно часовых? Браслет размышлял не долго, ответ находился под самым его носом. Лагерь сворачивался, и бойцы складывали армейские палатки в грузовики.
Никаких сомнений, что уже к полуночи долина опустеет. Вот только куда терриконовое войско направляется? Ближайшее крупное поселение Ремтехника, с него сегодня перестали выезжать машины и все вместе это как-то настораживает.
– Браслет, валим! Быстро! Примерно через полчаса сюда дойдут! – И снова опасность первым обнаружил Пудель.
– Ты что шипишь, чего случилось? Кто дойдет?
– На «четыре часа» смотри внимательно. Шесть человек, двое с СВД. Идут сюда, но в нашу сторону, пока – не смотрят. Эх, командир! Да наше счастье, что над базой беспилотник не болтается!
На противоположной стороне долины, по склону террикона растянулась цепь дозорной группы. Идти до них разведка будет долго, но могут засечь в оптику и лучше побыстрей отсюда уходить.
Тем более, что делать в этом месте абсолютно нечего. Дело идет к ночи, войско внизу сваливает и они не готовы следить за такой крупной бандой муров. Разумеется, Ремтехнику надо предупредить немедленно, а ближайшая радиостанция в поселении Трапеция. Как, интересно, сейчас там обстановка? Браслет скосил взгляд на отряд муров, и сердце сжало от нехорошего предчувствия.
*****
На стройплощадку они наткнулись через пару сопок. Темнело быстро, но они рассмотрели в карьере экскаватор, пару бульдозеров и несколько строительных вагончиков. Вниз шли спокойно, не прячась и не пытаясь скрыть свое присутствие.
Муров внизу быть не могло, как и других имунных. Между вагончиков разгуливали мертвяки. В глаза бросились оранжевые каски и фирменные комбинезоны с эмблемами строительной организации.
– Ну что, командир, клювами, или с тихарей положим?
– Да темновато, вроде как для тихаря… Ты давай как хочешь, а я по старинке. Клювом. Не знаю, может внизу и есть сюрпризы, но отсюда вижу только медленных. А они сам знаешь – более продвинутых собратьев избегают и боятся. По-моему, максимум чем мы рискуем, так это парой бегунов в вагончике.
Браслет угадал. Почти. Бегун прятался всего один и с ним разобрался Пудель со Стечкина с глушителем. Затем он показал класс по работе с короткостволом и, держа пистолет двумя руками, за секунды – уложил пять медляков. Браслет, успел уделать клювом только одного.
– Отлично, Пудель! Стыдно признаться, но я так не умею! Эх, жаль нету времени… С удовольствием взял – бы у тебя несколько уроков. При случае объяснишь основные принципы?
Ответил Пудель подполковнику не сразу. Наемник стоял у стены вагончика и деловито добивал в обойму Стечкина недостающие патроны.
– Браслет, я может быть не вовремя, но ты ответь. Если не секрет, конечно.
– Ну да, спрашивай. Я слушаю. Только может, ночлег сначала подготовим? А то смотри, темнеет быстро.
– Да все успеем. Выберем вагончик подходящий, с печкой… Ты мне, подполковник вот что растолкуй. Скажи, почему со мной сотрудничаешь? Ведь я киллер и в крови по горло. Тебе как, принципы ментовские не жмут?
– Гмм… Хотя вопрос логичный. Тебе непонятно, почему я Пупса ненавижу и преследую, а с тобой все по другому, да?
Вопрос прозвучал для Браслета неожиданно, но разговор висел в воздухе давно, и от ответа увиливать не стоило
– Я, Пудель, с тобой имею дело, потому что ты уже, можно сказать труп. Да, труп. И не ухмыляйся. Сам знаешь – киллер одиночка долго не живет. Ты всю работу лично делаешь, везде своей башкой рискуешь и рано или поздно ошибешься. Согласен?
– Нет, не согласен. Я умный и везучий. Но продолжай.
– Да нет, везучий, как раз – Пупс. И везучий потому, что сам вперед не лезет и не подставляется. На Выборских терминалах он вообще уехал и своих ребят под тварями оставил. Вот только мало кто об этом знает. И повторяю, Пудель. Ты сам работаешь и на себя, а Пупс мало того, что создает криминальные сообщества, так еще и связан с мурами.
– Понятно… Значит Пупс зло великое, а меня в любом случае завалят. Знаешь, что, Браслет? Давай, лучше, закроем эту тему и поднимать не будем.
– Да я и не поднимал…
– Да, я поднял. Каюсь, виноват и пусть все останется по-прежнему. Твои деньги, крыша по возможности, с моей стороны услуги и никакого любопытства. Договорились?
– Пудель, мы спать идем сегодня?
– Идем, конечно! – Бодро отрапортовал Пудель и зажужжал механическим фонариком, в обиходе прозванным «Жучок».
