Андреас Грубер – Смерть с уведомлением (страница 49)

Колер взял оружие.

– БКА Вены находится недалеко отсюда. В девятом районе, площадь Йозефа Холаубека. Встретимся там через час. – Он последовал за доктором в заднюю часть кузова кареты скорой помощи. Сирена завыла, и машина, визжа покрышками, укатила.

Снейдер не произнес ни слова.

Сабина вытерла окровавленные ладони о джинсы.

– Вот и все.

– Возможно, для вас, потому что этот парень почти наверняка убил вашу маму. – Снейдер покачал головой. – Но не все так однозначно. – Он сунул в рот самокрутку и, закрыв глаза, вдохнул дым. Крошки табака прилипли к его губе, он смахнул их рукой. Люди все еще пялились из окон.

Сабина почувствовала запах травки, и ее начало подташнивать.

– Что вас настораживает?

Какое-то время Снейдер ничего не говорил. Он ждал, пока подействует марихуана. Наконец открыл глаза.

– Могу вам сказать. Почему Карл держал пистолет наготове, если просто сидел за компьютером? И почему хотел сбежать из собственной квартиры через окно, когда услышал, как открылась дверь?

– Это же ясно. Потому что уголовная полиция обыскала его квартиру и наложила на дверь пломбу, которую ему пришлось сорвать, – ответила Сабина. Почему Снейдер так туго соображает?

Он наморщил лоб.

– Возможно – но маловероятно.

– Давайте посмотрим, что у него на жестком диске компьютера, – предложила Сабина.

Снейдер мотнул головой, словно компьютер интересовал его не больше, чем предстоящая месса папы в честь Святой Троицы.

– Вы заметили на кухне судно?

– Да, им недавно пользовались. Отвратительная вонь, – ответила она.

– Рядом лежали лоскуты материи, кабельные стяжки и разрезанный на кусочки поролон.

Кабельных стяжек Сабина не заметила, остальное видела.

– Когда кого-то приковывают к трубе или решетке, то сначала оборачивают металлические части поролоном, чтобы по ним нельзя было стучать костяшками пальцев.

– А тряпки служат кляпом? – спросила Сабина.

Снейдер еще раз затянулся.

– Возможно.

Предположение показалась ей притянутым за уши.

– Вы считаете, что он держит свою мать в подвалах какой-то близлежащей церкви?

Снейдер покачал головой.

– Судно говорит о том, что его жертва находится где-то рядом. – Он бросил окурок на пол и затушил ботинком. – Белочка, давайте проверим подвал дома.

27

Лестница, ведущая в подвал старого дома на улице Лассаля, была узкой, как спуск в какое-нибудь средневековое подземелье. Пахло картофелем, морковью и гнилью. Влажность, словно паразит, въелась в штукатурку. Электропроводка была проложена прямо по стенам, на лампах накаливания засох конденсат от заржавевших патронов, отчего проход перед Сабиной казался красновато-коричневого цвета. Удивительно, что предохранители не вылетели из допотопного электрощита, как пиротехнические ракеты.

Снейдер шел за ней. Где-то на глубине трех метров они наткнулись на деревянную решетку с навесным замком. Дверные петли скрипели. За дверью тянулся коридор со сводчатым каменным потолком, уходящий куда-то в темноту.

Снейдер поковырял пальцем покрытую трещинами стену.

– Старое бомбоубежище времен войны, – определил он. – В Роттердаме таких десятки. Фундамент здания вместе с подвалом должны быть взяты под охрану, как исторический памятник, – но, я полагаю, в Вене сотни подобных домов.

Внезапно Сабина вспомнила трупный запах в колодце дрезденского собора. Она не могла идти дальше: внутри ее все противилось. Она больше не хотела находить мертвецов. Снейдер протиснулся мимо нее и пошел вперед. Стук его подбитых подошв зловеще раздавался в коридоре, отражаясь от стен. Нехотя Сабина пошла следом.

Снейдер остановился перед деревянной дверью. Подвальный отсек номер девять. На деревянной раме была наклеена пломба. Он сорвал ее, открыл дверь, просунул руку внутрь и щелкнул выключателем. На потолке зажглась грязная лампочка в двадцать пять ватт. Хуже освещение вряд ли возможно. В узком помещении были навалены автопокрышки, канистры, выхлопные трубы и старые бензиновые двигатели.

– Ложная тревога, – пробормотал Снейдер.

Сабина рассматривала подвальные отсеки с номерами от одного до восьми. Все они были в два раза больше подвала Карла. Почему именно у механика со всем этим хламом самое маленькое подвальное помещение? Отсеки с номерами от десяти до шестнадцати тоже были в два раза больше. Сабина подошла к двери узкой кладовки, которая примыкала к отсеку Карла. Номера нет!

