Анатолий Спирин – Отпусти мне грехи, священник – 2. Охота на олигарха (страница 9)

Большое расстояние и мощная оптика, лишали нужную сцену перспективы и фигура атлета на первом плане, практически была равна фигурке Людмилы, стоящей на заднем плане. Это странное ощущение забавляло Рустама, и он переводил прицел с одного объекта на другой, удивляясь, что чёткость изображения остаётся прежней. – Каждый отдельный волосок, выбившийся из прибранной назад причёски Людмилы, освещённый мягкими бликами пробивающегося сквозь плотную листву деревьев солнечного света был виден так чётко, словно она была рядом, и можно было протянуть руку и дотронуться до неё своей рукой.

Вскоре, и вся группа оказалась в поле зрения Рустама, которому показалось, что фигура, следовавшая за высоким телохранителем, и сейчас, почти скрытая стройной дамой и лысым толстяком, приехавшим на красном ягуаре, явно принадлежитОлегу.

«Какого черта он здесь делает, и почему не позвонил? Если он отрабатывает страховочный вариант, то должен был предупредить. Здесь, что-то не так. Похоже, сам Ольховский, вышел на Олега, и решил предложить работу. А как работает служба безопасности олигарха – Рустам был в курсе – здесь не до звонков. Наверняка, его ребята, уже работают по его личности, а значит, просчитывают и людей, связанных непосредственно с ним – Олегом. Только, вот незадача: господину Ольховскому, скоро будет все безразлично».

Рустаму показалось, что Олег взволнован, или показывает своё волнение ему – Рустаму.

«Да не беспокойся друг – все будет так, как учили. Я найду момент, при котором промахнуться, будет невозможно».

«Прощай два миллиона и прекрасный случай, легко внедриться в стан противника». Олег давно понял, что Ольховский, всего лишь пешка, в очень большой и опасной игре. Его амбиции, легко используются мощными структурами, объединёнными против России, с целью глобального захвата всех природных ресурсов и экономического господства над всей территорией страны.

Две секунды с небольшим хвостиком, будет лететь снаряд, и как уже прекрасно знал Олег, если будут включены компенсаторы коррекции фото-наведения, то они будут издавать свист. Правда, этот свист, будет слышен такое короткое время, что просто, ничего не успеешь сделать. Что же ещё можно предпринять? Внимательно следить за объектом, просчитать мысли Рустама. Угадать момент нажатия на курок. Задача непостижимая, и все же, даже этот шанс, упускать нельзя. Дать понять Рустаму, что сейчас не время, но как? Везде понатыканы камеры слежения, и его поведение, возможно, будет проанализировано. Тогда, конец. Ничего незначащие гримасы, вряд ли дадут понять Рустаму, что Ольховского убирать рано.

Если удастся спасти Ольховского от неминуемой смерти, последствия будут непредсказуемы. Возможно, что Олег ставит себя, своими действиями на грань, которая может качнуться в любую сторону и этого просчитать, просто невозможно. Некогда взвешивать на весах все за и против, нужно решать: отступить от рискованного шага, и дать течению обстоятельств решать будущее, или рискнуть и поставить себя на лезвие бритвы, надеясь, что будущее, по воле божьей, будет более решаемым, принося плоды, на порядок быстрее.

Нужно мыслить, как его друг Рустам. Ольховский, в данный момент, практически не виден Рустаму. Информация в оптике показывает расстояние до объекта и время полёта снаряда. Рустам, как и Олег, прекрасно должен понимать, что Ольховский, появится в прицеле, только тогда, когда будет подниматься по ступеням лестницы. Как учили их в «Лабиринте», объект, должен быть настигнут на предпоследней ступеньке лестницы, тогда, когда психология человека, подчинена обстоятельствам автоматического действия. И именно перед последними ступенями восхождения, человек практически не меняет своих действий; если конечно ему не помешать».

Телохранитель, шедший следом за Ольховским, практически полностью закрывал своим огромным телом тщедушную маленькую фигурку олигарха, постоянно трепавшего загривок своего пса. Но, вот они подошли к ступеням, ведущим на широкую площадку и телохранитель, несколько отстал, давая свободу действиям хозяину и его огромномупсу.

Поднявшись на две ступени выше, олигарх, наконец-то, показал свой отполированный загорелый затылок; перекрестье прицела разделило голову Ольховского на четыре части; Рустам слегка нажал на курок, сделав снимок предстоящей цели. Теперь, снаряд, будет направляться встроенной в него миниатюрной видеокамерой, снабжённой собственной памятью. Если объект за время полёта снаряда отклонится от намеченной траектории, то процессор, выпустит корректирующие стабилизаторы и направит снаряд, следуя к цели. Но снаряд, имеет инерционные ограничения, и если цель, будет отклоняться с большой скоростью, то стабилизаторы могут не справиться со своей задачей и снаряд пролетит мимо.

Теперь, можно облегчить задачу снаряду, и перенести прицел в точку, где эта цель будет находиться во время их встречи; выстроив траекторию полёта смертоносного снаряда.