Глава 16. Поселение в Каменоломне
Тяжело дался забег по терриконам. Браслет никак не ожидал, что вымотается настолько сильно. Он потерял больше трех килограмм веса, мышцы на ногах болели и подлый Пудель, слыша его вздохи – гнусно ухмылялся. Это он, двигаясь первым, задал запредельный темп. Браслет постеснялся попросить идти помедленнее и вечером за свою стеснительность расплачивался.
Они с Пуделем хорошо поужинали, сели попить чаю и подполковник, незаметно для себя – выдул целый котелок, закусывая найденными в вагончике конфетами. Глаза слипались, он начал клевать носом и Пудель угнал Браслета спать, обрадовав, что встанут они затемно, позавтракают и выйдут с первыми лучами света. Слабо шевельнулась мысль, что поздний выход более уместен. Мысль как появилась, так и ушла, стоило голове коснуться уложенного в изголовье рюкзака.
Браслет проснулся ночью. На соседней койке дрых, разметавшись – Пудель, часы с подсветкой показывали четыре тридцать и подполковник обрадовался, что еще поспит. До подъема час, а то и полтора и он тихо охая при каждом шаге выбрался на улицу. Причина пробуждения понятна и естественна. Выпитый котелок чая требовал немедленного выхода наружу.
Подполковник, не желая просыпаться, терпел, сопротивлялся, но все равно пришлось натягивать на ощупь берцы и выползать на улицу. То, что фонарик остался в куртке, вспомнил за вагоном и обнаружил, что может обойтись и без него. Ох, ничего себе! Это что за ночной концерт?
– Пудель! Давай сюда!
Наемник среагировал так, как и положено реагировать специалистам его уровня. Он вылетел с вагона «щучкой», перекатился в сторону, застыл, и водил по сторонам толстым стволом ВАЛа выясняя обстановку. Вот так реакция! Восхищаться нет времени, совсем не тот момент, но «зарубочку на память» Браслет сделал машинально.
– Какой ты резкий! Да убери пушку и смотри туда, на терриконы.
Пудель повернул голову, куда ему указывали, охнул и поставил автомат на предохранитель. Ночное небо, с одной стороны карьера отсвечивало, словно большой город. И более того. Вдали, за сопками – красиво вспыхивали сполохи. Сполохи обозначали не сияние севера. Сполохи обозначали взрывы.
– Ремтехника! – В унисон выдохнули оба. Оделись не сговариваясь, вооружились и ради лучшего обзора бегом поднялись на ближайший террикон. Звуки сюда не доходили, они гасились сопками. Но судя по вспышкам, в поселении ремонтников шла настоящая резня.
– Наверно минометы лупят. По одним вспышкам точно не понять. – Предположил Браслет и его радостно поддержал Пудель:
– Ага, бьют с тяжелого. По-моему, командир – хана Ремтехнике. И стрелковка! Ты посмотри, стрелковки сколько!
Пудель правильно подметил. Ночное небо освещали не только вспышки орудийных взрывов. Во всех направлениях перекрещивались пунктиры пулеметных трассеров, что говорило о горячем бое.
– Теперь понятно, почему от ремонтников не вышла ни одна машина. Наверняка ожидали нападения и готовились обороняться. И зачем мурам Ремтехника понадобилась? – Подполковник растерянно пожал плечами. – После такого боя и обстрелов от поселка мало что останется. Не меньше года придется восстанавливать.
– Э, командир! Да никто ничего восстанавливать не будет, проще поселок заново отстроить. На новом месте. И заметь, стихают вспышки.
– Ты, знаешь, Пудель… Я очень надеюсь, что Ремтехника отбилась, но если нет, то сейчас пойдет зачистка. Народ разбегается, их наверняка преследуют и мы с тобой вполне попадаем под раздачу. Мне кажется, что надо сваливать. Другие будут предложения?
– Нет, блин! Предлагаю Ремтехнику обратно отбивать у муров! Конечно, сваливаем.
Вышли они, как и планировали сразу. Как только немного рассвело.
*****
Каменоломня. Опасный длинный стаб с собаками мутантами. Сама Каменоломня грузилась раз в два года, считалась стабом, и имела быстрого соседа кластер «Свалка». На «Свалке» раз в неделю обновлялись две помойки со стаями собак и, разумеется – крупные особи отъедались на иммунных, маленьких собратьях.
Отожравшиеся и развившиеся твари разбегаться куда попало не спешили. Они сбивались в стаи и ходили в Свалку, как в столовую. Живой пищи прилетало много и стремительно мутировавшие псы набирали силу на котах, мелких собачках и жирных неуклюжих крысах.
Вторым источником жратвы служила трасса. Дорога из Ремтехники на Серпантин змеей струилась между большими валунами. Лучшего места для засады не придумать, на путников нападали стаи злобных тварей и не всегда люди выходили победителями.