Андрей Абрамов – Церковник 2. Мёртвая паства (страница 9)
Черпий побежал вдоль набитых мешками полок, готовый в любой момент укрыться в щелях между ними. Урна опасности молчала. Судя по исходящим импульсам, страшнее бешеной белки в округе ничего не имелось. Здравый смысл же утверждал обратное – враг рядом. Стоит неаккуратно высунуться, и в лицо прилетит сгусток реликтовой магии. Церковник впал в ступор.
– Арти, – послышался шёпот Марики. – Пойдём обратно. Дождёмся наших. Потом…
– Стой там. Не подходи, – Артур, неожиданно для себя, вскинул руку. А что если…
Если пастырь до сих пор не атаковал, возможно он не в состоянии этого сделать. Ранен. Или истощил весь магический потенциал. Потерял паству и лишился источника жизненной силы. Из лимба же черпий как-то умудрился вырваться. Маловероятно, что реликту вздумалось поговорить по душам, и он решился отпустить жертву. Не так они мыслят. Не так.
Артур коснулся урн, будто спрашивая у них совета, и вооружившись картечницей, сделал широкий шаг. В глаза брызнул свет. Инстинктивно прикрывшись рукой, черпий отшатнулся и налетел плечом на какой-то шкаф. С грохотом посыпались лопаты. Церковник зажмурился, ожидая смертельного удара.
Прошло пять секунд, но удар не последовал. Черпий открыл глаза. Сквозь смотровое окно светило полуденное солнце. Вспомнился случай из детства, когда он, шатаясь по закулисьям Гранд-варьете, случайно забрёл на театральные подмостки. Вспыхнули огни, заключив его в центр светового пятна…
Пастырь лежал на груде зерна. Выпирающая колесом грудь с хрипом вздымалась каждый раз, когда он делал глубокий вдох. Из уголков, похожего на рыбью пасть, рта стекала розовая пена. Глаза прикрыты, но под синеватыми веками хаотично вращались глазные яблоки. Вместо правой руки и плеча – обугленные шматы мяса.
– Вот почему ты не напал, – еле слышно прошептал церковник.
Теперь все части головоломки сложились воедино. Подранок укрылся в ангаре, чтобы восстановить жизненные силы. Чувствовал, что идёт отряд, и собирался обратить его в паству, но не успел. Удивительно, что он вообще жив! Лишиться полтела – это не ноготь сорвать на пальце.
Почувствовав присутствие чужака, пастырь разлепил веки. Немигающие, с чёрным отливом, глаза, с безразличием уставились на церковника.
– Хочешь, чтобы я убил тебя? – спросил черпий. Вопрос сам слетел с губ. Только когда исполин закрыл глаза и смиренно опустил голову, Артур догадался, кому на самом деле принадлежали эти слова.
Церковник стремительно приблизился к недавнему врагу и водрузил на его лоб руку. По израненному телу пробежала дрожь. Сквозь пальцы хлынули незримые потоки силы. Пастырь умирал.
Артур почувствовал, как учащается сердцебиение. Ещё бы! Он первый, кто ощущает отголоски реликтовой магии! Что же, лучшего момента для исследования не найти. Как там выразился Максанс? Пора заняться каталогизацией?! Черпий активировал урну проницательности и погрузился в затухающее сознание исполина.
Чуждый разум оказался теми ещё дебрями – засасывал, как бездонная топь, едва Артур пытался копнуть чуть глубже. Когда силы начали иссякать, а голова налилась болью от чрезмерной концентрации, среди несвязных образов черпий разглядел четыре разноцветных кляксы – фиолетовая, жёлтая, синяя и малиновая. Вот почему он не сразу увидел источники реликтовой магии – вместо привычных божественных нитей, они проявлялись в виде расплывчатых сфер. Что ж, в следующий раз будет проще. Осталось только извлечь их и приютить в собственном сознании. Как это сделать – церковник понятия не имел. Даже монахи-плоскокнижники – признанные мастера ментального манипулирования, и те никогда не практиковали такого. Разве что…
Психеры – вот кто в состоянии провернуть подобное, и черпий имел с ними дело. Даже больше – в нём осталась частичка от этих мерзких симбиотических тварей. Их вмешательство в сознание не обошлось без последствий. Плохо это или хорошо – теперь уже не узнать.
Артур обвязал сферы нитями и потянул к себе. Мерцающие шары заходили ходуном, словно отказываясь повиноваться. Черпий активировал вторую урну и усилил натиск. Фиолетовая сфера сорвалась с места и устремилась навстречу.
Слияние произошло незаметно – едва клякса коснулась человеческого сознания, как вся без остатка растворилась в нём…
Артур открыл глаза. Он лежал рядом с трупом исполина. В голове звенели колокола, как после сильного удара. Послышался топот множества ног. Неужто опять пустоголовые? Черпий попытался встать, но сразу же провалился в бездну беспамятства.
Глава 5
– Почему ты отпустила его одного? – словно сквозь сон послышался чей-то голос.
– А что я могла сделать? Упёрся рогами, как…
– Я тебе сказал, присматривать за ним.
