Андрей Анпилогов – Превыше Избранных (страница 8)
Я чувствую, как между нами возникает энергетическая заслонка. Я чувствую пощипывание электричества на губах и языке. Моё сердце начинает колотиться до звона в ушах; но я стараюсь не обращать на это внимание.
Девушка хочет отвернуться от меня, но делает всего лишь пол оборота и говорит:
— Вы ведёте себя недостойно, молодой человек. Я княжна императорской крови, и мне вас не представляли. И не вы ли поджидали меня возле волейбольной площадки?
— Отнюдь. Я тогда первый раз вышел на прогулку со своим камердинером, после того как телепортировался. Да и сейчас заговорил с вами так, со скуки, и только потому, что увидел вас на своём пути к свободному столику…
Ольга Леонидовна вдруг вспыхивает до самых кончиков своих ушей после таких моих обидных слов…
— Молодой человек, а хотите я вам дам пакетик для учебников, так вам будет удобно их нести, а не держать в руках, — говорит с соседнего столика симпатичная брюнетка в короткой юбке.
— Это было бы очень любезно с вашей стороны, — говорю я, — особенно мне понравилась первая часть вашего предложения: «Молодой человек, а хотите я вам дам…»
Девушки вокруг начинают громко хохотать.
Однако симпатичная брюнетка, над которой я пошутил довольно смело, нисколько не обижается, а протягивает мне руку с улыбкой и со словами:
— Меня зовут Лиза Воронцова, я очень люблю секс.
Смех вокруг нас получает дополнительный импульс и становится громче.
Великая княжна резко подскакивает с места, бросает свой планшетик в сумочку и быстро покидает читальный зал.
— Как жаль, — говорю я с печальной улыбкой.
Весёлые смешки не прекращаются.
Присаживайтесь граф на освободившееся место, — говорит Лиза Воронцова и добавляет, — я что вы хохочите так громко? Что такого особенного я сказала? Как буд — то вы его не любите…
— Вы разве не знаете, граф, что нельзя заговаривать с Великой княжной не будучи представленным, — говорит девушка с тугой косой до самой попы со второго соседнего столика.
— Да, я понимаю, но не смог удержаться, увидев такую красавицу… Я, видите ли, недавно в России, и ещё не знаю ещё всех тонкостей вашего этикета, — говорю я с появившимся у меня вдруг французским акцентом… и начинаю смеяться вместе со всеми.
Великая княжна Ольга Леонидовна стоит в этот момент у дубового бюро и разговаривает с библиотекаршей, но пронзает взглядом меня. Я чувствую, как горит у меня затылок, и начинают покалывать виски…
— Какой вы дерзкий, граф, — совсем засмущали нашу первую красавицу, про секс заговорили в её присутствии, — поддерживает разговор девушка у окна со всезнающим взглядом и до нельзя открытой грудью.
Лиза Воронцова уложила тем временем мои книги в блестящий пакет и демонстративно гладит его рукой.
— А на какой факультет вы поступили, граф? — спрашивает девушка у дальнего окна.
— На военно — космический, естественно, — отвечаю я несколько удивлённым тоном.
— О! Это класс! А у вас, граф, есть невеста?
— А какая разница, — говорю я, поддерживая весёлое настроение.
— А вы не боитесь, что друг Ольги Леонидовны вызовет вас на дуэль за дерзость, проявленную к ней при свидетелях? — спрашивает меня худенькая девушка в очках, отрывая взгляд от книги.
— А чего мне бояться? Я просто пристрелю его, как собаку, за дерзость, проявленную ко мне при свидетелях, — говорю я.
Девушки улыбаются и закрывают книги.
— Что то у меня пропало желание сегодня учиться, пойдёмте кто желает в буфет, я вас угощу чем нибудь вкусненьким, — говорю я и выхожу из читального зала чуть ли не с дюжиной хохочущих красоток…
У библиотекарши за дубовым бюро, кажется, пенсне запотело от чрезвычайного внимания к моей скромной персоне…
Глава 7 Неотомщенные невинно убиенные
Через полтора часа мы идём с Василием обратно, в сторону пансионата «Корона».
К сожалению, красного вина тамплиеров в буфет имперской академии не завезли к моему визиту, но красное крымское каберне вполне его заменило. Кстати, это вино является стратегическим потому, что имеет свойства выводить из организма радионуклиды; и входит в рацион экипажей атомных подводных лодок. Подобный сорт винограда растёт ещё только в одном месте на нашей планете — ну конечно, во Франции.
После крымского каберне и весёлого общения со студентками имперской академии у меня отличное настроение.
Василий, однако, явно встревожен и не отрывает взгляда от своего смартфона.
— Ты чего там рассматриваешь, Василий? — спрашиваю я, похлопывая своего камердинера по плечу.
