Андрей Аметист – Аристо из мира демонов (страница 6)
Какой же он, все-таки, огромный — распластавшаяся на полу туша громилы заняла собой большую часть комнаты.
***
В двери вновь заскрежетал ключ.
Когда она открылась, внутрь вошли уже знакомый мне Зацепин и какой-то парень.
В дорогом костюме темного цвета и аккуратных очках в золотистой оправе, придающих большей солидности его образу.
В руках он держал кейс.
Вернувшийся следак недовольно скривился, увидев меня в добром здравии, а потом заметил лежащего на полу верзилу:
— Что здесь происходит?! Кто это?
Вот это отыгрыш. Браво!
— Да так, зашел один. Привет передать.
— Ты что и его убил?! — удивился полковник, а затем, высунув голову в коридор, крикнул кому-то, — Дежурный! Бегом в двадцать третью!
— Илья Александрович, вам стоит быть аккуратнее в формулировках, — парень, пришедший со следователем, поправил очки на переносице, — вы только что голословно обвинили моего клиента в двойном убийстве.
Неожиданно…
— Голословно?! — Зацепин стиснул зубы так, что по его лицу заходили желваки, — да он…
— Вы вообще понимаете в какую историю влипли, Илья Александрович? — перебил его очкарик, — Вы отдаете себе отчет, кто перед вами?
— Конечно, — полковник злобно сплюнул в мою сторону, — Демидовский никчемыш.
— Именно. Как вы верно заметили, Никита Иванович, с детства имеет весьма слабый и толком не раскрывшийся Дар, — парень порылся в кейсе и достал пачку каких-то бумаг, — что подтверждается результатами неоднократно проводимых исследований. Вот, можете ознакомиться.
Он протянул документы Зацепину, но тот лишь отмахнулся:
— Прокурору на суде потом будете свои бумажки показывать.
— И вот, вы, Илья Александрович, — мой "защитник" ничуть не смутившись, начал спокойно складывать документы обратно в кейс, — На полном серьезе, верите в то, что какой-то, как вы выразились, "никчемыш" смог справится с одним из наследников рода Хабаровых — одного из сильнейших родов в этой части Империи?
Полковник зло сверлил меня глазами, слушая речь очкарика. А я просто молча наблюдал, решив не вмешиваться в эти "около судебные" разборки.
— Представляете, какой удар будет нанесен по репутации рода Хабаровых? — продолжил парень, — На вашем месте, я бы не стал доводить дело до суда, а отпустил бы моего клиента прямо сейчас.
Видимо до Зацепина начал постепенно доходить смысл сказанного, потому что после недолгих раздумий, сопровождаемых злобным сопением, он наконец выдал:
— Да и хрен с ним. Забирайте этого выродка и уматывайте!
Парень в очках улыбнулся и, повернувшись ко мне, сказал:
— Пойдемте, Никита Иванович, с вами настоятельно хотят побеседовать…
Глава 3
— С кем имею честь? — спросил я очкарика, когда мы вышли из допросной.
— Ах, простите забыл представиться, Антон Крутинский, — он остановился и протянул мне руку.
— Приятно, познакомиться, Антон, — я пожал его руку, — Думаю, мое имя вам известно. Вы, я так понимаю, адвокат?
Мы подошли к лифту в холле и Антон нажал кнопку вызова.
— Не совсем. — он усмехнулся, — Просто выполняю различные поручения. Юриспруденция, скорее хобби.
Мы вошли в лифт и он выбрал 32-й этаж, самый последний.
— Нужно отдать должное вашему хобби, Антон — оно сэкономило мне немного времени.
— Не стоит благодарности — это всего лишь моя работа.
— А это, как раз мой следующий вопрос: Кто вам поручил вызволить меня для беседы?
— Скоро сами увидите, — он кивнул на открывающиеся двери лифта, — мы уже приехали.
Мы вышли и я слегка прибалдел: всюду куда дотягивался мой взгляд был один сплошной фешенебельный кабинет с панорамными окнами метров пять высотой, не меньше. За одним из которых, на площадке стоял настоящий вертолет (!).
Крутинский сделал жест рукой, предлагая последовать вглубь помещения.
***
Я шел по широкому залу и любовался всем этим великолепием.
Лаконичный интерьер был наполнен современными решениями, так удачно вписавшимися в архитектуру здания.
Откуда-то издалека доносились чьи-то приглушенные голоса.
По мере нашего приближения они становились громче.
Наконец, дойдя уже почти до противоположной части зала, я смог разглядеть двух беседующих о чем-то мужчин.
Оба в годах.
Один подтянутый и сухопарый, в военной форме, с генеральскими погонами. Ого!
А второй, кряжистый, с густой, черной бородой с легкой проседью.
Он сидел, как и его визави, в кресле, и опирался на массивную трость, чуть подавшись телом вперед, увлеченный интересной беседой.
Внутри меня стало нарастать легкое волнение. Что за..?
"Отец!" — промелькнула в голове мысль откуда-то из глубин подсознания.
Ясно. Память и родовые инстинкты того юнца, в чьем теле я оказался, дали о себе знать.
Нужно будет поработать над этим. Не пристало иерарху четвертой ступени рефлексировать на пустом месте.
— Позволь тебе представить, Сергей Михалыч, — Демидов-старший, увидев что мы подошли, встал, опираясь на трость, — Мой сын — Никита.
В груди опять защемило — никогда он на "моей" памяти не использовал этого слова. Ни разу за все семнадцать лет.
Легкий трепет, в перемешку с нотками гордости, стал обволакивать мое нутро.
Я остановился, не в силах пошевелиться, перед этим широкоплечим исполином. От него так и веяло мощью. Хотелось упасть перед ним на колени, так сильно давила на меня его аура.
Вот, что значит глава рода!
Да, не хотел бы я встретиться с таким противником на поле боя. При моем текущем уровне управления эфиром, в этом тщедушном тельце, думаю, он расправился бы со мной меньше, чем за минуту.
Чтобы устоять, мне пришлось напитать тело силой, из своего Средоточия, до предела. Больше эфира мои энергоканалы просто не могли вместить. Пока не могли.
Я слегка кивнул, сбрасывая с себя давление чужого Дара и посмотрел отцу прямо в глаза.
Несколько секунд он изучающе смотрел на меня с легким прищуром, будто пытался понять, что во мне изменилось, а затем улыбнулся.
— Ну! Видал, каков наглец? — повернулся он к генералу, — ладно при Главе Рода не поклонился. Так ему и целый генерал уже не указ.
Упс! Я увидел, что Крутинский, только сейчас разогнулся из глубокого поклона и стоит теперь с низко опущенной головой перед высокородными аристо.
Ну, сорян, не силен я в этих ваших этикетах.