Андре Жуль – Стринги Дьявола (страница 3)

– «Да, мимо», - мрачно бросил Рафик.

– «А чё случилось?», - притормаживая на светофоре, спросил Мансур.

– «Да к этой твоей Вале парень приехал. А смысл Настю одну брать, да и вряд ли она согласится одна поехать, а если и поедет, то на двоих точно не даст», - говоря это, Рафик прикидывал в своей голове, кому ещё можно позвонить.

Угнав машину, двое приятелей, посовещавшись, решили не спешить, загонять её в гараж. С помощью чёрной изоленты они переклеили пару цифр на номерах и решили, что сегодняшним вечером они могут спокойно покататься на ворованной иномарке.

– «Так слушай, давай звони снова Насте, пусть берёт Валю с её парнем и вместе поедем покатаемся», - трогаясь на жёлтый и едва не сбив при этом не успевавшую перейти дорогу бабулю, неожиданно предложил Мансур.

– «Эй, брат, у тебя всё хорошо? Вроде на умах, а такую дичь морозишь! Мы чё на такой тачке нормальных тёлок не снимем? На фига нам этого черта ещё с собой таскать?», - предложение товарища явно удивило Рафика.

– «Да стоп, брат, не горячись. Тему хочу одну попробовать. Я тут на днях с Ашотом встречался, который на рынке торгует. Так он мне чё рассказал. В общем, он сейчас по паркам ходит, высматривает молоденькие парочки, при этом выбирает таких, у которых видно, что с деньгами напряг. Ну, подходит к ним, слово за слово, предлагает пивка. Дальше больше ведёт их к себе. А чё, считай, тёлка то вместе со своим парнем, чего ей бояться. А Ашотик им в водочку специальную травку подсыпает. Человек с неё вообще отрубается наглухо, а затем вообще ничего не помнит. В общем, считай, пока парнишка спит, он его тёлку имеет. При этом говорит, такие сосочки молоденькие попадаются, что прям вообще огонь. В общем, взял я этой травки у него не много. В общем, ты Настю в тачку уведёшь, а я Вале с парнем подсыплю. Хочу её прям рядом с ним поиметь».

***

– «Кто звонил?», - поинтересовалась Валентина, когда её подруга положила трубку.

– «Да, Рафик, они с Мансуром машину новую купили, звали нас покататься», - с таким видом, будто она только что упустила возможность выиграть миллион, отозвалась блондинка.

– «Ой, да нафиг они нужны», - при этих словах Валя сморщила нос.

– «Нормальные ребята, а я думала, что тебе Мансурчик понравился», - с игривой улыбкой, словно мстя подруге за испорченный вечер, ядовито выдавила Анастасия.

– «Ой, да мне даже вспоминать об этом противно», - с брезгливостью ответила Валентина. В этот момент у Насти снова зазвонил телефон.

– «О, это снова Рафик», - вставая с кресла и отходя в сторону, воскликнула она.

***

Василий Анатольевич Пилюгин — крупный бизнесмен, владелец обширной сети магазинов, которые раскинулись по всем уголкам нашей необъятной Родины. В ближайшее время он планировал баллотироваться в депутаты по Рязанскому избирательному округу. При этом ни его самого, ни его окружение нисколько не смущал тот факт, что Василий Анатольевич никогда не бывал в этой области. Что же касается Москвы, которая давно стала для него родным городом, то он прагматично решил, что здесь ему вряд ли удастся выдержать конкуренцию.

Безусловно, читателю станет интересно, какое отношение имеет этот влиятельный человек к уже описанным героям. Скажем так, до сегодняшнего дня – ровно никакого. Василий Анатольевич и знать не знал, да и знакомиться ни с девушками-второкурсницами, ни тем более с их знакомыми джигитами, он, собственно говоря, не собирался. Но вышло так, что Мансур и Рафик угнали именно его джип, правда об этом бизнесмен еще не знал.

Весь этот день Василий Анатольевич Пилюгин провел в своем офисе, внимательно просматривая финансовые отчеты. Он был из числа тех людей, кто не доверяет абсолютно всем, поэтому с маниакальной дотошностью бизнесмен перепроверял каждую цифру. Самое забавное, что эта его щепетильная скрупулезность совершенно не гармонировала с его медвежьей внешностью. Широкий лоб, выступающий вперед, грубые, крупные черты лица и неуклюжая фигура при довольно высоком росте. Дополняла этот образ косолапая походка.

Несмотря на все усилия Василия Анатольевича выглядеть солидно и респектабельно, внешне он напоминал скорее деревенского увальня, а не человека, занимающего высокие посты. Даже самые дорогие костюмы от именитых дизайнеров, швейцарские часы и блестящие запонки не могли изменить этого впечатления.

Больше всего на свете Василий Анатольевич ценил две вещи: порядок и дисциплину. Вся его жизнь была выстроена с такой же безупречной точностью, как механизм его дорогих часов. Будучи не просто начальником, а владельцем крупной компании, он всегда строго придерживался рабочего графика: никогда не опаздывал и не уходил раньше времени.

