Анатолий Трофимов – Дни тревог (страница 20)

— Да, — протянул Гостев. — У меня та же история. Официантка их, конечно, запомнила и опознала Романа на фото. — Гостев не мог скрыть своего огорчения.

Поездку в аэропорт лейтенант затеял не без умысла. Зоя была последним известным им человеком, видевшим Сабинина живым и невредимым, и беседа с ней могла многое дать. К тому же, по словам отца, она должна была что-то привезти для Романа. И видимо, важное, раз не поленилась лететь в Ленинград…

Он предложил Зое место рядом с собой. Алексей Петрович с Плотниковым устроились на заднем сиденье. Ехали молча.

Гостев мастерски, как заправский шофер, вел по шоссе «Волгу». Зоя Сабинина отчужденно смотрела в ветровое стекло, ее отец уставил взгляд на потертую обшивку переднего сиденья. Километры дороги летели быстро, и Плотников вскоре увидел из-за спины Гостева хорошо знакомый ему опасный спуск. Слева темнел карьер. Лейтенант сбросил газ и, повернув лицо к Сабининой, буднично произнес:

— Это случилось здесь, Зоя Алексеевна. Посмотрите налево.

Девушка вздрогнула, подалась к стеклу, но машина уже закончила поворот и пошла на подъем.

— Боже, как жутко! — прошептала Зоя и закрыла лицо руками.

«Зачем это ему нужно? Мог бы и пощадить», — неодобрительно подумал Плотников.

— Странный способ покончить с собой выбрал ваш родственник, — вроде бы размышляя, обронил лейтенант.

— Что за вздор пришел вам в голову! — негодующе возразила Сабинина. — Такую глупость Роман никогда бы не выкинул.

— Мало ли что с людьми бывает. Уверен, что вы не все знали о его жизни. У каждого человека бывают тайны, к которым он никого не допускает.

— Не спорю, — неожиданно согласилась девушка. — Когда мы ехали в аэропорт, Роман сказал, что наконец принял на днях очень важное для себя решение и от него уже не отступится. Какими бы неприятностями это ни грозило ему лично.

Лейтенант озадаченно покачал головой.

— Любопытно, но слишком общо. Может, вы что-нибудь знаете конкретное?

— Ничего, — чуть помедлив, ответила Зоя. — Он сказал, правда, что это решение поможет ему снова считать себя честным человеком. Но я как-то не придала этому значения. Тем более Рома был весел, шутил и обещал, что подробности расскажет, встретив меня из Ленинграда.

«Зачем Юра затеял этот жестокий разговор? Хочет проверить версию о самоубийстве? Конечно, всякое предположение надо проверять, хотя, на мой взгляд, тут что-то совсем другое», — размышлял Плотников.

Между тем Гостев продолжал:

— А чем эта Лида занимается? Работала вместе с Романом?

— Нет. Она, кажется, учительница. Роман все собирался нас познакомить, но не получилось. Я видела ее только мельком…

— В каких они были отношениях? Собирались пожениться?

— Трудно сказать. Во всяком случае, Роман продолжал жить в общежитии, хотя у Лидии, по-моему, однокомнатная квартира.

— Адрес вам известен?

— Нет. Знаю только, что где-то в Юго-Западном районе.

— Как вы полагаете, эта женщина может что-нибудь знать о решении, принятом Романом?

Зоя неопределенно пожала плечами.

Занятый своими мыслями, Плотников теперь, видя только ее затылок с вздернутым пучком рыжеватых волос, пытался представить себе ее жизнь.

В двадцать два года инженер-экономист. Папина дочь. Внешность весьма привлекательна. Ухожена. Жить да радоваться.

— Приехали, — услышал Плотников голос лейтенанта.

Сабинины сухо простились и пошли к своему подъезду.

— Строптивая особа, — неопределенно произнес Гостев, разворачивая «Волгу». — Давайте навестим ваше хозяйство.

В отделе их ждала новость. Пока сотрудники, выявив по картотеке все «универсалы», проверяли личности их владельцев, участковый инспектор во время обхода обнаружил близ озера на окраине города брошенный автомобиль этой модели. «Универсал» стоял с разбитым ветровым стеклом и взломанным замком багажника. Поверхностно осмотрев машину и близлежащую местность, участковый позвонил в ГАИ. Вскоре подъехал сотрудник и, убедившись, что к машине в течение нескольких суток никто не подходил, отогнал ее в отдел. Там она сейчас и стояла, и Гостев сразу увидел ее. Лейтенант обошел машину и направился в дежурную часть.