В Сеть, ваше сиятельство, выложили видео вашего конфликта с Её Высочеством Ольгой Леонидовной; и этот ролик уже стал вирусным. Мне только что звонил сам Аристарх Иванович, просил узнать к вас, что там, в читальном зале, в самом деле у вас произошло? В этом ролике утверждается буд — то бы вы, граф Алексей Деморин позволили себ оскорбить Великую княжну своим поведением, — говорит Василий.
— Ты бы, дружище Василий, меньше смотрел бабские сплетни из интернета. Никакого оскорбления не было. Мы с Её Величеством просто немного, как это говорится, пообщались, — отвечаю я и чувствую, что эта новость действительно неприятная. Получается так, буд — то я ищу популярности таким образом.
— У вас, ваше сиятельство, могут быть большие неприятности, — говорит Василий, — За Её Высочество обязательно вступятся и потребуют извинений, или даже сатисфакции.
— Жду с нетерпением, пристрелю любого, на то имею высочайшее разрешение, — говорю я весело и ещё раз хлопаю Василию по плечу и предлагаю пройти на набережную, выпить кофе.
Василий соглашается, звонит Аристарху Ивановичу и долго ему что — то рассказывает…
Мы сидим с Василием в уютном кафе с претенциозным названием «Царский уголок». Я снимаю золотистый галстук, и Василий аккуратно укладывает его в блестящий пакет с книгами. Я уже не вспоминаю Её Высочество, а вспоминаю княжну Лизу Воронцову, её осиную талию и длинные стройные загорелые ножки…
— У этой царской дочки действительно необычно большие глаза. Про такие говорят — одни глаза на всё лицо… Да и ещё в этой академии немало девиц с такими буквально глазищами… Слушая, Василий, а расскажи — ка мне подробнее про эту самую магию, которой раньше, насколько я помню, не было, а была обыкновенная электро — магнитная индукция, — говорю я, с удовольствием попивая ароматный кофе.
— Это дело действительно очень интересное, ваше сиятельство, — начинает Василий так же с удовольствием делая маленькие глотки ароматного напитка. — С этими, так называемыми анимэшными глазами, не всё так просто, ваше сиятельство. Глаза человека — это энергетические двуствольные пушки с выходом энергии различного характера всего организма, как прямого разрушительного, так и отложенного во времени (так называемый сглаз). А у глаз большого калибра, как и в артиллерии, дальность и убойность значительно выше, — с удовольствием разглагольствует Василий. — Прошу заметить, ваша светлость, магические проявления в таком масштабе и на таком уровне начали у нас в России не так давно — только с началом этого двадцать первого века.
И всё это проявляется у высшей знати нашего государства, у избранных, так сказать. У каждого рода свой особый магический дар.
Магическая энергетика всех избранных аристократических родов России оцифрована и воплощена в виде специфических изображений уникального, только им присущего цветового спектра. Его образцы хранятся в департаменте полиции, в особом отделе, и позволяют устанавливать причастность к преступлению тех или иных господ из известных родов по энергетическим остаткам этой самой магии на месте преступления, или на теле жертвы. Так же по этому цветовому спектру можно определить и специфику характеристик любого рода избранных: от благородства — небесно — голубой цвет, до самых низменных подлейших качеств человеческой натуры и склонности к насильственным преступлениям. Это в основном чёрный цвет и все его оттенки.
Есть ещё и кланы, но они ниже аристократических родов, так как там нет избранных; однако в кланах есть одарённые… Если у простого человека обнаруживаются паранормальные способности, то он, чаще всего попадает в какой нибудь криминальный клан, где и используется по полной программе… Короче говоря, аристократический род — это всегда избранные и одарённые, а клан — только одарённые. Сам же дар у избранных всегда выше чем у одарённых… На эту тему сейчас очень много литературы. В имперской академии особенно; так что вы ещё столкнётесь, ваше сиятельство, с этим явлением в полной мере.
— Да, Василий, всё это интересно и как — то мутновато, но эту невидимую силу я уже почувствовал…
Вечером, находясь в своём номере великолепного пансионата, я вспоминаю весь сегодняшний день и слово «друг» в разговоре о Великой княжне; после чего запускаю ноутбук и нахожу в меню поисковика отдельную закладку под названием «члены царской семьи»
Я рассматриваю многочисленные фотографии Великой княжны и вижу очень много снимков её в обществе весьма представительного молодого человека. Это молодой граф Растопчин, законный наследник одного из богатейших и знатнейших родов России.
Под некоторыми совместными фотографиями Её Высочества и графа Растопчина имеется подпись: «Самая красивая пара высшего общества Российской Империи». Я рассматриваю этого молодого человека.