– Угомонись, Эштон. Не отчитывай девчонку. Черпий невыносим. Она бы всё равно его не остановила… Есть новости, мистер Буи?
– Церковничек то наш спит. Ранений никаких нет. Руки-ноги на месте. Не то, что у этого…
– Как спит?
– Ну так. Как все обычно спят?!
– Ментальный удар? – голос старика показался знакомым.
– Откуда ему взяться? Поблизости ни одной твари. Эта образина уже несколько часов, как с копыт съехала.
– Когда мы зашли в ангар, пастырь был жив. Арти так сказал.
– Он ошибся. Посмотри на эти пятна, Рыжуха.
– Неважно, – проговорил человек, называвшийся Эштоном. – Поднимай его, Буи.
– Минуту, кэп.
Скулы пронзила острая боль. В голове прояснилось. Парализующая истома прошла, и Артур снова смог шевелиться.
– А-а-а. Убери руки, гнида, – черпий вскочил и уставился на своего мучителя. Им оказался огненосец, тот самый, что днём ранее расхаживал перед аэровокзалом на бронестраже.
– Эй, эй. Полегче парень! Ты не приходил в себя. Мне ничего не оставалось делать, – мистер Буи выставил руки вперёд ладонями.
Артур осмотрел присутствующих. Марика, Максанс, краснокожий огненосец со странным прозвищем мистер Буи. Остальных он почему-то не помнил. Точнее, помнил, но не мог с ходу назвать их имён.
– Простите. Голова кругом идёт, – Артур потёр кулаками глаза. – Почему я лежал?
Епископ втянул носом воздух и поморщился.
– Ну и воняет же от него. Похлеще, чем от тележки с трупами. Я рассчитывал, ты нам об этом расскажешь.
Артур пожал плечами. События последних минут напрочь улетучились из головы. Единственное, что он помнил: яркие цветастые сферы, но что это за штуки такие и где он их видел, черпий не знал. Взгляд самопроизвольно упал на Марику. Девушка сидела на мешке, уперев руками подбородок. Как же она хороша! Острый, слегка вздёрнутый носик. Рыжие реснички. Завитушки на шее. Церковник громко сглотнул. Рыжуха повернулась в пол-оборота и подмигнула.
– То, что произошло до твоей отключки, я уже рассказала. Если хочешь, расскажу и тебе, если сам не вспомнишь. До элеватора путь долгий.
Артур кивнул и повернулся к епископу. Память постепенно возвращалась.
– Вы слышали взрыв?
– Нет. Гунар заметил дымный след в небе. Мы сразу и выдвинулись, – Брюмо подошёл ближе и потрепал приятеля за плечо. – Хорошая идея с болтами, но я вижу, вы и сами справились. Вспомнил что-нибудь?
– Отойдём? Вы, я и Максанс, – Артур посмотрел в сторону стеллажей.
Епископ окликнул изучающего труп пастыря монаха и неспешно двинулся к проходу между стеллажами.
– Говори, – не церемонясь, спросил Брюмо.
– Пресвитер Максанс, что Вы думаете о магии пастырей? Её источник? Сила?
Губы монаха тронула улыбка.
– Ты нашёл её? – вместо ответа спросил старик. – Она ведь совсем иная? Верно?
– Я искал признаки божественных нитей, но не нашёл их. Как бы это сказать? Источник реликтовой магии…– Артур задумался, подбирая нужные слова. –… разноцветные сферы. Аналоги божественных урн, только не физические, а ментальные. Хранятся глубоко в сознании. У синекожего их было четыре.
– Ты сильно изменился с момента нашей первой встречи, юный черпий. Твой наставник сделал тебя таким?
– Отнюдь, – епископ сложил на груди руки. – Всё как-то, само собой вышло. То он беззащитный, то вдруг, хрясь и пастыря уделал.
– Он умер своей смертью, – возразил Артур. – И позволил мне кое-что забрать у него.
– Вот на этом месте поподробней, – Максанс заинтересованно прищурился. Старик страсть как любил посмаковать любопытной новостью.
Артур принялся в красках описывать первый опыт погружения в сознание пастыря. Рассказал, как в поисках отголосков магии завяз в реликтовых мозгах и едва не лишился рассудка. Когда он добрался до самого интересного – выуживания из умирающего сознания магических сфер, на черпия смотрели уже с опаской.
– А я говорил, что в парне колоссальное вместилище пара. Сам Святой Люций ведёт его, – Максанс торжественно вскинул руку. – Как тебе это удалось?
Артур поёжился. Последний раз, когда ему говорили о вместилище пара, он оказался на пыточном столу Губернатора. А ведь действительно, если откинуть лишнее, Горбун и Максанс имеют много общего. Взять хоть бы тот же опыт в плоскокнижии. И у того и у другого прекрасно развиты ментальные способности. Они даже внешне походят друг на друга, если конечно не брать в расчёт наличия у Губернатора горба и подверженной скверне руки.
– Само как-то получилось, – черпий не стал упоминать о своих догадках по поводу психеры.
– Тебе не следовало этого делать, – отрезал епископ. – Мы здесь для того, чтобы собирать информацию, а не вооружаться. Магия пастырей – это не ножичек трофейный. Понимаешь?