Андреа Камиллери – Жаркий август (страница 9)
– Ты позвонил в агентство, рассказал про самовольную постройку? – спросил он комиссара.
– Нет еще.
– Почему?
– А вдруг вам поднимут арендную плату, раз у вас там теперь дополнительная квартира? – попытался отшутиться комиссар, но тут встряла Ливия.
– Давай, чего ты ждешь? Посмотрела б я на лицо того, кто сдал тебе дом.
«Посмотрел бы я на твое через пару минут!» – подумал Монтальбано. И вместо этого сказал:
– Есть, правда, одна сложность.
– Какая?
– Можешь отослать куда-нибудь Бруно? – тихо спросил Монтальбано у Лауры.
Та посмотрела на него с удивлением, но послушалась.
– Бруно, помоги мамочке. Сходи на кухню и принеси из холодильника еще бутылку воды.
Просьба Монтальбано возбудила во всех любопытство.
– Ну что? – спросил Гвидо.
– Дело в том, что я обнаружил там труп. Женский.
– Где? – поинтересовался Гвидо.
– На нижнем этаже. В гостиной. В сундуке.
– Ты шутишь? – спросила Лаура.
– Нет, не шутит, – возразила Ливия. – Я его хорошо знаю. Ты обнаружил его вчера вечером, когда мы туда спустились?
Вернулся Бруно с бутылкой в руках.
– Ну-ка, принеси еще! – рявкнули все хором.
Бруно поставил бутылку на пол и ушел.
– И ты, – до Ливии начала доходить суть дела, – оставил моих друзей спать в одном доме с трупом?
– Да ладно тебе, Ливия, он же внизу! Он не заразный!
Лаура снова взвыла сиреной – этот звук ей удавался в совершенстве.
Руджеро, который мирно грелся на солнышке, растянувшись на каменной ограде, так и прыснул со всех ног. Бруно вернулся, поставил бутылку на пол и, не дожидаясь приказа, побежал за следующей.
– Подлец! – вскипел Гвидо. И пошел за женой, которая, рыдая, убежала в спальню.
– Я просто не хотел их тревожить! – воззвал Монтальбано к Ливии, пытаясь оправдаться.
Та смерила его презрительным взглядом.
– Вчера вечером, когда тебе позвонил Фацио, это вы с ним заранее договорились, чтобы у тебя был повод уйти, так?
– Да.
– И ты вернулся сюда, чтобы рассмотреть труп получше?
– Да.
– А потом занимался со мной любовью! Ах ты, скотина, бездушная тварь!
– Но я же принял душ, чтобы…
– Ты омерзителен!
Она решительно встала и ушла к друзьям, бросив его одного. Вернулась минут через пять – холодна как лед.
– Они собирают чемоданы.
– Уже уезжают? А как же билеты?
– Гвидо решил, что с него хватит. Поедут на машине. Отвези меня в Маринеллу. Я соберусь и тоже уеду. Поеду с ними.
– Ливия, рассуди здраво…
– Хватит, нам больше не о чем говорить!
Делать было нечего. За всю дорогу до Маринеллы Ливия не проронила ни слова, и Монтальбано не осмелился нарушить ее молчание. Приехав, Ливия наспех покидала вещи в чемодан и с мрачным видом уселась на веранде.
– Приготовить тебе чего-нибудь поесть?
– Ты только о двух вещах и думаешь.
О каких именно, она не сказала, но Монтальбано все равно понял.
Ближе к часу Гвидо с семейством заехал в Маринеллу за Ливией. Руджеро, с которым Бруно не пожелал расставаться, тоже сидел в машине. Гвидо вручил Монтальбано ключи от домика, но руки ему не подал. Лаура демонстративно отвернулась, Бруно издал неприличный звук, а Ливия не удостоила его даже взглядом.
Отверженный и всеми покинутый, Монтальбано безутешно смотрел им вслед. Но где-то в глубине его души таилась толика облегчения.
Первым делом он позвонил Аделине.
– Адели, Ливии пришлось вернуться в Геную. Можешь прийти завтра утром?
– А то как же. Да хоть через пару часиков могу подойти.
– Не нужно.
– Нет уж, я все равно приду. Представляю, какую там синьорина грязюку развела!
На кухне нашлось немножко черствого хлеба. Он съел его с ломтиком сыра тумаццу, завалявшимся в холодильнике. Потом улегся на кровать и задремал.
Когда он проснулся, было часа четыре. По доносившемуся из кухни звяканью посуды было ясно, что Аделина уже пришла.
– Адели, не сваришь мне кофе?
– Сию минуту, синьор комиссар.
Она принесла кофе, кипя от возмущения:
– Мать честная! Тарелки-то немытые, а в ванной я нашла грязные трусы!
Если и существует женщина, повернутая на чистоте, так это Ливия. Но Аделина упорно видела в ней неряху, чей предел мечтаний – свинарник.
– Я же тебе сказал – ей пришлось срочно уехать.
– Вы поцапались? Разругались?
– Нет, мы не расстались.
Аделина с разочарованным видом удалилась на кухню.
Монтальбано встал и пошел к телефону.
– Агентство «Аврора»? Это комиссар Монтальбано. Я хотел бы поговорить с синьором Калларой.