Андреас Грубер – Сказка о смерти (страница 35)

Женщина сидела за письменным столом и печатала на компьютере.

– Как ваш палец? – спросила она не поднимая взгляда.

– Спасибо, хорошо. А вы как?

– Бессмысленно пытаться смягчить меня подобными разговорчиками. Избавьте нас обеих от этого. – Кемпен продолжала печатать на клавиатуре. – Что вам нужно?

– Я хотела бы взглянуть на результаты последнего медицинского обследования некоторых клиентов.

– Зачем?

– Зачем? – повторила Ханна. – Я получаю опыт и практику, необходимые для моего образования. И некоторые мужчины представляют собой интересные случаи, которые могут помочь в терапии моих клиентов. – Она назвала Кемпен десять имен, в том числе Пита ван Луна и двух других, которых Френк указал в учетной карточке.

– Интересно. Почему именно эти? – спросила Кемпен.

– Когда я помогала социальному работнику и дежурила в мастерских, я поговорила с некоторыми мужчинами. Я бы хотела получить информацию об их клинической картине, и, если они проходят лечение, какие медикаменты принимают.

– Это все ваши клиенты?

Что за глупый вопрос!

– Конечно нет, в настоящий момент у меня только трое, но…

– Тогда вам не положено.

Чего и следовало ожидать. Ханна немного подумала.

– Стороннему человеку может показаться, что вы вставляете мне палки в колеса с моей практикой.

Кемпен прекратила печатать, отодвинула клавиатуру в сторону и взглянула на Ханну.

– Кому, например?

– Всей экзаменационной комиссии.

– Заучка! – Кемпен внимательно на нее посмотрела. – Если вы ищете параллели в картинах болезней, последние результаты обследования мало чем помогут. Вам нужно изучить медицинские карты целиком.

Ханна подняла брови.

– Я и прошу вас об этом.

– Тогда приятного чтения, – вздохнула Кемпен. – У вас есть один день, завтра я хочу видеть документы у себя в кабинете. – Она поднялась и открыла подвесной металлический шкафчик.

Ханна с удивлением наблюдала, как Кемпен вытащила десять папок. Врач запомнила все десять имен. Через минуту на столе возвышалась стопа высотой двадцать сантиметров. Некоторые папки, из которых торчали рентгеновские снимки, были толщиной с книгу, которую Ханна все еще держала в руке. Она положила ее сверху и собиралась уже подхватить всю стопку.

– Что вы там читаете?

– «Пролетая над гнездом кукушки».

– Вы что, серьезно? – Кемпен снисходительно улыбнулась. – Я думала, что за свою карьеру повидала уже достаточно странного персонала, однако до сих пор не перестаю удивляться. – Она протянула руку. – Мне нужна ваша магнитная карта.

Ханна подошла к столу и дала ей карточку. Кемпен открыла на компьютере программу и отметила, какие папки были выданы Ханне. Затем Кемпен провела ее магнитной карточкой через считывающее устройство.

– Один день, – повторила она.

Ханна подняла стопку.

– Конечно.

Прежде чем Кемпен закрыла программу, Ханна успела прочитать в таблице на мониторе, кто последним брал медицинские карты.

Это была Ирена Эллинг.

За три дня до самоубийства.

Правда, она брала карты лишь тех трех клиентов, чьи имена Френк указал в книге.

21

Снейдер и Сабина больше ни к чему не прикасались, тут же покинули автокемпер и вызвали криминалистическую службу.

Они молча вернулись по тропе к обугленному пню. Там криминалисты уже собирали и упаковывали свое оборудование, чтобы направиться к трейлеру.

«Эта ночь никогда не закончится!»

Снейдер поставил одну ногу на ветхую деревянную скамью, оперся локтем о колено и посмотрел на озеро.

– Вы правы, убийства связаны между собой, – пробормотал он. – Предположительно, это ноги убитой в Хагене судебного психолога. Убийца отрубил ей топором ноги, спрятал их в своем автокемпере и поехал на нем в Баварию.

– А по дороге побывал в Берне, – закончила Сабина. Снейдер пожал плечами:

– Возможно.

