Анатолий Спирин – Отпусти мне грехи, священник – 2. Охота на олигарха (страница 4)

– Я не гурман – я, скорее аскет, и привык жить так, как эта жизнь подаёт ситуацию, что она даёт, тем я и пользуюсь, в силу своей природной лени. Нужно сказать, был сильно удивлён, что такой человек заинтересовался именно моей личностью, ничем не выделяющейся из общей массы людей. Так чем же я обязан? – сухо спросил Олег, так и не присев в кресло, после жеста Ольховского.

Напряжение нарастало. Было видно, что ответ Олега был не по душе олигарху. С ним, так не разговаривали. Приняв тон Олега, его лицо стало суровым, и даже жёстким.

– Я пригласил Вас, для серьёзного разговора: секретов здесь нет, и тема, совершенно открытая… Я не скрываю своих взглядов по отношению к своей бывшей родине, а вернее к политике, которая там имеет место. А главное, к правительственным кругам и службам. Я не буду вам рассказывать причины, побудившие меня к конкретным действиям. Я хочу, чтобы вы и ваши друзья, приехавшие сюда за славой и деньгами, проделали некую работу, за сумму, в сотни раз превышающую главный приз этих состязаний. Только о патриотизме не надо – не те времена. Я обеспечу вас финансами в той степени комфортности, о какой вы не мечтали, но, как вы и предполагаете, за такую цену, и работу надо выполнить соответствующую. Если после предварительного разговора вы дадите согласие, можно будет говорить о конкретных деталях.

Олег улыбнулся и с расслабленной позой удобно устроился в кресле.

– Условия, если они реальны, очень хороши, и я готов выслушать то, что вас беспокоит. Думаю, раз вы остановили выбор на мне и моих друзьях, надеюсь, что работа соответствует нашим способностям и возможностям, но на большее, не стоит рассчитывать.

– Дорогой, вы только инструмент, всего лишь инструмент, в умелых руках мастера. А мастер – это я. Гарантия всевозможной помощи и, как я уже сказал, неограниченного финансирования, будет, можно не сомневаться.

– Ну, а как, если мы с вашими финансами исчезнем с поля вашего зрения? – хитро сощурившись, спросил Олег.

– Да, не как. Это невозможно, а если и случится, то только в том случае, если вас похоронят раньше времени. И это, вы знаете не хуже меня. С деньгами, тем более большими – просто так не расстаются. Да и основной источник, из которого вы будете получать определённые суммы, всегда предпочтительней разовых вложений. Когда-то, этот источник питал человека, чем-то, очень похожего на вас. Не лицом – нет. Фигура, да, фигура, очень напоминает мне одного, можно сказать очень умного и артистичного человека. Последний вопрос: лично ты, согласен на озвученные условия или нет?

– В принципе, можно сказать да, а вот как мои друзья, я не гарантирую их полного согласия.

– В нашей жизни – все решают деньги, и вопрос согласия, будет зависеть от тебя и твоего красноречия. Устои морали, не что иное, как, заблуждение, и любую мораль можно сломать, перекрасить, или убить окончательно. Как я уже сказал: особого секрета из своих планов я не делаю, да и люди, против которых я затеваю войну, знают об этом прекрасно, но, в целях вашей же безопасности, вам придётся действовать исходя из принципов особой секретности. А теперь, приступим к тонкостям операции, о которых, всем членам вашей группы, знать не обязательно – так будет спокойней и вам, и мне.

Началась эта история, с появления в поле моего зрения, российского журналиста Владислава Рублёва, якобы имеющего серьёзные материалы, компрометирующие правительство, президента и его службы. Он заинтриговал меня, предварительными фактами, казалось бы, неоспоримыми, но без существенных доказательств, пообещав, если сойдёмся в цене, он доставит в Лондон человека, вместе с неопровержимыми фактами. При этом, он коснулся коммерческой темы, и назвал её главной. Я вначале выслушал его скептически, но, когда он дал полную раскладку шокирующего проекта, понял, что это огромный шанс повлиять на все структуры сегодняшней России и разрушить существующий строй с диктатурой и культом личности.

Я не хочу преподавать вам философию, историю и экономику – это неблагодарный труд, но я уверяю вас, что все мои мысли обращены к моей исстрадавшейся родине. Я был уверен, что смогу изменить ход истории, сделав Россию могучей, развитой державой, к которой стремительно стали бы примыкать все страны, надеясь на экономическую и военную защиту. Я мог доказать, что моя система, самая идеальная… Система, которая завоевала бы весь мир. Но мои мечты были разрушены. Конечно не этим журналистом, а вполне реальной организацией, о которой я в то время только догадывался. Мои люди работают, и их результаты на лицо. Как вы понимаете, без огромного финансирования, результатов добиться невозможно. – Ольховский поднял изящный бокал, наполненный золотистой жидкостью, сделал жест, предлагая присоединиться к действию. Отпив пару глотков, отставил осторожно в сторону бокал. Откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел в глаза Олега.