То, что увидел в прицел Рустам, заставило его отказаться от выстрела. Неприятный холодок пробежался по мокрой от пота спине. Перекрестье прицела легло в самую средину груди Людмилы. Рустам живо представил, как снаряд врезается в её тело, компенсаторы, встретив сопротивление, полностью раскрываются и, рубя человеческую плоть, вырывают кости и куски мяса. Удар, огромной силы, швырнётмёртвое тело в сумрак помещения и….

Рустам тряхнул головой, словно сбрасывая с себя оцепенение, поднялся с колена и, сдавив руками виски, отошёл от смертоносной машины.

Виктор, наблюдавший за объектом в бинокль и не получивший ожидаемого эффекта, мельком посмотрел на Рустама. Увидев, что он и не собирается производить выстрел, бросил бинокль и прильнул к окуляру прицела, но драгоценные секунды были потеряны – Ольховского, он уже не видел, его скрывали шедшие за ним люди, уже поднявшиеся на площадку портала.

– Ты что творишь? – зашипел он. Увидев, как исказилось лицо Рустама, Виктор понял, что читать нотации, только вредить делу, он даже не поинтересовался, что за причина, невразумительного поведения дала сбой, при, казалось бы, таких благоприятных условиях. Виктор прекрасно знал, что такого класса агент, просто так, не поступит – должна быть обоснованная, серьёзная причина. Он смягчил голос, и произнёс, тихо и дружелюбно:

– Что ж, будем ждать, когда эта тварь покажется на свет божий.

Рустам промолчал, отойдя к самому краю площадки, оперся на ограждение, сжав его так, что суставы захрустели.

– Иди, отдохни, и пришли сюда Стаса – пусть меня подстрахует.

Рустам не ответил, и так же молча, пошёл к винтовой лестнице. Он уже начал спускаться, когда Виктор резко окликнул его.

– Рустам, быстро сюда – Ольховский, как на ладони. У тебя глаз моложе, всади-ка ему промеж глаз нашу торпеду.

Рустам быстро подбежал, буквально оттолкнув Виктора, прильнул к окуляру прицела. Да, Ольховский был на площадке, только поведение его, оставляло желать лучшего. – Движения его, были резкими и непредсказуемыми. Рустам, крепко выругался и стал ждать, когда этот холерик успокоится.

Пёс, чувствуя состояние своего хозяина, тоже метался по площадке. Не понимая, на кого тот сердится, лаял на невидимого противника, поворачивая голову во все стороны.

Ольховский вернулся в сумрак помещения и выволок оттуда блондина, одетого по пляжному, как и Людмила, в руках этого молодого человека была спортивная сумка и пара ракеток, для большого тенниса. Ольховский толкнул парня вниз по лестнице, и протянул руку, показывая на ворота.

Рустам видел искажённое гневом лицо олигарха. Оно словно замерло в перекрестье прицела, только губы кривились, не издавая ни звука. Рустам плавно нажал на курок. Станина дрогнула, но анкерные болты выдержали, и Рустам, заворожено смотрел, как стремительно удаляется выпущенный снаряд, приближаясь к цели.

Мгновенье, и снаряд, врезавшись в голову олигарха, рванул её так, что тело, ещё какое-то время живое, приняло почти горизонтальное положение и, пролетев изрядное расстояние, ударилось о плиты, корчась в агонии, скользяещё какое-то расстояние, неожиданно замерло, в неестественной, безобразной позе.

– Ты смотри, как засуетились, – произнёс Рустам. Не оглядываясь на напарника, добавил, тоном, не терпящим возражения, – давайте ребята, быстро в автобус; меня не ждите – я на машине горбуна поеду.

Послав снаряд в ствол, оглянулся, – ну, что стоим – я непонятно сказал? – произнёс Рустам, в нотках голоса которого, появилось раздражение.

Внутреннее напряжение Олега нарастало. Он колебался, представив себя в роли спасителя, он осознал своё нелепое положение, когда после его сильного толчка в спину охранника, Ольховский будет сбит с ног, ударившись об плиты площадки, возможно, получит травмы, а выстрела, просто не будет. Это будет номер… Как он, все свои действия объяснит. Руки безвольно опустились, оставалось ждать, как распорядится господин случай.

Но, вот последняя ступенька, и Ольховский, нервно ускоряет свой шаг; за ним спешит телохранитель, закрывая его, своей внушительной фигурой. Олег облегчённо вздохнул, когда после короткой фразы, обращённой Людмиле, Ольховский скрылся из поля зрения, оказавшись внутри особняка. Олег, встретившись взглядом с Людмилой, уже хотел пройти следом за широкой спиной телохранителя, как услышал вспыльчивый голос олигарха, явно напустившегося на того парня, что маячил в полумраке таможенного коридора. Телохранитель, быстро сдав назад, чуть не сшиб с ног Олега. Тот, быстро ушёл в сторону, давая свободу действий телохранителю.