Андрей Абабков – Игры крови (страница 39)

— Ну хоть кто-то знает, что делать, — улыбнулся Константин, — Тогда напряги своих лучших людей еще немного, — вампир подошел к девушке и резанул себя по ладони протянул окровавленную руку в ее сторону.

Слизнув крови алукарда Мария скривилась и тут же молча переместилась.

— И куда она? — отмер молчавший Александр, заметивший, что вампиресса нарушила традиционный ритуал и не дала в ответ попробовать свою кровь.

— Да я тут на кое-что интересное наткнулся, — Константин протянул руку и триумвиры быстро обменялись кровь.

— Обычные големы крови, — пожал плечами Евгений и вернулся к созерцанию карты показывая, что не считает инцидент с нападением на алукарда интересным.

Александр с мнением коллеги был не согласен. Очень уж естественно выглядели атаковавшие Константина люди. Да и взрыв головы никак не укладывается в теорию о том, что это были големы крови. В любом случае Мария разберется, с чем именно столкнулся Константин, а жандармы найдут шутника, что все это организовал. Иначе быть не может.

А потом в зал ворвался один из подчиненных Марии, из той ее части, что Александр всегда называл «безумными учеными», и триумвиры забыли о странном происшествии в закатных провинциях.

— Все отцы командиры здесь. Это хорошо! — возбужденный вампир подбежал к столу и иллюзия существа пропала сменившись иллюзией части магического шаблона, — Что вы здесь видите, господа мои?

— Если память меня не подводит, это часть магического шаблона вурдалаков, — тут же ответил Александр, — Из области отвечающей за физическое состояние тела и его характеристики.

— Точно! Это она самая и есть. А это? — по воле ученого иллюзия показала новый кусок магического шаблона.

— Это часть магического шаблона упырей, аналогичная предыдущей у вурдалаков.

— И снова верно! А это? — иллюзия вновь поменялась, но в этот раз никто с ответом не спешил.

— Напоминает часть нашего шаблона, — неуверенно проговорил офицер.

— И это правильный ответ! Причем часть нашего шаблона отвечающая за питание, господа мои, за питание! В ком обнаружены все эти три части магического шаблона объяснять надо?

— Ошибки быть не может? — напрягся Константин, — Где этот жук и где мы, вурдалаки или вампиры? Как это вообще возможно?

— Хороший вопрос! Ответа пока нет, — возбужденный и пылающий энтузиазмом ученый вновь сменил изображение на иллюзии, — Но есть вот это. Не напрягайте память, господа, это редкая цепочка магического шаблона и встречается она только у кракенов! Каково, а⁉ И там рядом еще четыре цепочки, что мы пока не идентифицировали! Фантастическое сочетание! Уникальное!

— Это сделали боги? — Александр озвучил так мучивший его вопрос.

— Мы подумали точно также, экселенц! Но нет! Вот! — иллюзия вновь сменилась новым изображением, которое все разглядывали уже куда с большим интересом, ведь над столом висела часть цепочки магического шаблона, что была присуща всем удачным магическим мутациям.

Все от кобольдов и до залонских пчел имели в своем магическом шаблоне идентичную часть. Ученые так и не смогли объяснить ее функцию и предназначение, но если магическая мутация дала жизнеспособную особь, то у нее обязательно была именно такая цепочка, вырывание которой приводило к обязательной смерти.

— А что по днк?

— О! — казалось ученый прямо здесь испытал мощнейший оргазм, — Здесь, господа мои, все еще интереснее магической составляющей! Никогда не догадаетесь! Какое-то водное создание или насекомое и… вурдалак!

— Точно вурдалак?

— Без сомнений! И это феноменально! Такие возможности! Даже в теории это должно быть нежизнеспособно! Даже с самым хитрым магическим шаблоном! Но оно живое! Вы понимает, господа? Живое! Я пока не могу это объяснить!

— Но основой мутации нового вида вы называете вурдалака и некое насекомое?

— Скорее некий моллюск типа кальмара.

— Но днк насекомого?

— Точно оно еще не идентифицировано. Напоминает, да. Но точно не скажу. Я склоняюсь к кальмару. Там в море много всякой странной живности и я не исключаю моллюсков с днк похожей на насекомое. В любом случае кальмар и вурдалак выглядит правдоподобнее, чем червяк и вурдалак.

— Но не исключено?

— Не исключено. Если червяк был вкусным, а вурдалак голодным, то все возможно.

— Императрица не похожа на себя прежнюю. Я помню милую веселую девочку, а сейчас по коридорам дворца ходит хмурая и серьезная девушка, что огрызается на всех, кто смеет ей советовать. Не может ли это быть результатом некоего магического воздействия на разум или, того хуже, повреждения разума?

— Ее величество всего лишь раз не послушала ваш совет и вы уже планируете объявить ее безумной?

— Где один совет, там и второй. Когда это войдет в привычку будет поздно. Лучше предпринять некоторые шаги заранее.

— Спешу вас разочаровать, но никакое магическое воздействие невозможно. Не в императорском дворце. Да и симптомы там другие.

— Тогда что насчет Церкви?

— Вам стоит просто найти к ее величеству подход. Юная особа не устоит против вашего опыта.

— И все же?

— Священники могут оказывать воздействие на разум, но опять же, симптомы будут другими. Изменение характера государыни лежит в иной плоскости.

— И вы ее знаете?

— Если бы знал, то я бы был на вашем месте.

— А раз вы не на моем месте…

— То простого ответа у меня нет.

— Мерзавка совершенно не слушает меня!

— Вам стоит проявить твердость.

— Я пытаюсь, но ее как будто подменили! Это уже другой человек.

— Опасные мысли.

— Но это так! Я не вижу иных причин почему девчонка перестала слушаться меня.

— Подменить человека в императорском дворце…

— Проклятый маг Роз мог сделать это и до того. Я же сообщала, что он навещал дочь незадолго до ее переезда в императорский дворец.

— Но при ней были ваши фрейлины.

— Тупые ленивые коровы!

— И все же они были рядом. Плюс гвардейцы и слуги. Нет. Не получается. Это не сработает. В такое никто не поверит. Нас поднимут на смех.

— Тогда надо объявить ее сумасшедшей и дать мне регентство.

— Это крайне опасный путь.

— Но это единственный путь.

— Пока еще нет.

— Тройные караулы. Давно такого не было в императорском дворце.

— Говорят, что после устроенного магами сражения в городе, ее величество плохо спит по ночам.

— Ты в это веришь?

— Скорее я верю в решимость некоторых придворных. За последние дни государыня многих обидела.

— Только вот тройные караулы здесь не помогут. К тому же яд или кинжал далеко не единственное средство убрать неугодного императора.

— И кто из нас доложит об этом ее величеству?

— У меня семья. Я точно не рискну.

— А присяга?

— А кормить меня кто будет? И если такой умный, чего сам не идешь на доклад?

— Издеваешься? Любого кто пойдет на доклад к ее величеству сожрут. Просто на всякий случай. Тут надо действовать тоньше. Записка или намек.