– Меня не покидает ощущение, что мы уже встречались, но моя исключительная память, никак не может воспроизвести события, при которых я мог вас видеть.

– Вполне возможно: если вы любите спорт, а особенно единоборства, то видели меня, или моё фото в газетах или журналах.

– О, да, это возможно. Я поклонник этого вида спорта и стараюсь не пропускать ни одного крупного чемпионата. А вы, я так думаю, до больших высот не добрались? Вот и не примелькались. Ты спрашиваешь, почему выбор пал именно на вас? Всё очень просто: эта заноза находится на вашей непосредственной родине, где вы и проживаете. Я бросил туда основную часть своей агентуры. Они свяжутся с вами, и вы совместными усилиями вскроете секретную организацию. Лично от вас потребуется не так много, как я упомянул в своём рассказе о журналисте, семью которого и его самого прячут от возмездия. Так вот, этот человек нужен мне живым и невредимым. Необязательно его доставлять в мою резиденцию, главное, чтоб он был доступен, а остальное уже вас не касается. Недалеко тот день, когда я растопчу всю эту заразу и каждого достану отдельно. Они думали, что оставили меня без средств и этим расстроили все мои планы. Они глубоко ошибаются: есть люди, которые не останавливаются на полпути, натыкаясь на созданные врагами препятствия, и эти люди, владеющие несметными богатствами, способны компенсировать ту малость, что понёс я. Вы не представляете, какие средства были потрачены на уничтожение социалистического строя и самого СССР. Строй рухнул, и, как вы знаете, весь цивилизованный мир приравнял коммунистическую идеологию и её систему к фашизму.

– Не совсем так, – Олег посмотрел неприязненно в глаза Ольховскому, – насколько мне известно – судить собираются не коммунистическую систему, а её извращения, созданные чиновниками, имевшими полную власть над народом. Только я не понимаю, зачем поднимать тину со дна, когда этой грязи хватает на сегодняшней поверхности? Разве я не прав?

– Вот, вот, к чему мы и пришли…,и вы видите, какая страшная несправедливость, а вернее, противостояние демократическому течению вашим президентом и правительством, не дающим осуществить полное преобразование единой системы в мире. Если тянуть страну в разные стороны как лебедь, рак и щука, то она порвётся. Вы понимаете, о чём я говорю – нет единства, нет цели.

– Я не о том… вы прекрасно знаете пословицу: «бояре дерутся, а у мужиков, чубы трещат». Легко решать судьбы людей, когда живёшь в роскоши, зная, что народ не дотянется до тебя. Народ как ребёнок – безобидный, а вот такие – холеные как вы, не задумываясь, что там будет внизу, спускаете свои желчные отходы, от которых простому народу не продохнуть.

Если вы все такие умные, сядьте за один стол, решите, всего одну проблему, как улучшить жизнь простого народа, ведь вы и так живете за гранью фантастики. Чего не хватает-то? Власти?

Каждый мнит себя великим кормчим, и не какого-то

отдельного государства, а как Гитлер, или Наполеон – всего земного шара. Не мания ли величия господа, как неизлечимая болезнь, поразила ваш рассудок? А не лучше было бы направить вашу энергию и ум, на создание на земле Рая? Рая для всех, а не только для амбициозных личностей, возомнивших, что они высшая каста на земле – голубая кровь. Это ли не фашизм, по отношению к народу?

– Вы забываетесь, молодой человек, мне не нужны коммунистические идеи, они мне надоели ещё в студенческие годы. Не надо вызывать меня на полемику, доставляющую одни неудобства.

– Откровенность на откровенность, ведь мы в данный момент партнёры. Я хочу, чтоб вы поняли, что откровенный человек чище и, естественно, не склонен к предательству. И хотелось бы немного вашего терпения. Я давно ждал момента оказаться рядом с таким богатым человеком и задать несколько вопросов, сильно волнующих мой разум.

Ольховский смягчился и, казалось, что он приготовился к продолжению разговора. Его забавляла откровенность этого непосредственного парня, не сломавшего в себе идеологию всемирного равенства. Он кивнул в знак одобрения, поднёс бокал к губам, чуть пригубил и, найдя удобную позу, замер, уставившись чёрными глазами на собеседника.

– Вот вы, на предложение создать нормальные условия проживания для всего человечества назвали коммунистической идеологией, противореча тем самым своим же словам. Получается несоответствие взглядов. Как же вы видите перспективу создания вашей системы совместного проживания? Может, вы поделитесь со мной своими взглядами?