Андрей Абабков – Игры крови (страница 52)
— Ноги вы зря не защитили, — заметил Константин осмотрев соратников.
— Я предложил просто посмотреть на цуков, — рассмеялся Александр, — И я иду просто посмотреть на цуков. Если что-то пойдет не так, я тут же перемещусь в Гнездо. Биться до последней капли крови не собираюсь, мне хватит первой.
— Аналогично, — пробурчал Евгений, явно не очень согласный с самой идеей лично отправиться в пасть цуков, но и не собиравшийся бросать друзей в их опасной затее.
— Ну хоть это вы понимаете, — раздражение в голосе Главного Жандарма было неприкрытым, — В охрану каждому даю пятерку высших. Сам с дежурным взводом буду находиться в готовности прийти вам на помощь. Воевода также на связи и готов прикрыть вашу дурость своими лучшими подразделениями. Будьте осторожны. Вы нужны нам живыми.
— Будем, — пообещал Александр и переместился первым.
Как место, откуда триумвиры решили «посмотреть» на цуков, была выбрана площадка находящаяся чуть в стороне от направления движения роя жуков. Потому переместившиеся вампиры могли лицезреть поистине уникальное зрелище — орду насекомых, что табуном шла в одном направлении. И конца и края этой орде было не видно.
— Твою мать…
— Мур пресвятая…
— Итительская сила…
Переместившиеся вампиры не сдерживали эмоций. А еще они сразу почувствовали, как нечто пытается высосать из них силу. Попытки были безуспешны, но они были. Хотя говорить о «попытках» все же не приходилось. По ощущениям вампиров, на них просто стало давить нечто могущественное, пытавшееся выдавить из них именно магическую силу.
— Вот значит как это происходит, — пробормотал Евгений.
— Не сосут, а давят пока не брызнет, — ухмыльнулся Александр.
— Нас заметили, — указал на очевидное Константин, когда часть цуков явно поменяла направление и поспешила к внезапно появившейся вкусняшке.
Больше никто не разговаривал. Три триумвира и пятнадцать вампиров их охраны, разделив сектора будущего поля боя, быстро переместились к жукам и принялись их кромсать. Конечности, головы, а иногда и целые тушки, если речь шла о цуках подвернувшихся под руку алукарда, отлетали в разные стороны. Поголовье жуков стремительно сокращалось, но от орды подбегали все новые и новые и этого сокращения было почти незаметно. Разве что трупы дохлых цуков мешали нормально маневрировать. Из-за этого приходилось отступать назад, отчего казалось, что жуки и правда сильнее вампиров.
Именно в одно из таких вынужденных отступлений со стороны охраны в сторону цуков и полетел «огненный шар». Который еще в полете начал стремительно уменьшаться, а попав в кучу жуков не причинил им вообще никакого вреда, наоборот, три задетых им цука резко ускорились и оказавшийся на их пути жандарм с трудом парировал угрозу.
— Ты что творишь⁈ — рыкнул на применившего магию недотепу капрал, разрезая очередного жука пополам.
— Привычка к стандартным связкам, извини командир, — провинившийся рядовой без суеты отсек голову своего противника.
— Тут человеки до нас сражались и инструкцию выполнили четко. Магию никто не использовал! Кажется десяти лет в Армии вам мало для прививания навыков дисциплины. Ничего. Вернемся, я вас научу дисциплину соблюдать, — пообещал капрал одновременно расправляясь еще с тремя жуками.
Рядовой лишь скривил рот, но промолчал, осознавая свою вину
В этот момент один из жандармов оступился и явно на автомате применил магию, чтобы помочь себе исправить ситуацию. Именно это и стало фатальным. Оба наседающих на него жука резко ускорились, и вампир банально не успел парировать их слитный удар. Четыре сабельных конечности вонзились в тело буквально разорвав его на части. Хуже всего было повреждение головы, регенерировать которое не мог ни один вампир.
— Все домой! — закричал Константин быстро перемещаясь к жандарму и перемещая домой его тело вместе с телами трех цуков, что были рядом.
В Гнезде неожиданное возвращение триумвиров хаоса не вызвало.
Цуков быстро и без хлопот упокоили. Тело жандарма залили мгновенно перемещенной из хранилища кровью, но было видно, что уже поздно исправлять неизбежное и даже такие экстраординарные меры были бесполезны. Мертвое осталось мертвым.
Впервые в истории вампиров погиб высший. Существо, что до этого считалось практически неубиваемым.
— Проклятие, — с досады сплюнул на пол Александр, — Хотел же просто посмотреть.
— Посмотрели, — кивнул Константин, — Теперь понимаем.
— История повторяется, — пробормотал Евгений, — Опять жуки. Опять похороны.
— История повторяется, — кивнул Константин, — Только у нас это трагедия и трагедия*, весь фарс остался в прошлом… Готовьте Мавзолей. Все остальное потом.
