Андреас Эшбах – Триллион долларов. В погоне за мечтой (страница 140)

Четырехэтажное здание было расположено рядом с главной площадью Цюриха, резиденцией всех швейцарских банков и местом крупнейшего денежного оборота в Альпийской республике. Из окна офиса, где работал руководитель организации «Фонд Фонтанелли по вопросам денежного образования» Эрнст Фербер, виднелся чугунный лев и несколько фонарей в форме виноградных гроздьев; слышался звон трамвая.

– Несколько десятилетий тому назад, – говорил своим посетителям неуклюжий мужчина с усиками и пронзительным взглядом васильково-синих глаз, – по всему миру проводились кампании, целью которых было донести до сознания всех людей необходимость основных гигиенических процедур. За ними последовали кампании по обучению каждого неграмотного взрослого. Свою будущую деятельность мы видим в этом ключе.

Один из журналистов поднял карандаш.

– Э… означает ли это, что вы хотите научить считать людей в странах третьего мира?

Фербер взглянул на него. На лбу у него образовалась грозная морщина.

– Если вы напишете это, молодой человек, вас больше никогда не пригласят ни на одну пресс-конференцию. Мы собираемся научить всех людей верному обращению с деньгами. Считать? Это самое малое. Большинство отлично умеют делать это.

– Но ведь и с деньгами обращаться – тоже, – скептически заметил другой репортер.

– Вы так думаете? А почему тогда так много погрязших в долгах хозяйств? Почему так много людей тяжко трудится всю жизнь и все равно умирает бедными? – Фербер покачал головой. – Позднее я познакомлю вас с доктором Фюели, нашим психологом, который придерживается той точки зрения, что у большинства людей больше проблем с деньгами, чем с сексом. Разделять его мнение или нет – этот вопрос я оставляю на ваше усмотрение, но, дамы и господа: обращение с деньгами – не вопрос роскоши. Не то, чем можно заняться на досуге, так, как в отпуске перелистывают путеводитель. Деньги – это элементарно. Никто не может уйти от этой темы, даже монах в монастыре. Денежные проблемы могут разрушить ваш брак или довести до болезни, слишком большие долги могут стать причиной ранней смерти, и то, исполнится ваша мечта или нет, вполне может зависеть от того, умеете ли вы правильно рассчитать расходы на кредит.

Он провел горстку представителей прессы по светлому, кажущемуся свежим и просторным дому, позволил заглянуть в большие и маленькие офисы, где за комфортабельными столами сидели усердные сотрудники.

– Мы владеем собственными телевизионными спутниками, которые могут передавать в любую населенную точку Земли, – пояснил он. – Со следующего месяца наши телецентры будут производить и передавать учебные программы на ста двадцати одном языке. В данный момент мы каждый день учреждаем минимум два института в различных точках мира, которые тут же начинают работу; как правило, с того, что заказывают в типографии учебные материалы и книги.

– Звучит так, как будто вам самим денег вполне хватает, – заметила одна из журналисток.

Фербер солидно кивнул.

– Капитал фонда составляет шестьдесят миллиардов швейцарских франков. С таким капиталом «Фонд Фонтанелли по вопросам денежного образования» становится крупнейшим из когда-либо учрежденных фондов. – Он позволил себе скромную улыбку. – По крайней мере, в данный момент.

– Есть такая пословица: деньги правят миром. Однако, как ни странно, почти никто не думает о том, кто правит деньгами, по каким законам это происходит. Пожалуй, нет более загадочной отрасли, чем финансовая аристократия.

Джон посмотрел на присутствующих, а внутри у него растекалось тяжелое жалкое чувство. Страх. Как будто, произнося эти слова, он вступает на территорию могущественного врага.

Это ведь безумие, правда? Ему принадлежит один из крупнейших банков мира. Он владеет крупнейшим состоянием всех времен. Он и есть враг!

Но такого ощущения не было. На самом деле он не имел к этому отношения. Для директоров его банка он был чужаком, незваным гостем, узурпатором. Даже спустя три года его не принимали и не слушали.

– Финансы рассматривают как нечто вроде водоснабжения. Скучно. В принципе неважно. Они и без того функционируют по неизменным закономерностям, поэтому не стоит тратить время на эти рассуждения, – произнес Джон, и ему показалось, что он говорит о самом себе. Так он чувствовал большую часть своей предыдущей жизни. Деньги или были, или их не было, и если они были, то он их тратил. Даже сберегательный счет был за гранью его восприятия. Что-то для других людей. Как бы там ни было, экономической частью газеты он застилал мусорное ведро. – А ведь не может быть более ошибочного представления. Закономерности не неизменны и уж точно не незначительны.

Он увидел монитор компьютера на письменном столе генерального секретаря, указал на него.

