Андреас Грубер – Сказка о смерти (страница 54)

– Придется импровизировать, – пробормотал Пит.

– Импровизировать? – переспросил Френк. – Ты должен ее убить.

– Не сейчас. – Пит посмотрел на Ханну, и ее бросило в холодный пот от его взгляда.

33

Доктор Кемпен попросила сотрудников береговой охраны подождать еще полчаса, а затем позвонила в генеральную дирекцию. После разговора она в ужасе взглянула на Сабину. Изначальное высокомерие и надменность полностью исчезли из ее голоса, изменилась и манера держать себя.

– Если вы хотите, можете еще раз поговорить с мужчиной в комнате для допросов. Но я буду вас сопровождать.

– О’кей. Но сначала достаньте мне протокол посещений Пита ван Луна за последние пять лет.

– Хорошо.

Обе женщины вышли из кабинета, и доктор Кемпен заперла матовую стеклянную дверь. После чего они быстро зашагали через больничное отделение в сторону комнаты для допросов. По дороге Кемпен позвонила и резким тоном потребовала протокол посещений Пита ван Луна.

Через несколько минут они добрались до комнаты для допросов. Сабина вошла первой и села, Кемпен последовала за ней и закрыла дверь. В отражении в стекле Сабина видела, что врач стоит за ней со сложенными на груди руками.

Пит ван Лун заулыбался.

– Вижу, вы привели подкрепление.

Сабина ничего на это не ответила. Она вытащила из кармана фотографию Френка Бруно и прижала ее к стеклу.

– Вы знаете этого мужчину?

Пит ван Лун посмотрел на фотографию.

– Это Френк Бруно. Не Франк и не Фрэнк, а Френк через «е». Мать его так назвала. Наверное, хотела отомстить ему таким образом.

Сабина слышала, как доктор Кемпен тяжело дышала за спиной и как у нее вырвалось тихое «Проклятье!».

– Я слышала, Френк Бруно умственно отсталый, – провоцировала Сабина собеседника.

Пит ван Лун выпятил нижнюю губу.

– Даже если и так, он мой друг.

На мгновение мужчина потерял свой голландский акцент, произнося слово «друг». Теперь Сабина была уверена, что перед ней Френк Бруно. Короткий взгляд на доктора Кемпен подтвердил ее подозрение.

В этот момент в дверь постучали. Доктор Кемпен открыла, и какой-то мужчина просунул голову в комнату.

– Протокол, – сказал он и хотел передать доктору Кемпен тонкую папку с несколькими листами, но Сабина повернулась и протянула руку.

– Большое спасибо.

Когда мужчина покинул комнату, Сабина открыла папку и держала так, чтобы Френк Бруно не видел, что там написано. Ранее, уже в роли Пита, Френк сказал, что Снейдер не навещал его два года. Это была правда. До этого на протяжении трех лет Снейдер регулярно приезжал в тюрьму, минимум раз в месяц, но затем визиты резко прекратились.

– Почему Мартен Снейдер вас больше не посещает? – поинтересовалась Сабина.

– Это вы у него спросите.

– Что ему от вас было нужно?

– Может, это мне было что-то нужно от него.

– Как долго длились ваши беседы?

– Кто сказал, что мы с ним вообще разговаривали?

Это было бессмысленно. Сабина говорила не с тем человеком. Откуда Френку это знать? Она пробежала глазами остальные записи. Снейдер был не единственным, кто посещал Пита ван Луна. Другие визиты тоже повторялись регулярно и резко прекратились два года назад. Фамилии в документах были вымараны – но по длине записи Сабина поняла, что это должен был быть один и тот же человек.

Сабина подняла глаза от документа.

– Кто еще посещал вас кроме Снейдера?

– Сами посмотрите в списке, – ответил Френк.

«Хитрый хмырь!»

Сабина провела пальцем по вымаранным фамилиям. В двух местах фломастер замазал не все. Первая буква имени напоминала Д, а в другом месте первая буква фамилии походила на Х. Инициалы Д. Х. В голову ей сразу же пришел Дитрих Хесс.

– Дитрих Хесс у вас тоже был? – спросила Сабина.

– Кто это?

Сабина захлопнула папку.

– Как серийному убийце, за которым БКА гонялось на протяжении многих месяцев, вам следовало бы знать это имя.

Френк вызывающе посмотрел на нее.

Сабине начинали надоедать эти игры. К тому же она теряла драгоценное время. Факт оставался фактом: Пит ван Лун сбежал и с высокой вероятностью нес ответственность за недавние убийства. Но, похоже, Пит убивал только тех людей, которые были ненавистны Снейдеру. Однако Сабина все равно считала, что Пит хотел отомстить Снейдеру. Но – и это было решающим – что связывало обоих? На этот вопрос ей мог ответить только Снейдер или Пит ван Лун. Настоящий Пит ван Лун.

– Френк, – наконец сказала Сабина. – Полагаю, вы знаете, что вас обвинят в соучастии, если вы помогли Питу ван Луну бежать.

Френк понизил голос, но голландский акцент сохранил.

– Я и так все время в этом здании. А с какой стороны решетки – разве есть разница?

– Что Пит пообещал вам за то, что вы позволите избить себя?

– Я преклоняюсь перед ним.

– Чушь собачья! – вырвалось у Сабины. – Что он вам пообещал?

– Дом.

– Дом? И вы ему поверили?

– Дом в Голландии. Я там уже был.

– Послушайте меня внимательно! Мы поймаем Пита, и он лишится имущества, а вы не увидите даже черепицу от этого дома.

– Но он мне обещал.

«Парень совсем больной на голову!»

– О’кей, с меня хватит. – Сабина поднялась, повернулась и дала доктору Кемпен понять, что допрос окончен.

Кемпен открыла дверь, и обе женщины вышли из комнаты.

Как только дверь захлопнулась, доктор тут же заявила:

– Не очень умно с вашей стороны рассказать Френку, что вы заметили подмену.

– Это уже не играет никакой роли. Пит ван Лун должен был рассчитывать на то, что обман откроется, как только кто-нибудь приедет, чтобы допросить его по актуальным убийствам. Вероятно, он даже ожидал, что Мартен Снейдер заявится лично – а тот обнаружил бы подмену быстрее меня.

– Как мы теперь будем действовать?

«Мы»? Когда стало ясно, что Кемпен оплошала, они вдруг стали командой.

– Френк знает, что мы в курсе. Он сидит в тюрьме, а Пит ван Лун предположительно с вечера воскресенья или утра понедельника – то есть уже пять дней – на свободе, – резюмировала Сабина. – Френк попытается связаться с Питом, чтобы предупредить его. Мы должны следить за ним. Выясните, как они контактируют друг с другом и где скрывается Пит.

– Хорошо.

– У Пита есть семья?