Андраш Беркеши – Опасный водоворот (страница 57)

— И не стыдно… Разве этому тебя учила мать, злодей ты этакий! — возмутилась старушка.

— Помалкивай, бабка, если тебя не спрашивают! Да, я стрелял в русских… А почему они не уходят к себе домой?!

Спор привлек нескольких человек. Около мальчишек остановились трое юношей, полная женщина лет тридцати и прилично одетый пожилой мужчина, видимо, пенсионер.

— Правильно сделал, сынок, — сказал пенсионер, взяв под свою защиту расхваставшегося. — Если у нас, стариков, не хватает смелости, то хоть вы спасете честь нашей родины…

Ободренные его поддержкой, мальчишки вызывающе, нагло поглядывали на окружающих.

— Этого еще не хватало, чтобы и вы их поощряли… И не хватит же кондрашка этакого старого сыча! — разошлась старушка. — И вам не совестно? И как только не лопнут ваши бесстыжие глаза?

— Ты, наверное, русская или большевичка, — пенсионер метнул на нее гневный взгляд, — вот и болтаешь… Ты бы венгров пожалела…

Старушка быстро отошла в сторону. Один из юношей последовал за ней.

Бела стоял у стены и слушал. Ему было интересно узнать, чем все это кончится. «Тот крестьянский паренек сейчас вмешается, вижу по его глазам… — думал он. — Наверное, наш человек…»

— А ну, бабка, хватит болтать! — воинственно закричал Штири. — Ступай, пока цела! — И он замахал пистолетом.

— Как ты разговариваешь со старым человеком, сопляк! — вмешался в спор крестьянский парень.

— А что же тут такого? Пусть не лезет… Кто ее просил? — заартачился лохматый мальчишка и, рассчитывая на поддержку, приблизился к пенсионеру.

— Мальчик прав, — снова заступился тот за наглеца.

— Старина, вы бы лучше помолчали, а не то как бы вам худо не пришлось, — вспыхнул юноша. — Что вы тут подстрекаете, черт вас побери!.. Мало вам пролитой крови?!

Пенсионер что-то хотел возразить, но не находил слов и испуганно оглядывался, к кому бы обратиться за помощью.

— Замолчите, — вскипел юноша, — а то я покажу вам! — И он с решительным видом подошел к старику. В глазах у парня вспыхнула ярость.

Струсив, пенсионер беспомощно озирался по сторонам. Он заметил молча стоявшего у стены Белу.

— Ну вот вы… что вы скажете на это?.. Смотрите, какой тон! Еще грозит! — и он подошел к Беле.

Бела привлек старика к себе и, наклонившись к его уху, угрожающе прошептал:

— Убирайтесь отсюда да поживее… Подлец! Живее!..

Незаметно для следивших за спором мальчишек дружок крестьянского парня подошел сзади к Штири. Пенсионер не на шутку перепугался. Втянув голову в плечи, он быстро засеменил прочь, бормоча что-то невнятное себе под нос.

— Штири, пошли, нам тоже пора! — заговорил Паньо.

Лохматый медлил. Он удивленно смотрел вслед пожилому мужчине. Вдруг спутник крестьянского парня схватил мальчишку за руку и вырвал пистолет. Мальчуган опешил от неожиданности, но сообразив, что произошло, метнул злой взгляд и заревел благим матом.

— Отдай!

— На! — ответил парень, ударив его по щеке.

Два других мальчугана, чуя недоброе, бросились бежать. Штири несколько секунд раздумывал, потирая покрасневшую щеку, а затем пустился наутек вслед за ними… И лишь отбежав метров тридцать, обернулся и крикнул:

— Мать свою бей, гад…

— Хорошо сделал, сынок, что отобрал у них, — заговорила опять старушка, — хорошо сделал… — повторила она и пошла по своим делам.

На месте происшествия остались трое: Бела и двое юношей.

— Выброси в водосток, — посоветовал крестьянский парень.

— Не надо, — воскликнул Бела и схватил парня за руку. — Если вам не нужен, отдайте мне. — И он посмотрел в глаза парню. — Мне пригодится…

Парни замешкались.

— Отдай ему, Фери, — проговорил крестьянский парень, — нам он не нужен теперь…

— Пожалуйста, — протянул тот пистолет. Бела быстрым движением спрятал его во внутренний карман.

— Пойдемте, нечего здесь стоять, — сказал он и направился следом за парнями.

— Вы кто такие? — спросил Бела, пройдя несколько шагов. Юноши молчали.

— Раз вы не отвечаете, я начинаю догадываться, — улыбаясь сказал Бела. Фери смерил его взглядом.

— Ну, кто мы такие? — строго смотрел он на Белу, сунув руку в карман пальто.

Бела окинул взглядом загорелых, обросших бородой юношей с коротко подстриженными волосами. «Гражданская одежда на них явно с чужого плеча, — сказал он про себя. — Вряд ли я ошибаюсь».

— Вы солдаты внутренних войск, разве не так?

— А вы кто такой? — в свою очередь спросил Фери.

Бела понял, что теперь ему нечего опасаться.

— Меня не бойтесь… Я коммунист… Как вы думаете, зачем я попросил у вас пистолет?

