Анатолий Спирин – Лабиринт. Книга первая. Отпусти мне грехи, священник (страница 4)

– По наши души приехали… – тихо произнёс Олег.

Увидев вместо машин гаишников левые тачки Валерка быстро очухался; взявшись за ручку двери, напрягся.

Олег внешне был спокоен. Порывавшемуся выйти другу посоветовал:

– Не выходи. Поговорим и разъедемся…

Из «Тойоты» вышли два парня в спортивных костюмах, подошли с двух сторон. У тощего братка, подошедшего к дверке водителя, был наган – «бульдог».

Олег посмотрел в зеркало заднего вида и увидел ещё одного отморозка, в руке которого была цепь. Со стороны Валерки встал крепкий мужичок, бритый до лысины. Играл битой, демонстрируя мастерство владения оружием. Мышцы братка перекатывались по наколкам при каждом движении, показывая, что с таким парнем не пошутишь.

Олег быстро оценил обстановку, но выжидал, чего можно ждать от шпаны?

– Чё, пацаны, новьё гоним? Своё или хозяйское?

Олег промолчал.

– Отвечать надо, когда спрашивают! – и тощий осклабил своё звериное рыло.

Олег спокойным взглядом окинул через опущенное стекло фигуру тощего братка.

– Послушай, парень… Давай разъедемся по-доброму, и будем считать, что мы друг друга не видели.

– Проезд оплатишь, и сможешь без проблем домой доехать. Пропуск получишь.

– Это кто вас уполномочил пропуска выдавать?

Тощий приблизился вплотную к дверке, его левая кисть руки легла на опущенное стекло, а правая направила в голову Олега ствол нагана.

– Деньги доставай! Или башку прострелю!

Водитель протянул руку к солнцезащитному козырьку. Вот он уже достаёт деньги. Глаза тощего устремились за кистью Олега, лицо выразило удовлетворение.

С длинным гудком пронёсся дальнобойщик на фуре, обдав тугим потоком, качнул машины. В это время произошло секундное событие, связанное в мозгу тощего отморозка с невообразимой магией: за действиями «мага» уследить было нереально: опуская руку, он локтем ударил по пальцам руки тощего, одновременно вырвав наган, резко открыл дверку, ударив ею в грудь и голову доходяги.

Доли секунды на осмысление происходящего тощему парню не хватило: он пропустил двадцать четвёртый кадр фильма, так и не поняв, что произошло: рука водителя, протянутая за вожделенными деньгами, неожиданно исчезла из поля зрения. А сам браток потерял опору, получив удар в грудь, отбросивший его на проезжую часть. Он лежал и смотрел на свою руку с обрубленными пальцами, висящими на коже; а над ним уже стоял водитель, держа на прицеле стволом его же нагана.

– Что, падла, халявы захотел? – Подумав секунду, палач нажал на курок. – В аду встретимся…

Олег не оставлял без внимания действия своего друга и видел, как он отправил здоровенного бычка в пропасть, но дальнейшее для него было неожиданностью: он услышал рёв двигателя и треск разбитого стекла; а через секунду мчащийся на него автомобиль и Валерку в салоне «восьмёрки», пытающегося выкрутить руль. Прозвучал громкий крик: «Куда едешь, сука!» – и «зубило», проехав по трупу тощего, резко ушло в сторону, с грохотом врезавшись в швеллер отбойника.

Валера почти одновременно с Олегом открыл дверку автомобиля, выскочил наружу; увернувшись от удара битой, резко толкнул лысого братка в грудь. Парню не повезло: толчок был такой силы, что он, отлетев, сорвался в пропасть, увлекая за собой россыпь камней. Медлить было нельзя, и Валерка рванулся навстречу второму отморозку, который махал цепью. Улучшив момент, когда цепь просвистела в сантиметре над головой, он резко приблизился к противнику и нанёс прямой удар в переносицу. Парень упал, не подавая признаков жизни.

Водитель «зубила», видя, что произошло с его подельниками, решил наехать на юркого бойца, уже подобравшего с асфальта цепь. Колёса «восьмёрки» засвистели, шлифуя асфальт, но было уже поздно: цепь, пробив лобовое стекло, оказалась на лице водителя, а следом за цепью, через разбитое лобовое стекло в салоне оказался этот дикий ниндзя. Машина продолжила движение, но удар в гортань прекратил сопротивление, вогнав бандита в сонное состояние, а неуправляемую торпеду, проехавшую по лежащим на дороге бандитам, остановило стальное препятствие.

Олег подтащил тощего, оставив его рядом с водителем «восьмёрки».

Время ещё было ранним, и друзьям повезло, что за короткое время схватки не проехало ни одной машины, кроме длинномера.

Три хищника лежали на краю обрыва. Столкни, и три никому не нужные жизни будут закончены

– Что с ними делать будем? – спросил Валерий.

– Эту мразь давай следом за лысым отправим в ущелье. Им жить незачем. И давай живее, пока свидетелей нет. – Тщательно обтерев рукоять нагана футболкой водителя «восьмёрки», вложил в руку, прижав хорошо, чтоб отпечатки были чёткими, засунул парню за пояс.

