Анатолий Трофимов – Горячее сердце (страница 3)
Пресечение подрывной деятельности этой организации потребовало от чекистов большого мужества, смелости, отваги, находчивости и физической выносливости. Они до конца исполнили свой долг. Чтобы успешно выполнить задание, им приходилось устраиваться на прииски простыми рабочими, после многотрудной дневной смены вместо отдыха ходить через тайгу на связь с товарищами, нередко за добрый десяток километров, а вернувшись под утро, снова браться за лопату. Бывало и так, что по нескольку суток подряд они обходились без сна и пищи.
В химической, лесной, деревообрабатывающей промышленности, в таких крупных учреждениях, как Торгстрой, Уралхим, на Березниковской, Челябинской и других электростанциях Урала органами Полномочного представительства ОГПУ в те годы были вскрыты вредительские и диверсионные группировки, в составе которых помимо враждебно настроенных к Советской власти «отечественных» инженерно-технических работников находились иностранные специалисты.
В одном из районов при строительстве шахты, рассчитанной на добычу миллиона тонн каменного угля в год, затратили непомерно большие народные средства. Один только проект, разработанный специалистами из США, стоил 50 тысяч долларов. Рядом с шахтой возник поселок. И вдруг оказалось, что в той местности… нет угля. Это был один из многих крупных вредительских актов, совершенных антисоветскими организациями с участием тех иностранных специалистов, которые выполняли задания подрывных служб капиталистических государств.
Выявляя разрозненные группировки, а порой и отдельных диверсантов, Полномочное представительство ОГПУ на Урале все больше убеждалось в том, что здесь действует единый центр, который планирует и координирует враждебные акты по отраслям промышленности. Предположение оказалось верным. Так удалось раскрыть тщательно законспирированный единый орган контрреволюционной организации, созданный в 1926—1927 гг. Назывался он Уральским инженерным центром. Этот центр проводил подрывную работу в промышленности по директивам Московского инженерного центра, преобразованного в 1928 году в Промпартию.
Один из руководителей центра на допросе показал:
— Цель и задачи контрреволюционной организации инженеров состояли в создании такого положения, которое вынудило бы Советскую власть отказаться от руководства промышленностью и заставило ее сдать основные отрасли народного хозяйства в концессию. Этим самым принудить социализм перерождаться в капиталистическую форму ведения народного хозяйства…
Уральский центр создал из технических работников стройную систему диверсионных ячеек и групп для разрушения на Урале заводов и фабрик, рудников и шахт.
Инженерный центр финансировался через ЦК Промпартии Торгпромом (комитет, созданный в Париже бывшими крупнейшими капиталистами России), а также самостоятельно получал из-за границы денежные средства, используя для этого руководство общества «Ленагольдфильдс». По этим же каналам, но уже в обратном направлении — в Торгпром и разведки противника — поступала информация об уральской промышленности, собираемая агентами центра.
Экономическая контрреволюция и одна из ее форм — вредительство — рассматривались противниками социалистической индустриализации не как самоцель, а как средство подготовки военной интервенции. Вот почему по заданию иностранных генеральных штабов Промпартия создала в своих рядах военную организацию, которая охватила своим влиянием воинские части Красной Армии, дислоцированные на Урале. Главный руководящий орган этого формирования находился в Свердловске. Как и Промпартия в целом, он готовился к вооруженному восстанию во время военной интервенции в СССР со стороны империалистических государств.
Вредительство и диверсии, осуществлявшиеся Инженерным центром, наносили громадный ущерб народному хозяйству. На Урале не было ни одной отрасли промышленности, где бы не действовали разведывательные и диверсионные ячейки центра.
Особым коварством отличались вредители в черной и цветной металлургии Урала. Например, при проектировании шахт для добычи медной руды на Карабашском комбинате они делали так, чтобы эти шахты самозатоплялись, а затем вредители направляли большие средства на их восстановление, после чего эти шахты якобы «самопроизвольно» обрушивались.
Замыслы врагов социалистической индустриализации были понятны. Ведь Урал по праву являлся и является жемчужиной медной промышленности. Они также учитывали, что после двух войн (империалистической и гражданской) из 19 заводов цветной металлургии, являющейся ключом в машиностроении и электрификации, выбыло из строя действующих 13. И это обстоятельство империалистические державы пытались использовать в своих целях — поставить молодое государство рабочих и крестьян в полную зависимость от иностранного капитала.