Вот и сегодня, несмотря на то, что была пятница, а отчетов оказалось не так уж и много, тем не менее Василий Анатольевич намеренно растягивал рабочий процесс, чтобы закончить к концу рабочего дня. Однако, несмотря на все его усилия, он завершил дела почти на сорок минут раньше, но даже это обстоятельство не заставило его покинуть офисное кресло. Тогда Пилюгин принялся изобретательно убивать время. Он навел порядок на своем столе, избавился от сломанной скрепки, проверил почту, бегло пробежался по экономическим новостям, полистал какие-то договоры. И только когда часы показали ровно пять, он связался со своей секретаршей, коротко бросив: «Пусть готовят машину».

После чего встал и надев висевший на спинке кресла пиджак, подхватив свой кожаный дипломат, направился к выходу.

Но только он собрался покинуть свой кабинет, как дверь распахнулась и показавшийся на пороге долговязый голубоглазый паренек с какой-то неуместной озорной веселостью сообщил: — «Василий Анатольевич, ЧП, машину угнали».

Пилюгин замер, опешив.

— «Как угнали?» — вырвалось у него.

— «Санька, водитель, вышел заводить, а ее нет! Тю-тю! Он мне отзвонился, а сам к охранникам побежал», — бойко протараторил долговязый, не скрывая улыбки. Хотя, казалось бы, его должность начальника охраны не предполагала каких-либо шуток в данной ситуации. Но Пилюгин уже давно смирился с этой странностью своего подчиненного. Тот постоянно умел находить повод для улыбки в самых различных ситуациях.

Вообще, все, что выбивалось из привычного графика, сильно сбивало Пилюгина с толку. После таких моментов он долго и с трудом приходил в себя, пытаясь разобраться, как действовать дальше, даже если решение было очевидным. Вот и сейчас, буркнув что-то невнятное вроде "Так", он уселся в кресло и, сам не зная зачем, открыл дипломат.

Что касается начальника охраны Дмитрия Гаранина, он был из тех, кто сразу бросается в глаза. Шустрый, тридцатишестилетний парень, который выглядел значительно моложе своих лет. За плечами у него были обе Чеченские кампании, проведённые в ВДВ, так что в своем деле он разбирался от и до, без лишних слов.

Но вот была у него такая особенность: что бы ни случалось – хорошее или плохое (совсем уж трагичные случаи мы не берем), все казалось ему забавным. Он находил повод для шутки даже там, где другие были готовы разрыдаться от досады. Еще в самом первом взводе к нему приклеилось прозвище "Морячок". И не просто так! Не проходило и дня, чтобы он не выкинул что-нибудь эдакое, что на молодежном сленге называется "заморить". Он был мастером на всякие приколы и выходки, которые поднимали настроение и разряжали обстановку.

Казалось бы, безжалостная мясорубка войны должна была навсегда выжечь в нём эту юношескую непринуждённость. Но, пройдя через это жерло, похоронив стольких товарищей и убив не одного «чеха» (только двоих он зарезал штыком – ножом, сколько скосил из АКМ, он давно сбился со счета) – он вернулся домой почти таким же, каким ушёл. Тот же простой парень, которого все знали до его отправки в пекло горячих точек. Лишь тонкие морщинки у глаз слегка выдавали пережитое, а прежнее чувство юмора стало чуть более циничным, с оттенком горькой иронии.

Вот и сейчас произошедшее несказанно позабавило Дмитрия: – «Надо же, вора обворовали», – злорадно думал он. Его совесть в данном случае была абсолютно чиста: во-первых, он нанялся охранять человека, а не автомобиль. Во-вторых, он предупреждал, что необходимо сменить заводскую сигналку.

В кабинет влетел запыхавшийся Саня, водитель.

– «Вы представляете, у этих уродов даже камер нет, одни макеты», – скороговоркой выпалил он. Василий Анатольевич лишь удостоил его свирепым взглядом, залитыми от бешенства, как у быка, глазами, а начальник охраны фыркнул.

– «Вся наша страна – одни макеты и искусственная иллюзия», – философски заметил он, но присутствующие были не в состоянии оценить глубину его мысли, да и не до этого им было сейчас.

***

Поезд, мерно покачиваясь приближался к Москве. За окном, чередовавшиеся лесные массивы и поля начали уступать место совсем другому пейзажу. Природная красота сменялась более убогой, но разнообразной палитрой человеческих строений. Здесь были и покосившиеся дачные домики, и серые многоэтажки, и какие-то промышленные постройки, хаотично разбросанные по обе стороны железной дороги.

Алексей, почувствовав приближение конечной станции, привстал со своей жесткой плацкартной лавочки. Потянувшись вверх, он достал с багажной полки свою небольшую дорожную сумку. Не словом, ни жестом, не попрощавшись с попутчиками, Алексей направился в тамбур. Нет, он вовсе не был грубым или невоспитанным молодым человеком. Просто семейная пара, ехавшая с ним в одном купе, не заслуживала даже малейшего проявления вежливости.