– Взгляните, – сказала она. – Карл мог построить внутреннюю стенку и установить дополнительную дверь.

Снейдер прижался ухом к двери.

– Ничего не слышно… но чувствуете запах?

Сабина кивнула. Едкий запах мочи просачивался через щели в двери, и это точно не крысы. Снейдер подергал ручку – забрякал тяжелый амбарный замок. Эта рама не была опломбирована. Значит, сотрудники уголовной полиции не проверили, что там за дверью без номера. Снейдер сделал шаг назад, размахнулся и пнул по двери. Дерево затрещало. Рама погнулась. Еще удар по двери. Снейдер оказался сильнее, чем думала Сабина. Видимо, охота на убийцу спровоцировала основательный выброс адреналина. С третьей попытки полетели деревянные щепки, и дверь открылась.

Тусклый свет из коридора проникал в помещение. Снейдер ощупью нашел выключатель и щелкнул им, но внутри не стало светлее. Постепенно глаза Сабины привыкли к темноте. В дальнем углу на полу лежал матрас, на нем она разглядела силуэт человека. Сабину затошнило. Но она должна преодолеть себя! Она вошла и присела на корточки рядом с матрасом. Жуткий невыносимый запах мочи и кала. Сабина протянула руку и нащупала холодные голые и тощие ноги человека.

– Здесь кто-то лежит, – прошептала она.

– Ни к чему не прикасайтесь! – приказал Снейдер. – На кухне у Карла лежит фонарик. Я сейчас вернусь.

– Подождите! – невольно прошептала Сабина. Она вытащила из кармана джинсов сотовый телефон и активировала дисплей. – Подержите!

Снейдер схватил телефон и посветил на матрас: там лежала женщина лет сорока с длинными свалявшимися волосами, в трусиках и майке на тонких бретельках – и то и другое было в поту и угольной пыли. Женщина не двигалась. Во рту у нее торчал кляп. Снейдер осветил ее конечности. Руки и ноги были связаны и прикованы к двум тяжелым бетонным опорам для садового шатра. Как он и предполагал, металлические штыри были обмотаны поролоном. Женщина лежала на матрасе, как на пыточной скамье.

Сабина нащупала у нее на шее сонную артерию. Это было невероятно.

– Она жива.

Снейдер осветил ее лицо. Глаза закрыты. Никакой реакции. Лицо такое же осунувшееся, как и все тело. Выступающие скулы, потрескавшиеся губы. Наверняка она ничего не ела несколько недель.

Сабина осторожно вытащила у нее изо рта кляп. За ним оказался еще какой-то лоскут. Она просунула тонкие пальцы в глотку и достала размякшую тряпку. Она была влажная и пахла рвотой. Просто чудо, что женщина не задохнулась.

Сабина повернулась к Снейдеру:

– Нужно вызвать скорую помощь.

– Осторожно!

Краем глаза Сабина заметила, как голова женщины дернулась вперед. Потом она ощутила укус. Зубы со всей силы впились ей в руку. Сабина вскрикнула. Резкая боль отдалась во всем теле. Снейдер тут же подскочил к ней. Он схватил голову женщины и нажал большим пальцем ей за ухом. Но челюсти женщины были как клещи. Зубы все глубже врезались в плоть Сабины. По запястью потекла кровь.

– Сделайте же что-нибудь! – закричала Сабина.

Снейдер надавил сильнее. Медленно женщина разжала челюсти. Сабина отдернула руку, и голова женщины упала обратно на матрас. У нее начался кашель, который затем перешел в рвотные позывы. Снейдер посветил дисплеем телефона на рану Сабины. Отпечатки зубов виднелись на запястье и ладони у основания большого пальца. Из раны текла кровь.

– Ничего, – сказала она.

Снейдер осветил дисплеем свое лицо.

– Мы здесь, чтобы освободить вас, сейчас вы в безопасности.

Глаза женщины, выделявшиеся на исхудавшем лице, зафиксировали Снейдера. Потом зрачки повернулись в сторону, и она покосилась на Сабину.

– Мы вызовем врача и поможем вам, – сказала Сабина.

Снейдер сунул руку в задний карман брюк, вытащил узкий кожаный футляр и открыл его. В свете дисплея Сабина увидела набор с отмычкой, мини-пилочкой, ножницами для ногтей и перочинным ножом.

– Это лучше, чем швейцарский складной нож.

– Тогда зачем вы сломали дверь?

– Я никогда не умел управляться с отмычкой. – Он разрезал ножницами кабельные стяжки.

Женщина застонала от боли, когда края пластиковых полосок врезались в раны на ее запястьях.