– Может себе оставим? Классная игрушка.

– Из этой игрушки, думаю, не одного человека на тот свет отправили. Такого свидетеля нам ещё не хватало.

Подтащив тела к обрыву, они столкнули их в пропасть.

Быстро осмотрев машины, Олег вернулся, держа в руках документы и чёрный пакет.

– Посмотри, сколько они награбили, – и Олег показал две плотные пачки денег.

Посмотрев на размытый в утреннем тумане горизонт, бросил документы обратно в «Тойоту»; вывернув круто руль, крикнул:

– Помоги! – и стал толкать машину к обрыву. Следом и «зубило» загремело железом по крутому склону обрыва.

– Ты смотри, даже воздух чище стал, – усмехнулся Валерка.

– Цепь подними, оботри и брось подальше от этого места. Не хватало отпечатки свои органам следствия оставить, – кивнул Олег на изогнутые змеёй звенья цепи, лежащие у ног друга.

В город заехали, когда был час пик – люди ехали на работу. Ещё полчаса, и они въехали во двор, где проживал Валера.

– Деньги у себя оставь. Нечего такую сумму с собой иметь. На оформление у меня деньги есть. Хочу сегодня же тачку поставить на учёт, а тебе спасибо, что компанию составил. Тебе, поди, ещё на работу нужно ехать. И что они нам раньше не попались: тачку покруче можно было купить.

– Нет, я сегодня выходной. Если хочешь, могу за компанию в ГАИ потолкаться, очередь занять. Думаю, что быстрее будет.

– Отдыхай! Впереди целый день. Один управлюсь.

Лучше бы он взял Валерку с собой…

Отмороженный гаишник

Ты как пигмей в чужой системе,

Она чужая для тебя.

И в этой сложной теореме

Тобою правят не любя,

«Прыщи» на судорожном «теле»,

Как куклу нервно теребя.

День оформления документов ознаменовался жаркой солнечной погодой. Весна! Природа очнулась от зимней спячки, всё живое набирало силу, словно крича каждым нежным зародившимся листиком, каждой изумрудной травинкой: «Я живу! Я здесь! Смотрите, любуйтесь на меня; радуйтесь жизненной энергии, наполнившей пространство чудным ароматом ранней весны, неугомонным весёлым щебетом птиц». Жизнь в этот момент казалась прекрасной.

Трудно было предположить, что в этот день жизнь Олега изменится: предсказуемая и размеренная, она станет насыщенной непредвиденными обстоятельствами, ввергнув его в водоворот фантастических событий. Даже в мыслях ничего подобного не могло прийти молодому человеку, только начавшему самостоятельную жизнь, планируя её, исходя из своих возможностей и окружающего мира российской действительности.

К удивлению Олега, постановка на учёт своей «ласточки» времени заняло пару часов. Настроение было прекрасное, и он даже начал напевать лёгкую мелодию… Сильное, натренированное тело словно срослось с послушной техникой. Ветер игриво полоскал ремень безопасности. Олег спешил домой порадовать покупкой друзей и мать. Убедившись, что никому не мешает, перестроился, намереваясь свернуть на перекрёстке на свою улицу. Подумал: «Где моя старенькая «копейка», в какие руки попала?» После этой мысли взгрустнул немного, улыбнувшись, похлопал нежно по тёплой торпеде.

За перекрёстком гаишник отчитывал водителя серой «Волги». Её хозяин – маленький пухлый человечек с блестящей лысиной виновато кивал головой, отсчитывая купюры. Сержант – белобрысый верзила, выхватив деньги и сунув поспешно права водителю, стремительно кинулся через перекрёсток навстречу новой «жертве». Приказал жезлом проехать на место уехавшей «Волги».

Олег нехотя проехал родной поворот, припарковался у обочины. Не выходя из машины, спросил:

– В чём дело, командир?

Не придав вопросу ни малейшего значения, «лом» с безразличным видом взял у напарника протокол и стал заполнять его на сверкающем капоте «Лады».

Олег смотрел на маленькую серо-голубую кепку, на красный обгорелый нос и широкие плечи сержанта, не понимая, чего тот от него хочет.

Подняв бледно-голубые глаза, затянутые отмороженной плёнкой, сержант жестом приказал выйти из машины. Отработанным командирским тоном с паузами между словами приказал:

 Права – сюда. Ты что, чайник, глухой?

Олег вышел из машины…

– В чём дело, сержант? Что за тон?

– Вот те на… Чайник говорить умеет. А я думал, чайники только бабло отсчитывать способны. Татарин, ты видел экземпляр? – Повернув голову в сторону напарника, он выпрямился и стал разминать поясницу. Приблизив лицо к Олегу, глупо спросил, сморщив красный облупленный нос: – Читать умеешь? Вот тут по-русски чёрным по белому написано: «Занял полосу движения общественного транспорта, грубо подрезав путь транспортному средству, имеющему приоритет движения». Всё понял, или ещё раз для чайника пояснить? Татарин и тот читать умеет. А ты, я вижу, безграмотный.