Анатолий Спирин – Лабиринт. Книга вторая. Охота на олигарха (страница 3)

Он поднял её и понёс к широкой кровати; сбросив покрывало, нежно опустил драгоценную ношу на белоснежные простыни; накрыл своим телом. Она сделала лёгкое движение, заставившее понять, что женщина хочет доминировать, и он подчинился её желанию, обняв своими сильными руками трепещущее от желаний тело, лёг на спину. Женщина без комплексов желала подарить ему, и познать самой все прелести любовных игр, и неистовые чувства перетекли в нежные прикосновения с постепенно меняющимися позами и желаниями. Приближаясь к пику блаженства, испытывая дрожь экстаза, они вновь и вновь сливались в единое целое. В эти мгновения для них мир сжался в жаркое пламя, вокруг которого была холодная пустота. Сознание вернулось, когда энергия покинула их тела. Кэт, полностью высосав мужскую силу Олега, доставив последнее, самое яркое удовольствие, легла в изнеможении рядом с его утомлённым телом, и через мгновение они уснули крепким сном.

Олега разбудил стук в дверь. Он открыл глаза; солнечные лучи пробивались сквозь плотные шторы, говоря, что день уже давно в разгаре. С хрустом потянувшись, посмотрел на безмятежно спящую Кэт; прикрыл сбившейся простынёй голое тело. «Пусть спит», подумал он, «укачал я её основательно». Не торопясь стал одеваться, понимая, что кроме его друзей некому тарабанить в дверь чужого номера. Стук повторился настойчивыми нотками тревожности. Он подошёл к двери, щёлкнув замком, открыл дверь. Его удивлению не было предела – перед ним стояли два здоровенных парня, один уже был знаком ему – это был блондин Мак. Второй здоровяк был брюнетом, а фигурой являлся полным двойником своего друга, отличаясь от блондина, более тёмным загаром.

Мак, увидев проснувшуюся Кэтрин, прикрывающую свою грудь простынёй, зарычал от ярости, и его кулак просвистел у виска Олега, автоматически убравшего свою голову от удара. Выработанный в боях инстинкт не дал и доли секунды на раздумье, и кулак Олега вонзился чуть выше брюшного пресса, согнув напавшего телохранителя пополам. Следующий удар коленом в переносицу опрокинул неожиданного противника на спину.

Брюнет, стоявший в коридоре, быстро врубился, что может отправиться следом за своим другом, и, вскинув руки вверх, показал, что не желает драки.

Кэт, не стесняясь, показывая свои прелести, быстро оделась на виду у второго телохранителя; подошла к Олегу.

Мак лежал в проёме двери, не подавая признаков жизни.

– Ты не убил его? Может, врача вызвать?

– Скоро очухается. Таким парням врачи и полицейские противопоказаны. Сам нарвался, сам и ответит, – резюмировал Олег.

– Говорила я тебе, что он не оставит нас в покое. – Покачала головой. – Он, от крови захлебнётся. – Посмотрела на брюнета с надеждой… – Сэм! Посмотри, что с ним?

Парень склонился над Маком, потрепал по плечу, слегка ударил по щекам.

Мак открыл глаза, выплюнул скопившуюся кровь, обильно текущую из разбитого носа.

– Вот сука! Я, даже глазом не успел моргнуть, как оказался на полу, – протянул руку своему напарнику. Тот помог ему подняться. Рубашка и костюм намокли от бежавшей крови.

– Сэм! Проводи его – пусть умоется.

Сэм увёл Мака, чтоб дать ему привести себя в чувство и божеский вид.

Кэтрин обняла Олега, прижалась к нему, посмотрела тревожно в его спокойные глаза.

– Нехорошо получилось… Ты ему, наверное, нос сломал. Придётся тебе на время заменить его и быть рядом со мной.

В её взгляде был наивный немой вопрос, а в сознании Олега уже были другие мысли, полностью отрешённые от только что происшедшего непредвиденного случая. Он понимал всю невообразимость действительности, которая может помешать ему в его дальнейших планах, и от этого всего нужно быстрее избавиться и не возвращаться, как бы ни было огромное желание видеть Кэтрин возле себя.

Через полтора часа парни вернулись. На Маке была новая рубашка и костюм: благо, что служащие у отца Кэтрин обеспечивались по высшему разряду, и такой пустяк, как новый костюм, не составлял для них больших затрат.

Выглядел Мак довольно прилично, только потемнение под глазами говорили, что парень получил хороший удар. Вид у него был виноватый, но враждебные искорки не уходили из его синих глаз.

– Извини, Кэт, босс приказал доставить тебя силой домой. Он узнал, что ты связалась с русским парнем, а ты, прекрасно знаешь, как он относится к России…

– Так это ты стуканул отцу, что я ушла с посторонним парнем?

– Нет! Я себе такого никогда не позволю. Это он мне назвал отель и номер, где ты находишься. Он был в ярости. Я, думаю, что у него свои люди везде. И я ничего не могу поделать, ты сама знаешь, если кто-то ослушается его приказа – ему не жить. Прошу тебя, не усложняй мне и себе жизнь. Собирайся, мы к обеду должны быть у отца.