(*История повторяется дважды, сначала как трагедия, потом как фарс.)
Новость о гибели высшего вампира разнеслась по общине со скоростью света. Сидевшая в приемной алукарда Мария, услышав ее, нервно потеребила край папки, что держала в руках, задумалась и, провожаемая недоуменным взглядом Юлии, молча покинула приемную.
Содержимое папки пока останется тайной.
Через память крови триумвиры и так скоро узнают об очередном успехе Корпуса Науки и завершении им многовековых исследований, но пусть это будет не сегодня. Порадоваться за ученых вампиры еще успеют. Сегодня у вампиров день траура.
Глава 25
Глава 25
После памятного для себя столкновения в казино с таинственными дворянами, что предложили ему интересную, а главное, высокооплачиваемую работу, Хэнк Тодл не успел даже привести свои текущие дела в порядок как оказался прямо в Казначействе, где ему и предстояло поработать над заданием новых знакомых. А задание было очень непростое. Молодому парню предстояло провести ни много ни мало, а самый настоящий аудит финансовой деятельности Имперского Казначейства. Работу, которую до него не делал ни один человек за последние сто лет.
Предстоящая работа считалась настолько важной, что к Хэнку Тодлу была приставлена особая охрана и выписана грозная бумага предписывающая всем служащим Казначейства оказывать ее подателю всю возможную помощь и ни в чем ему не препятствовать. К некоторому удивлению Хэнка, подписана эта грозная бумага была не императрицей и не канцлером, а архимагом Розом, который вроде бы никаких официальных должностей в империи не занимал. Несмотря на это бумагу у Тодла в Казначействе приняли и без вопросов препроводили его прямо в архив, где не просто разрешили копаться в бумагах, но и выделили место к которому прилагался не просто стол, но и целый шкаф. В общем, действительно помогли по максимуму.
Эту заботу казначейский парень оценил по достоинству. И более не задумываясь на основании чего он тут вообще работает и почему его не выгнали взашей прямо с порога Казначейства, Хэнк Тодл принялся за порученное ему дело. Тем более что платить ему обещали не за потраченное на аудит время, а за конкретные обнаруженные вещи. Желательно «грязные». И лучше побольше.
«Грязь» обнаружилась почти сразу. Еще до обеда молодой математик выявил несоответствия в цифрах, что указывались в разных бумагах за последний месяц. Когда же Тодл выписал все эти цифра на отдельный лист и попытался в них разобраться, ошибки посыпались одна за другой.
Если обнаруженное Тодлом вообще можно было назвать ошибками. Ибо иначе получалось, что из имперского бюджета изымались фантастические суммы и все эти суммы исчезали в неизвестном направлении.
Решив, что так быть не может, и нет, дело было не в наивности Тодла который, как купеческий сын, лучше многих знал о хищениях государственных денег и о размахе с которым это хищение происходит. Так что нет, дело было не в наивности и не в неопытности. Хэнк знал, что в Казначействе воруют и воруют много, этим его было не удивить. Он не ожидал найти доказательство этому прямо в первый день своего аудита. Такого просто не могло быть. Местные служащие не могли пустить его в архив и дать бумаги, что были обязаны привести их на виселицу.
А значит дело было нечисто. Скорее всего молодому и неопытному дурачку подсунули эти бумаги специально, чтобы ухватившись за них, аудитор с воплем побежал к хозяину крича о ворах в Казначействе. Тут то бы и выяснилось, что бумаги были просто неполными и проверяющий просто не так все понял. И на этом все. Интрига казначейских была бы блестяще разыграна, ибо если ты один раз крикнул «держи вора» и никакого вора не обнаружилось, то дальше ты можешь кричать до скончания веков, но веры тебе не будет. Даже если ты приведешь вора за руку и покажешь на него, смотреть на тебя будут с подозрением. Одна ошибка — и твоей репутации конец, а твой рейтинг доверия находится в глубоком минусе. Так работает вся система чиновничьего аппарата империи. На верхах власти сидят серьезные люди и они не любят тех кто отвлекает их по пустякам, особенно если один раз ты уже облажался.
Подобная ловушка была известна Тодлу. Купеческие приказчики порой работали точно также. Правда, последние таким образом не репутацию проверяющего очерняли, а ловким маневром привлекали внимание к области, где у них было все в порядке, и тем самым ненужное внимание убиралось подальше от тех областей, где они реально проворовались и им надо было время, чтобы замести все следы. И такой их маневр им это время давал.
Потому спешить с выводами Хэнк не стал, и вечером, когда хмурые, крепкие парни поинтересовались у него, как дела с аудитом, излишне бодро заявил, что все отлично и он уже кое-что нашел. Но вот на просьбу предоставить обнаруженное ответил категорическим отказом, обосновав это тем, что ему надо все тщательно проверить.