Андрей Ангелов – Безумные сказки Андрея Ангелова — 2 (страница 55)
В зеркало заднего вида (у сиденья рыжего карлика) хорошо проглядывалась массивная монастырская стена с центральным входом. Куда часто входили разнокалиберные туристы. А иногда и выходили. Зеркало заслонила массивная рука с шуршащим бумажным свёртком.
— Возьмите! — попросил Витёк, стоя у окна Бенедикта. — И это возьмите! — вторая рука мордоворота протянула бутылочку.
Сверток источал запах еды, на бутылочке была надпись «Квас».
— Что там? — спросил рыжий карлик, беря то, что ему дали.
— Русские пироги с мясом, — Витёк обошёл авто с капота, взгромоздился за руль. — Из Слободы.
Мордоворот вскрыл свой свёрток и впился зубами в хлебобулочное изделие с запахом мяса! Бенедикт скопировал действия громилы, проделав то же самое со своим свертком! Некоторое время слышались только жадные чавканья, торопливые всхрипы и глотательные звуки. Парочка завтракала… Наконец, опустошённые бумажные пакеты были скинуты под ноги, последний чавкающий звук… благородная отрыжка из сами-знаем какого рта, и… Зазвучал разговор с явным нравственным оттенком! Если один из парочки говорунов — святой, а другой — грешник, то оттенок диалога вполне логичен.
— Ты почему стал бандитом, Витёк?
— Так сложились жизненные обстоятельства… — не пошёл на контакт громила.
— Обстоятельства у каждого свои, — не согласился Бенедикт. — На то они и обстоятельства. Понимаешь?
Громила понял, что от настырного работодателя не отвертеться и выразился ясней:
— Три года назад умер отец, и я уехал в Москву. А родом я из Волгограда… Там — в Москве… мыкался-тыкался… Никому не нужный, а если нужный, то разводилово на бабло… В итоге плюнул на приличия и стал бандитом. Платят хорошо — это основное для здорового нищеброда из провинции!
— Сколько успел людей завалить? По чесноку?.. — без всякой издевки, просто, спросил рыжий карлик.
— Мочить не приходилось, — честно ответил Витёк. — Запугивал часто. Но до «мокрухи» не доходило. Не потому что я такой правильный, а таков расклад выпадал. Наверное, мне везло… — Громила немного подумал и… просветленно посмотрел на Бенедикта, молвил, сам себе удивляясь. — Я-то мирный чувак, что всегда хотел быть пчеловодом.
— Почему пчеловодом? — внимательно спросил Бенедикт.
— У меня прадед был пчеловодом, и дед был пчеловодом, и отец, — охотно объяснил прозревший бандит. — Настоящая семейная династия! Что на мне и прервалась… Только я-то всю сознательную жизнь прожил на пасеке! Это дело знаю от и до!
— А вернуться на пасеку не судьба? — съехидничал святой карлик. Не слезы умиления же лить, в самом то деле.
— После смерти отца пасеку продала его родная сестра. Меня и не спросила…
Довольно забавно наблюдать за тем, как мускулистый бугай швыркает сопливым носом. Ладно, хоть глаза платочком не промокает, и то ладно… Бенедикт подал полупустой «Квас»:
— На-ка, хлебни, Витёк!
— Да идите вы!.. — взбрыкнул громила, отпихивая стариканскую руку. Демонстративно втянул носом сопли. — Просквозило сёдни на реке, чай не май месяц… А вы уже и рады скалиться и всякую ерунду на меня домысливать!..
Можно, конечно, сказать, что май месяц наступает если не завтра, то послезавтра. И также можно отметить, что белые нитки на любой «отмазке» невероятно видны. Только… зачем? Бенедикт ничего не ответил, а лишь участливо кивнул! Лепи, малыш, агу!
— А вот вы кто такие? — лепил Витёк. — На бандитов не похожи, на бизнесменов и подавно. Ездите, кого-то ищите…
Лучшая защита — это нападение. Старая как мир истина…
— Когда-нибудь ты нас узнаешь, Витёк, — туманно пообещал Бенедикт. — Лет так через пятьдесят-шестьдесят… мы снова встретимся. Я надеюсь… Ты, главное, не греши больше, не испытывай Бога. Ляжет карта не так, грех на себя возьмешь. Сме-ертный.
— Кстати, о картах, — переключился громила на знакомую тему. Достал из подлокотника между передними сиденьями карточную колоду, пронзительно ею щёлкнул! — Сыграем?..
Святой карлик тоже как-то почувствовал в носу щекотание. Пожалуй, сквозняк с речушки имеет место быть. Несмотря ни на что! Небожитель прикрыл фортку и достал из бардачка пакет с салфетками, выпростал из пачки салфетку, шумно высморкался.
— Убивать время Богом ведь не запрещено? — Витёк сам хохотнул над своей шуткой. — Може этот ваш Владыка до завтрева будет в обители, и что, скукой маяться?..
Бенедикт искоса глянул на колоду, поскрёб макушку в раздумье. И предложил:
— В очко! Пять щелбанов партия! Как?
— Не вопрос! — громила из-под своего сиденья вытащил фанерку, положил её между сиденьями — на подлокотник. Тасанул колоду. — Сдвиньте.