— Заявления об угоне за эти дни были? — спросил он Турбина.

Тот полистал книгу регистрации и отрицательно покачал головой.

— То ли угонщики притихли, то ли владельцы еще не спохватились.

— Ладно, — бросил Гостев и только повернул было к двери, как в дежурную часть влетел всклокоченный, в застегнутом на перекос пальто мужчина лет пятидесяти. Губы у него дрожали.

— Это что делается, товарищ начальник? — чуть не плача, заявил он. — У меня машина пропала, а постовой внизу к вам не пускает. Кому же мне жаловаться? Десять лет деньги откладывал, на гараже три замка навесил и — на тебе! Час назад прихожу в гараж, вижу — двери прикрыты, а замков нет. Открываю — пусто.

— Я не начальник, а дежурный, — пробасил Турбин, — но вы успокойтесь. Найдется ваша машина. Модель и госномер автомобиля?

— ВАЗ-2102, — потерпевший протянул капитану документы и потерянно присел на краешек стула.

— Везучий вы, гражданин Потапов, — сказал Турбин, а Гостев невольно улыбнулся такой ситуации. — Нашлась ваша машина. У нас во дворе стоит.

Владелец поднялся со стула, потом сел обратно и снова вскочил. Видимо, в его голове никак не укладывалось то, что он еще, по сути дела, толком не заявил о случившемся, а машина уже находится на милицейском дворе. Вот дело поставлено! Он бросился к Турбину, обеими ладонями благодарственно потряс ему руку и, ожив на глазах, выбежал в дверь. Гостев пошел следом. Возле машины уже был и Плотников. Потерпевший глазами буквально ощупывал каждый сантиметр кузова и опять почернел лицом, завидев разбитое ветровое стекло.

— Откройте багажник, — посоветовал Гостев. — Видите, замок покорежен. Проверим, на месте ли содержимое.

Мужчина трясущейся рукой не сразу попал ключом, но все же сумел, и крышка багажника откинулась вверх.

— Запаски нет, — огорченно констатировал владелец.

Гостев и сам видел, что запасного колеса нет на месте, но заинтересовало лейтенанта другое. Сумка с инструментом была раскрыта, а на дне багажника лежал изогнутый лом.

— Ваш? — спросил Гостев.

— Господь с вами! — испуганно отшатнулся мужчина. — Зачем я буду с собой такое железо возить?

— Когда предположительно у вас угнали машину? — поинтересовался лейтенант. — Или, точнее, когда вы в последний раз поставили ее в гараж?

— В пятницу. В субботу утром у меня поднялась температура, и я провалялся несколько дней. Вирус, сами знаете. В гараж, конечно, не заглядывал. От дома он не близко. На пустыре.

— А где вы живете?

— В поселке Авиатор. Работаю в багажном отделении аэропорта.

— Вам действительно повезло, — заметил Плотников.

Потерпевший вздохнул и глуповато улыбнулся.

— Давайте осмотрим салон, — предложил Гостев и, аккуратно сев на место водителя, осмотрелся. Видимых следов пальцев на баранке не было. В пепельнице лежали папиросные окурки.

— Вы курящий? — спросил владельца.

— Ясное дело, — с готовностью отозвался тот. — Предпочитаю «Беломор».

Лейтенант открыл крышку вещевого ящика. Там был идеальный порядок. На заднем сиденье тоже чисто. Гостев нагнулся и осмотрел нижние коврики: кое-где остались высохшие ошметки грязи. Там же он заметил бумажный клочок и осторожно взял его. На замусоленном, видимо от долгого ношения в кармане, квадратике бумаги размером в несколько сантиметров виднелся жирный след большого пальца, угадывался типографский оттиск с цифрой «0,5 литра» посредине.

— Спецжиры получаете? — поинтересовался Гостев.

— Нет, — ответил владелец. — А что?

Гостев завернул находку в платок и вылез из машины.

— Лом мы у вас изымаем как вещественное доказательство.

…Когда Плотников поднялся в кабинет, все формальности были уже закончены.

— Распишитесь, гражданин Потапов. Вот здесь и вот здесь.

— Спасибо, спасибо, — облегченно засуетился потерпевший. — Счастливо оставаться. Вот жена-то у меня обрадуется!

Дверь за Потаповым закрылась, и Гостев развернул на столе платок.

— Я кое-что нашел. Обрывок карточки на получение спецжиров. Молока. Да еще и пальчик на нем отпечатался. Направим в управление, пусть проверят. Чем черт не шутит, может, этот любитель покататься у нас уже зарегистрирован.