Андерс Рослунд – Изверг (страница 30)

— Что тебе требуется, черт побери?

— Все. Все, что сможешь нарыть.

Винсент прикрыл высвеченные на мониторе входящие сообщения и эфирный план утренних выпусков новостей. Ввел имя, пароль, открыл первую страницу базы данных. Рубрика за рубрикой.

Реестр акционерных обществ, реестр торговых фирм и объединений, реестр персональных адресов, шведская справочная служба, автомобильный реестр, реестр недвижимости.

— Цифры. Ты их называл. Личный номер.

— 640517-0350.

Экран замигал. Попадание.

— Ты хочешь знать, где он жил. Сейчас выясним.

Утреннее солнце проникло сквозь стеклянную стену. Стало жарко, воздух замер без движения.

— Можно открыть окно? Дышать нечем.

— Открывай.

Фредрик встал, настежь распахнул два окна, он и не заметил, что продолжает потеть в своем светлом костюме. Два глубоких вдоха — Винсент взмахнул рукой.

— Бернт Асмодеус Лунд. Последние данные — адрес посредника.

— Ну?

— Шеппаргатан, двенадцать, через Хокана Аксельссона. Это на востоке Стокгольма, в Эстермальме. Правда, адресу уже несколько лет. С тех пор он в общем-то сидел, никакого другого адреса не указано. Шеппаргатан — последний официальный.

Фредрик так и стоял позади Винсента, спина еще болела после ночного сна, и он наслаждался свежим воздухом, обдувающим его из широко открытых окон.

— Еще адреса?

— Два предыдущих. До Шеппаргатан у нас есть Кунгсгатан, три, в Энчёпинге. А до Энчёпинга — Нельсонстиген, город Питео.

— Это всё?

— Всё, что нашлось здесь. Если тебе нужны еще более ранние сведения, позвони в местные налоговые органы Питео.

— Этого хватит. Но мне нужно больше данных. Других данных.

Фредрик ждал у Винсента за спиной около часа. Делая записи на пустом бланке с логотипом Шведского телевидения, взятом с того же стола, что и пачка сигарет, он по пунктам резюмировал сведения из реестров.

Недвижимость в коммуне Ветланда, зарегистрированная на Бернта Лунда: доходный дом, обложенный очень высоким налогом, по адресу недалеко от окраины города.

Через реестр платежных претензий вырисовывался длинный список неоплаченных долгов: минусовый налоговый счет, минусовый стипендиальный счет, несколько неудачных попыток принудительной описи имущества.

Отобранные водительские права.

Два замороженных акционерных общества по торговле ценными бумагами.

Ранее четыре руководящие должности в спортивных клубах.

Бернт Лунд вел на воле жизнь, которую трудно отследить, часто переезжал, из-за постоянных финансовых проблем, иногда пытался вступить в контакт с людьми. Фредрик писал, стараясь понять, что именно ему нужно, стараясь вычитать то, чего не видел.

Винсент обернулся, посмотрел на Фредрика.

— Мне бы очень хотелось, чтобы ты плюнул на все это.

Фредрик не ответил. Стиснув зубы, глядел на друга и молчал.

— Можешь, черт побери, глазеть сколько угодно. Я остаюсь при своем.

Винсент встал, взял чашки и вышел в коридор. Фредрик проводил его взглядом, потом наклонился, снял трубку одного из двух телефонов на письменном столе. Набрал ее номер.

— Привет. Это я. Он ее разбудил.

— Фредрик?

— Да.

— Я слишком устала. Приняла снотворное.

— У меня только один вопрос. Куда ты дела те два мешка с вещами из квартиры твоего отца?

— Ты о чем?

— Просто хочу знать.

— Я их не брала. Они на чердаке. В Стренгнесе.

В кабинет вернулся Винсент с полными чашками в руках. Фредрик положил трубку.

— Агнес. Тяжело…

— Как она?

— Паршиво.

Винсент кивнул, отдал Фредрику его чашку, поднес свою ко рту.

— Давай заканчивать. Мне пора в редакцию, запарка там небольшая, авиакатастрофа под Москвой.

Он снова сел за монитор, вошел в главное меню, в реестр торговых фирм и объединений. Ввел в два прямоугольных поля личный номер Бернта Лунда, этот универсальный ключик в официальной Швеции. Странная штука, думал он, это право через личный номер выяснить подробности жизни чужого человека, так практично и так неслыханно странно.

— «Такси Б. Лунда».

Фредрик расслышал, но все равно переспросил:

— Что ты сказал?

— Таксомоторная компания. Зарегистрирована как «Такси Б. Лунда». Не ликвидирована.

Он подошел к письменному столу, сел рядом с Винсентом, чтобы прочесть своими глазами.

— Когда?

— Основана в тысяча девятьсот девяносто четвертом.

Фредрик коротко рассмеялся. Винсент оторвал взгляд от монитора.

— Ты чего?

— Да так.

— Ты смеешься просто так? Черт, за кого ты меня принимаешь?

Фредрик снова засмеялся.

— Правда ничего такого.

— Ничего? Слышь, может, хватит, а? Сидишь тут без малого через сутки после похорон дочери, по-прежнему в похоронном костюме, и ржешь? Над чем? Просто так? Иди ты.

— Успокойся.

— Успокоиться? Черта лысого. Отлично. Просто замечательно. Что еще тебе требуется? Финансовое положение предприятия?

— Мне достаточно.