Святой карлик сдвинул колоду, Витёк подал карту.
— Ещё, — немедленно отозвался Бенедикт, а через мгновение выложил пиковых десятку и туза. — Очко.
Громила снова стасовал и подал две карты.
— Очко, — Бенедикт положил на фанерку бубновых десятку и туза.
— Что за дрань… — недоверчиво пробасил Витёк.
— Что-то не ладится у тебя сдача, — усмехнулся святой карлик. — Дай-ка я.
Бенедикт забрал колоду, небрежно тасанул. Дал на сдвинуть. Подал партнеру две карты.
— Ещё, — попросил громила. — Теперь себе.
Святой карлик достал снизу колоды два туза — крестовый и червовый:
— Королевское очко. — Размыслил, не парясь недоумением Витька, готовым перейти в негодование. — Мы сыграли три партии по пять щелбанов. Итого, ты мне должен пятнадцать щелбанов. Но я могу поставить лишь пять. Если хочешь? Только пять дизелей. Через каску…
— Это как, через каску? — удивление погасило в громиле негодование.
В данное время из ворот монастыря показались четверо: Благодатный, отец Андрей, Иван Палыч и пленительный старец, по всей видимости, Гермоген. Они оживлённо обменялись короткими репликами. Учитель обнял монахов, пожал руку Палычу и упругим шагом пошёл к джипу. Монахи обступили Палыча и трое ушли внутрь монастыря. Почти в обнимку!
Святой карлик быстренько всё это приметил в зеркало заднего вида. Скоро бросил на фанерку колоду и произнес:
— Убери-ка карты!.. А долг… отдашь в другой раз. Да и каски здесь нет.
При падении колода перевернулась и рассыпалась. Стало видно, что она вся состоит из тузов.
Учитель загрузил бренное тело в джип, на заднее сиденье. По лицу плавала искренняя радость! Давнехонько Владыка не освещал земные пространства Своим благолепием! Не хотелось, однако… И вот, случилось!
Бенедикт скоренько выскочил из салона, обежал авто и прыгнул на заднее сиденье рядом с Повелителем. Трепетно взял за божественную руку, с ожиданием всмотрелся в искристые глаза!
— Хочу поделиться новостью! — вымолвил торжественно БигБосс. — И радостью, и хорошим настроением!.. Я понял, что мне нужно предпринять!
— Возвращаемся на Небеса? — воскликнул Бенедикт.
— Терпение, мой верный слуга! Надо повидать последнего апостола!
Реакции Витька на сей занятный разговор никого не интересовали. И поэтому Витёк охреневал в гордом одиночестве до тех пор, пока не прозвучал приказ:
— Едем в Порт города-героя Волгограда! Дорога неблизкая, поэтому сначала в магазин, купим бутербродов и термос зелёного чая.
23. Рома и его яхта
Через 16 ч. 55 мин. джип прибыл в речной Порт города-героя Волгограда! Наступило восьмое утро второго пришествия. Последнее. Авто, не стопорясь в городе, уверенно проехало к причалам!.. Витёк отпросился на два часа «побродить по родным местам», и умотал прочь.
Райская пара, ведомая святым Духом, направилась к нужной пристани!.. Сначала в глаза бросился большой щит с надписью, установленный на берегу. Сам БигБосс прочел вслух:
— Уважаемые жители и гости города! Приглашаю вас на яхту «Апостол». Её постройка и отделка обошлись мне в сто миллионов евро. Самая дорогая яхта в мире. Прикоснитесь к жизни современных олигархов. Вход свободный. Ваш Рома.
За щитом, на волнах реки, покачивалась парусно-моторная яхта. Метров пятидесяти длиной, очень изящная по форме. На яхту непрерывным потоком шли посетители! На палубе, у трапа, двое парней в чёрных костюмах, проверяли людей на наличие железных предметов с помощью спецприборов. Охрана.
— Взглянем на чудо-корабль, — усмехнулся Властелин, двигаясь к трапу.
— Или на чудо апостола?.. — съёрничал вполголоса Бенедикт. Именно так, без дефиса! А ещё точней, не чудо, а чудила… На букву «М», разумеется!
Небожители благополучно миновали контроль и, в числе разномастных пассажиров, оказались на палубе.
Здесь гостей встречало фото человека (в рамочке) в полную величину!.. Довольная улыбка растягивала слегка полноватые щеки. Трёхдневная (намеренная) щетина, большой нос, лупоглазые очи, бровки домиком. Облик Ромы лучился самодовольством!
В принципе, можно уже возвращаться на Небеса. Всё ясно, понятно и так далее. Ромчик — это злокозненный невозвращенец. Умолять бесполезно, стыдить тоже. А бить ремнём — уже поздно. Только… не зря ж сюда пёрлись! Спутники могут не понять, несмотря на взаимные любовь-дружбу-жвачку…
— Жди здесь, мой преданный слуга! — распорядился Учитель и ушёл к капитанской рубке.
Бенедикт, по красной деревянной лесенке, спустился вниз и оказался в Музее. Посвященном морю!
Вдоль витрин с экспонатами расхаживала разношёрстная публика. Тут и там слышались восхищённые возгласы!