Тимбольдт подошел к ним и протянул Сабине кофе.

– Хорошая работа.

Она благодарно приняла стаканчик и погрела о него руки. Аромат поджаренных зерен вдохнул в нее жизнь. Сделав несколько глотков, она передала Тимбольдту пистолет.

– Спасибо.

– Больше никаких ознакомительных прогулок?

– Лучше я немного посижу в машине.

– Мы можем отвезти вас в отель.

– Спасибо, не нужно.

Следователь проводил ее к машине. Снейдер остался на берегу один. Оглянувшись через плечо, Сабина увидела, что он разговаривает по телефону. Его голос был напряженным. Если ему не было ночью покоя, то он не станет считаться и с другими – не важно, с кем он разговаривает и в какое время. До Сабины донеслись слова «проба крови» и «сравнение ДНК», потом она была уже за пределами слышимости.

– Устраивайтесь поудобнее в машине, – сказал коллега. – В багажнике лежит плед.

– Спасибо. – Она села на переднее пассажирское сиденье внедорожника, вставила стаканчик с кофе в держатель для напитков и повернулась к своей дорожной сумке на заднем сиденье. Сверху лежал ее ноутбук.

Пока компьютер у нее на коленях загружался, она немного отодвинула сиденье назад. Было не так удобно, как в ее кабинете, но сойдет. Часы ноутбука показывали несколько минут второго ночи. Сабина сделала глоток кофе, подсоединила интернет-модем и подключилась к архиву БКА.

Пока печатала на клавиатуре, заметила, как запотели стекла.

– Хорошо, – пробормотала она. – Четыре, пять, восемь и одиннадцать. – Если она права и речь идет о серии убийств по определенной числовой комбинации – где трупы с остальными цифрами на теле? Или, может быть, цифры соответствуют буквам алфавита? Тогда они означают D, E, H и K. Буквы D и H – инициалы Дитриха Хесса[9], но что означают E и K? Это тоже ни к чему не ведет.

Она сделала запрос в архиве БКА о недавно обнаруженных в Германии изуродованных трупах, на теле которых были вырезаны или выжжены цифры или символы. Но программа не выдала ни одного совпадения.

– Черт. – Она откинулась на спинку сиденья. Все не так просто, как она надеялась. Сабина расширила запрос и включила в поиск несколько соседних стран – Нидерланды, Бельгию, Швейцарию, Данию и Австрию. На этот раз компьютер думал значительно дольше.

Опять ничего!

Только пара быстро раскрытых убийств, которые все равно не укладывались в схему.

Она сделала еще глоток кофе. Это могло означать только то, что трупы – если таковые вообще имелись – просто еще не нашли. Или они были обнаружены очень давно.

Следующий запрос охватывал последние пять лет. Она нажала клавишу «Ввод» и уставилась на монитор. Интернет был довольно медленный. Ей пришлось ждать целых пять минут, прежде чем на мониторе наконец-то появился длинный список убийств. Сабина отфильтровала те, которые, по ее мнению, были недостаточно извращенными, а просто «нормальными» убийствами в состоянии аффекта. Остальные стала изучать в обратном хронологическом порядке.

Она хотела уже сдаться, как наткнулась на серию убийств, произошедших пять лет назад. В Голландии и Германии пять молодых женщин были сначала жестоко покалечены, а потом забиты молотком. Каждой из жертв убийца вырезал на коже в районе грудной клетки какую-то произвольную букву, за что пресса дала ему прозвище Неуч. Однако, прежде чем он успел совершить шестое убийство, его схватили в Швейцарии. Она не ошиблась? В Берне?

У Сабины сжался желудок. Она открыла дело и просмотрела документ. Убийца был пойман Мартеном Снейдером и Рудольфом Хоровитцем.

– Этого не может быть! – вырвалось у нее. Словно в замедленной киносъемке перед глазами сменялись сцены, свидетелем которых она была несколько часов назад в Берне. Рассказ Хоровитца, как во время задания пять лет назад он получил серьезное ранение в позвоночник, обвинение, выдвинутое против Снейдера директором федпола Николой Висс… а потом подвешенный за волосы под мостом труп с вырезанным на животе символом бесконечности.