– Финансы – это двигатель нашей цивилизации. Законы этой системы определяют то, как работает все остальное. Тот, кто может установить их, правит миром.

Мужчина, стоящий во главе ООН, поднял брови.

– Прежде я готов был поспорить, что ваше предложение заключается в том, чтобы основать мировое правительство, которому подчинялись бы войска всего мира. И тогда я сказал бы вам, что это невозможно.

Джон кивнул.

– Не сомневаюсь.

– Но, похоже, вы клоните скорее к тому, чтобы создать единое видение финансовой системы во всем мире.

– Верно.

Генеральный секретарь сложил руки.

– Подобное уже пытались сделать, мистер Фонтанелли, – серьезно сказал он. – Никто не спорит, что подобное начинание может сказаться благотворно на положении дел. Но до сих пор все подобные инициативы проваливались, поскольку государства не хотят никому позволить лишить себя суверенитета.

Джон кивнул. Вдруг ему стало кристально ясно, что было недоразумением полагать, будто видение может дать человеку уверенность. Этого оно не давало. Оно придавало человеку решимость.

– Ваше начинание достойно уважения, – продолжал Кофи Аннан, – но я не представляю себе, как вы собираетесь добиться этого.

– Не представляете? – Джон Фонтанелли удивленно поднял брови. – Я думал, это очевидно.

Ларри Кинг перегнулся через стол, заложив большие пальцы рук за широкие подтяжки своим коронным жестом.

– Мистер Фонтанелли, что может дать такой институт? Такой… Что это вообще будет? Что-то вроде всемирного Центрального банка?

– Нет. Скорее что-то вроде всемирного министерства финансов, – ответил гость.

– Разве нам это нужно? – спросил известный ведущий. – Мистер Фонтанелли, мне кажется, что я помню идею пророчества, которое вы пытаетесь исполнить, и суть была в том, что наследник состояния – то есть вы – вернет человечеству утраченное будущее. Тут в первую очередь думается о таких вещах, как озоновая дыра, защита от атмосферных воздействий и демографический взрыв. А вовсе не обязательно о деньгах и налогах.

– Но за всем стоят деньги. Люди голодают, потому что у них нет денег на еду. Люди рожают много детей, потому что это единственный шанс иметь спокойную старость. Зарабатывать на жизнь означает зарабатывать деньги, поэтому финансовые условия означают почти все, что мы делаем и позволяем делать.

– Но разве мир будет спасен, если я буду платить ту же налоговую ставку, что и, скажем, крестьянин, который выращивает рис в Индокитае, или сельский врач в Танзании?

Самый богатый человек в мире улыбнулся.

– Все сводится скорее к тому, что будет изменена система налогов в целом. – Он оперся на подлокотники кресла. – Я приведу вам пример из собственного опыта. Вы знаете, что по валютным рынкам мира бродят невообразимые суммы, более полутора триллионов долларов в день, и за доли секунды одну валюту обменивают на другую, чтобы заработать на малейших колебаниях курса. Это сделка, чтобы говорить уже абсолютно ясно, в ходе которой ничего не производится, не получается ничего стоящего. Никто от этого не насыщается. Каждый день меняет владельца большее количество денег, чем требуется для всего товарооборота земли, а вечером из-за этого на свет не появляется даже дополнительная краюха хлеба. Получаются огромные прибыли, но каждая прибыль до последнего знака после запятой – это с неизбежностью потеря для другого. У меня самого до недавнего времени был валютный отдел, и я принимал участие в этих сделках, но я не горжусь этим, поверьте мне.

– Но ведь люди в этих сделках играют друг с другом? Я имею в виду, это ведь все равно что банк в карточной игре – почему мне должно быть до этого дело?

– Потому что это оказывает влияние на вас. Смотрите, такая волна денег, которая постоянно находится в пути, настоящее цунами электронных валют, подчиняет себе все проявления в реальной, материальной сфере экономики, просто раскатывает ее весом больших чисел. Причиной возникновения азиатского кризиса, со всеми его ужасами, разоренными предприятиями и обанкротившимися фирмами, мы обязаны внезапной буре в торговле валютой.

– Которую вызвал концерн «Фонтанелли энтерпрайзис», – вставил Ларри Кинг, и его глаза за стеклами очков часто заморгали. – Нарочно. Чтобы надавить на правительства в регионе.

– Да. Это было довольно просто. Возможно, это было некрасиво, но вполне легально.

– Но что могло бы сделать против этого всемирное министерство финансов?

– Нечто удивительно простое и действенное, – сказал Джон Фонтанелли. – Кстати, еще с семидесятых годов существует план, разработанный экономистом, лауреатом Нобелевской премии Джеймсом Тобином, который в принципе экономически неоспорим. Он предполагает введение налога на все валютные транзакции, которому нет нужды быть выше одного процента.