– Хорошо! Я, поверю тебе, что ты не крыса… Как меня всё это достало… Хочется уехать подальше от всех глаз, этикетов и самодурства отца, – в сердцах произнесла она.

Олег стоял молча. Он был нейтральной стороной, и вмешиваться в чужую богатую семью не собирался.

Открыв свою сумочку, Кэтрин достала визитку и протянула Олегу. В её глазах стояли слёзы.

– Может, позвонишь? Я буду ждать, – и она, не оборачиваясь, пошла быстрыми шагами по коридору. Телохранители молчаливыми глыбами последовали за ней.

Олег смотрел вслед уходящей троицы и думал: «Каждая такая встреча с быстрым расставанием оставляет глубокий след в душе, а то и незаживающие раны». Он ярко вспомнил Инну, ухаживающую за ним в глухой больничке, огороженной высоким забором с колючей проволокой. Но это была не зона для уголовников… В сознание, как змея, вползало чувство вины; взгляд его ушёл в то измерение, где мысли мешали друг другу, наслаиваясь прозрачным калейдоскопом воспоминаний, чередуя горечь и счастливые моменты его жизни.

В таком состоянии и застали его друзья, уже проводившие своих девчонок в их жизненное пространство.

– Привет, засоня! – подходя к Олегу, произнёс Андрей.

Ответа не последовало – его друг, даже не шевельнулся.

– Эй! Проснись! Ты что такой смурной? – Тряхнул за плечо. – Неужели ночь холостая?

Увидев, что реплики ушли в пространство, Рустам прервал иронию Андрея.

– Оставь его – пусть побудет один… Время ещё у нас есть до встречи с устроителями чемпионата.

Олег посмотрел на друзей осмысленным взглядом, произнёс бесцветным голосом:

– Привет, парни. Извините, уехал я на минутку домой. Не успели приехать, а ностальгия уже придавила. Хочется быстрее закончить эту муть.

– А ты представь, что перед тобой батюшка – покайся, и на душе легче будет, и ауру свою восстановишь.

– Мою душу уже не вылечишь, и каяться мне, только перед собой, и батюшке о моих грехах знать ни к чему – его психика может не выдержать, – улыбнулся грустно. Закрыв номер, показал жестом, что нужно зайти в общий номер, для обсуждения дальнейших планов.

Олег ещё раз обследовал прибором всю комнату на наличие поставленных жучков и камер; попросил друзей снизить голос…

– Пришло сообщение от адвоката: на нашу голову, появился ещё один заказанный объект – идеологический враг, жёстко негативно высказывающийся о России и наших гражданах, предлагая убивать русских по всему миру, а российское государство уничтожить, чтоб даже упоминания о стране стереть из памяти поколений. Вот такой перец – бывший актёр, сыгравший ни одну роль в фильмах. Что не хватало недоумку? Я понять не могу. Человек, получавший за каждый день съёмок по четыреста тысяч рублей, сбежал из страны, люто ненавидя русский народ? Это, как должна съехать крыша?

– Жировать не надо было давать, и крыша была бы на месте! – вставил Рустам своё резюме на безумие человека, выпавшего из рамок социума.

Под Андреем стул жалобно скрипнул.

– Вот сука! Если бы его мысли оставались в его тупой голове и замкнутом пространстве туалета, он был бы жив и, возможно, с такими деньгами, счастлив, но он несёт свою желчь на весь мир – это страшнее прямой физической угрозы, когда враг перед твоим лицом, и его можно уничтожить; а эта тварь спряталась в своей конуре, и оттуда несёт своё безумие на весь мир, добавляя в свой стан баранов, оставляющих на страницах сайта премилые комментарии.

– Каждый человек должен отвечать за свои поступки и слова, несущие нации прямые негативные последствия. По этой причине адвокат просит, чтоб человек перед смертью покаялся письменно и оставил своё интервью человечеству. Речь подготовлена, а артисту её запомнить и озвучить сам Бог велел. Адрес ублюдка и его личные данные прилагаются. После исповеданий, пусть добровольно повесится. – Олег вопросительно посмотрел на друзей. – Но это второстепенное задание, и светиться до уничтожения главного объекта нам нельзя. – Олег замолчал; лицо его было хмуро и задумчиво.

Андрей тронул замолчавшего друга за предплечье.

– Дружище! Мне не нравится твоё настроение. Что тебя так гнетёт?

Олег встал, потёр рукой переносицу, восстанавливая помутневший от усталости взгляд.

– Мусор, мусор… Кругом человеческий мусор. Как изменить этот мир? Как вернуть человечеству разум? Мы – ничтожества в этом безумном пространстве, из которого нет правильного пути. И тот путь, что выбрали мы, – это не панацея к глобальным изменениям. Нужно бросать всё – вернуться назад – к молодёжи, дать им правильное направление в жизни, дать надежду на будущее. Воспитать человеческие качества.