Постепенно Бела выяснил все. Оба юноши, Ференц Вираг и Андраш Варга, действительно были солдатами внутренних войск. Они охраняли один военный завод. Еще на заводе их переодели в гражданское платье, чтобы уберечь от самосуда мятежников. Вчера рабочий совет арестовал и отправил на улицу Марко охрану завода. Дорогой они бежали. Как раз в субботу наступал срок их демобилизации, но помешал мятеж. Они даже не знают, где их часть. Знакомых в Пеште у них нет, так что приютиться не у кого.

Бела сразу учел все эти обстоятельства. Поразмыслив немного, он сказал:

— В три часа дня приходите к памятнику Остапенко. Там вас будет ждать девушка. — Бела подробно объяснил, как туда пройти. Расставшись с юношами, он невольно задал себе вопрос: «Правильно ли я поступил?» — и долго смотрел вслед уходившим. Ему казалось, что поступил он правильно… Погруженный в раздумье, Бела продолжал путь.

У старинного четырехэтажного дома на улице Пратер он замедлил шаг. У ворот стояли на посту вооруженные молодые люди, но было и несколько пожилых мужчин, по внешнему виду рабочих.

Бела задумался: «Правильный ли адрес дал мне Комор? Судя по всему, этот дом не предвещает ничего хорошего».

В какую-то долю секунды нужно было принять верное решение. «Если повернусь и пойду назад, — думал он, — у них возникнет подозрение. Нет, попробую с улыбкой смело пройти вперед», — подбадривал он себя.

Не замедляя шага, Бела смело вошел в ворота. Раскрасневшаяся девица с пышным бюстом, услышав шаги, высвободилась из объятий своего кавалера и смущенно заулыбалась. Лицо парня тоже расплылось в улыбке. Минуя их, Бела услышал голос парня: «Ну, крошечка, иди же ко мне…» — и быстро, прыгая через две ступеньки, стал подниматься наверх.

На площадке второго этажа он остановился. Осторожно выглянул во двор. Во дворе, выложенном желтыми керамическими плитками, разговаривали трое — четверо вооруженных парней. На первом этаже дверь одной квартиры распахнута настежь. В нее входили и выходили мятежники. Позже он узнал, что это была не квартира, а молельня анабаптистов. Там обосновала свой штаб одна из вооруженных групп. Теперь становилось ясно, что для опорного пункта подпольщиков это место совершенно не годится. Отсюда надо как можно скорее уходить.

Подойдя к дверям квартиры, где должен был жить Вида, Бела постучал. Послышался едва уловимый шорох, звук хлопнувшей двери, затем щелкнул замок и входная дверь открылась. Он вошел в темную переднюю. По обе стороны двери на стенах висели дешевые картины.

— Прошу, — встретил его приземистый лысеющий мужчина лет сорока. Широкая грудь и развитые бицепсы делали его похожим на борца. Он устремил на Белу откровенно выжидающий взгляд.

— Я ищу Ференца Вида, — сказал Бела.

— Это я, — ответил мужчина, сверкнув белизной хорошо сохранившихся зубов.

— Бела Ваш, — протянул руку юноша. Ему показалось, что его пальцы попали в тиски.

— Я от подполковника Комора, — вполголоса произнес он. — Ищу ребят.

— Наконец-то, — вырвалось из груди мужчины. — Мы уже начали думать, что о нас совсем забыли. Пройдемте в другую комнату, — сказал он, направляясь вперед.

Они вошли в хорошо обставленную столовую. Посредине комнаты стоял большой стол, вокруг него мягкие стулья. Между двумя огромными окнами — горка, слева в углу пианино, справа у стены буфет, по обе стороны от него уютные кресла с высокими спинками, перед ними низенькие табуретки для ног. У входной двери радиола, на другой стороне тахта, покрытая восточным ковром. Справа от тахты двустворчатая белая дверь, ведущая, очевидно, в гостиную.

— Садись, — предложил ему Вида, на правах старшего обращаясь на «ты». — Я сейчас скажу ребятам.

Бела сел. Немного погодя дверь открылась и в сопровождении Вида вошли два молодых человека. Тот, кто был повыше ростом, назвался Балинтом Мико. Это был, по-видимому, ровесник Белы, словоохотливый блондин с блестящими глазами, широкими плечами и длинными руками. Второй выглядел года на два моложе. Щупленький, худощавый, хорошо сложенный паренек говорил спокойно, обдуманно, негромко, и это произвело на Белу хорошее впечатление. Беле особенно понравились его умные карие глаза. Волосы у него были подстрижены коротко, как у спортсменов. Чуть сгорбленная спина придавала ему сутуловатость, какая бывает у столяров.

— А мы уж думали, что нам придется киснуть здесь, — раздраженно заговорил Мико. — Ни вестей, ни указаний, ничего, а мятежники тем временем заняли дом.

— Не волнуйся, Балинт, — принялся успокаивать своего дружка Имре Барта — так звали юношу помоложе.

— Как же, черт возьми, не волноваться? Почему я должен быть спокойным? Так поступать нельзя! Посылают человека с заданием и забывают о нем, — продолжал ворчать Мико. Лицо его покрылось красными пятнами, как при крапивнице.

— Когда ты пришел сюда? — спросил Бела.