Андреас Грубер – Мельница ангелов (страница 6)

Он медленно сунул кассету в карман пиджака.

Направляясь к своей машине, Хогарт на ходу запихнул перчатки и синие бахилы в карман.

Курт уже нетерпеливо ждал его у «шкоды».

– Где ты так долго был?

– Гулял в лесу. Садись!

Хогарт развернул машину, и они поехали вниз по Вальдорфгассе в сторону города.

– Как прошел допрос? – спросил Хогарт.

– Айхингер – тот еще придурок! Между вами что-то не так, да, Хог?

Хогарт вздрогнул, услышав это ужасное прозвище из уст брата.

– Это давно было. Не так уж важно.

– Не настолько давно, чтобы он успел забыть. Если тебя это утешит – мне он тоже не нравится.

– Его почти никто в отделе не выносит. Он пытался повесить на тебя убийство?

– Нет… – Курт замялся. – Но они сняли у меня отпечатки пальцев и следы обуви, спрашивали, связан ли я с израильским посольством или еврейской общиной, что знаю об антисемитских движениях, какие петиции подписывал за последние полгода и где был в пятницу вечером.

Хогарт заметил, как у Курта дрожат руки.

– Не накручивай себя, у тебя же есть алиби – та пациентка.

– Я сказал, что был один в своей практике.

– Ты с ума сошел? – Хогарт на мгновение отвел взгляд от дороги. – Речь идет об убийстве!

– Мне не стоило тебе об этом рассказывать.

– Об этом? – Хогарт посерьезнел. – Только не говори, что у тебя роман!

– Она просто знакомая.

– Просто знакомая! – передразнил Хогарт. – Черт возьми, ты изменяешь Сабине! Не могу поверить… Господи. Ты рассказал им о сообщении Островского на автоответчике?

– Конечно, а как ты думаешь? Но про видео я умолчал. Ты его нашел? Я все время выглядывал тебя, но не видел, как ты пробрался в дом.

– Тебе что-нибудь говорит число 05? – спросил Хогарт.

– В каком контексте?

– Понятия не имею.

– Нет. Куда мы вообще едем? – Курт посмотрел в окно.

– Ко мне домой. – Хогарт достал кассету из кармана и бросил ее Курту на колени. – Там посмотрим запись.

– Это она? – Курт разглядывал футляр. – Такая маленькая? Без адаптера можно забыть.

– В коробке с тысячами видео – дни рождения, Рождество, свадьбы – должен найтись хотя бы один.

– Видео отца у тебя? – вырвалось у Курта.

– Мама отдала их мне после его смерти.

– Но я хотел их взять!

– Можешь забрать. – Хогарт постучал по кассете. – Тебе эта цифра о чем-нибудь говорит?

– Не могу поверить, что у тебя отцовские видео…

– Цифра! – повторил Хогарт.

– Триста сорок восемь, – прочитал Курт. – Может, номер дела…

– В кабинете Островского лежат еще несколько сотен кассет, но, похоже, что-то важное записано только на этой.

– И как ты думаешь, что на ней? – спросил Курт.

– Уж точно не видео с отдыха.

– Надеюсь, не какая-нибудь снафф-дрянь.

Хогарт тоже на это надеялся.

Глава 3

Квартира с террасой Хогарта находилась на Тиволигассе в венском Майдлинге. В районе, в котором бродячие псы загаживали парки, а машины вскрывали средь бела дня, Хогарт создал в своей мансардной квартире особую атмосферу, где мог уединиться и забыть обо всем вокруг. Его «владения» включали надежную входную дверь, звукоизолирующие стекла и дополнительные окна в скатах крыши, которые заливали светом каждую комнату. Этажом ниже располагался его офис. Арендная плата была вполне приемлемой, с парковкой проблем не возникало, а станции метро и городской электрички находились всего в десяти минутах ходьбы. Чего еще желать?

Единственное, что сводило его с ума, – это дискотека в подвале здания. Через заднюю дверь, которую много раз заваривали, но всегда снова взламывали, посетители попадали во внутренний двор, а оттуда – в подъезд, где нередко устраивались шумные вечеринки. Иногда на ковриках у дверей валялись бутылки и использованные презервативы. Подросткам было безразлично, сколько раз за ночь приезжала полиция, они продолжали шататься по лестничной клетке, мочились на коврики или просто валялись у входа до самого полудня.

Когда Хогарт вошел в квартиру, он сразу же опустошил карманы и бросил на комод телефон, запасную пачку сигарет и упаковку жвачки. Полные карманы мешали ему сидеть – его личный пунктик, от которого он не мог избавиться. Особенно тяжело это проявлялось за рулем.

– Здесь совсем не пахнет сигаретным дымом, – заметил Курт, следуя за ним через прихожую.

– Пытаюсь бросить.

– У тебя никогда не получится!

Они вошли в гостиную. Книжные полки были заставлены видеокассетами со старыми черно-белыми классиками – от «Гамлета» до «Касабланки», а также фильмами с Кэри Грантом, Уильямом Холденом и Грегори Пеком. Тогда еще снимали хорошие картины. Между полками в рамках висели автографы кумиров кино, таких как Рита Хейворт и Бетт Дэвис, и подписанные синглы Мадди Уотерса и Джона Ли Хукера.

Курт провел пальцем по полкам, не подняв ни пылинки.

– Ты все еще сам убираешь квартиру? – спросил он.

– Думаешь, я доверю эти сокровища уборщице? – ответил Петер.

– Парень, у тебя, должно быть, куча свободного времени.

– Зато я отдаю свою одежду в стирку и глажку, а химчистка на углу совсем не дешевая.

Хогарт вытащил из шкафа коробку. Внутри находились старая видеокамера его отца, еще без дисплея и со сломанным аккумулятором, метры спутанных кабелей, десятки кассетных футляров и адаптер, склеенный скотчем.

– Надеюсь, эта штука еще работает. – Хогарт выпрямился. – Кофе?

– Я и так как на иголках, – нетерпеливо сказал Курт. – Через полчаса придет следующая пациентка.

– Та, с которой ты изменяешь Сабине? – спросил Петер.

Курт не ответил.

– Давай подготовь все, – сказал Петер, бросив Курту адаптер, и направился на кухню, где включил кофемашину. – Сколько ты с ней встречаешься?

– Последние полгода у нас с Сабиной не все ладится, – уклончиво ответил Курт. – Когда Татьяна вошла в подростковый возраст, Сабина начала посещать курсы повышения квалификации – логопедия, НЛП, психология для проблемных детей и подобная ерунда. У меня полно работы с пациентами, совместных тем для разговора почти не осталось.

– И вы встречаетесь у тебя в кабинете, во дворе вашего дома, прямо под носом у Сабины?

– Ты что, с ума сошел?! – крикнул Курт из соседней комнаты. – Она живет в Альт-Эрлаа. Рядом с современным жилым комплексом есть мотель.

– Она, наверное, тоже замужем? Тебе стоит с ней порвать. Если Сабина узнает, она тебя собственными руками прикончит – и я даже не могу ее винить.

– Ты понятия не имеешь, какие у меня отношения с Сабиной, – проворчал Курт.