Но тщетными оказались эти потуги. Агентам противника редко удавалось выполнять задания своих хозяев и избежать при этом справедливого возмездия. В сентябре 1931 года шпионская, вредительская и диверсионная деятельность Уральского инженерного центра была полностью вскрыта и он прекратил существование.
Проведение операции такого масштаба потребовало определенного умения и искусства. Ведь дело пришлось иметь с хорошо законспирированными преступниками, действовавшими скрытно и умело, пользовавшимися своим авторитетом. Одни из них были видными инженерами и техниками в заводских коллективах, другие занимали руководящее положение в центральных учреждениях. Им доверяли и предоставили свободу для проявления инициативы, рассчитывая на помощь в развитии экономики. Одной революционной бдительности, классовой и профессиональной интуиции было мало, чтобы их изобличить. Чекистам надо было самим разбираться в технике и экономике. И они овладели этими знаниями и необходимым умением.
Годы, прошедшие после организации органов государственной безопасности, были периодом усиленного накопления опыта, профессионализма сотрудников. Заботами областной партийной организации кадры чекистов выросли качественно, повысился и общеобразовательный их уровень. А жизнь выдвигала все новые сложные положения, в которых им надлежало всегда быть на высоте.
XV съезд партии принял историческое постановление о коллективизации сельского хозяйства и ликвидации самого многочисленного эксплуататорского класса — кулачества.
Принятый партией курс вызвал со стороны кулаков резкое сопротивление. Вновь, как и в годы гражданской войны, на селе стали возникать различные кулацкие группы и организации, которые поддерживались неразоружившимися эсерами и другими враждебными элементами, окопавшимися в советских сельскохозяйственных учреждениях.
Чекисты Урала вели борьбу не только с саботажем и вредительством антисоветских элементов в колхозах и совхозах. Враги нового строя нередко использовали последнее оружие обреченных — террор. Жертвами его становились руководители а передовики производства, члены партии и комсомольцы.
В деревне Герасимовке Тавдинского района были зверски убиты пионер Павлик Морозов и его девятилетний брат Федя. Подверглись оскорблениям, нападениям и избиениям пионер Умов в Нижнесергинском районе, детский корреспондент областной газеты член Щучье-Озерской пионерской организации Нюра Ковригина и другие дети колхозников и рабочих. Отдали свои жизни в борьбе с кулаками Коля Мяготин в Курганском районе и ученица 4-го класса в селе Юва Манчажского района Уральской области Оля Яналина.
Кулацкие бандитские организации не только быстро разрастались и охватывали своим влиянием деревни и села какого-либо района или округа, но распространяли его и на соседние области. Отдельные кулацкие группировки располагали средствами размножения листовок и даже типографиями, в которых большими тиражами печатались антисоветские материалы. У них часто было единое руководство, свои политические лозунги.
Против социалистических преобразований в сельском хозяйстве выступили и зарубежные реакционные силы. Внутренняя и внешняя контрреволюция не могла не знать, что ликвидация в СССР кулачества лишала ее последних надежд на восстановление капитализма в России.
Вскрытая в 1930 году бандитская организация, которая возникла в Курганском округе под руководством прибывших из-за кордона бывших белых офицеров и генералов, в короткий срок распространила свое влияние на кулачество многих районов Сибири, Урала, Средней Волги и Северного Кавказа. Согласно приказам атамана Семенова из Китая, закордонные эмиссары насаждали в одном и том же округе параллельные, но не связанные между собой резидентуры, что, по их мнению, гарантировало от возможного провала всего этого формирования и прикрывало одну резидентуру действиями другой. Руководящее ядро организации состояло из бывших кадровых старших офицеров и генералов. Восстание одновременно всех низовых группировок подготавливалось к моменту нападения на СССР какого-либо государства. Расчеты делались главным образом на Китай и Японию.
Подняли головы церковники и сектанты, антисоветские действия которых, особенно в деревне, переплетались с действиями кулацко-белогвардейских организаций. Нередко служители культа сами создавали эти организации и выступали в роли их руководителей.