Анатолий Шигапов – Янтарная комната 4.0. (страница 10)

– Да, – ответил Мартинас. – Мы постараемся. Если будет опасно – предупредим.

– Спасибо, малыши.

Эгле обняла её:

– Только вернись.

– Вернусь. Обещаю.

Колонна двинулась в сторону границы. Впереди шёл Рашид, высматривая безопасную тропу. За ним – Алиса и Ковальский. Дальше – Марат с Ваге, прикрывающие тыл. Николай и Егор замыкали шествие.

Лес встретил их тишиной и запахом прелой листвы. Осень вступала в свои права, и деревья уже начали желтеть. Где-то вдалеке кричали птицы, но их крик звучал тревожно, словно предупреждая об опасности.

Алиса оглянулась на базу, уже скрывшуюся за деревьями. Там оставались те, кто верил в них. Там оставался Зорин, Вера, дети. Она не имела права подвести.

– Вперёд, – сказала она. – Нас ждёт Варшава.

Лес встретил группу настороженной тишиной. Осенние листья шуршали под ногами, и каждый шаг отдавался эхом среди деревьев. Алиса шла сразу за Рашидом, стараясь ступать след в след, чтобы не выдавать себя лишним шумом. За ней – Ковальский, который то и дело сверялся с картой, хотя ориентироваться в этом однообразном лесу было почти невозможно. Марат с Ваге замыкали шествие, держа оружие наготове.

– Сколько нам ещё идти до границы? – спросил Ваге, когда они остановились на короткий привал.

– Километров пятнадцать, – ответил Рашид, присаживаясь на корточки и изучая следы на земле. – Если идти без остановок, к вечеру будем на месте.

– А там что?

– А там Польша. Леса, развалины, твари. Будьте готовы.

Алиса раздала всем по куску вяленого мяса и сухарю. Ели молча, экономя воду. Ковальский развернул карту, показывая маршрут:

– Мы пойдём в обход бывших военных баз. Там, по данным разведки, до сих пор могут быть мутанты. Лучше держаться глухих лесов.

– А если заблудимся? – спросил Николай.

– Не заблудимся, – уверенно ответил Рашид. – Я помню дорогу. Мой дед воевал в этих местах, рассказывал. Леса здесь тянутся до самой Варшавы.

После привала двинулись дальше. Солнце поднялось высоко, но сквозь густую листву пробивалось мало света. Воздух был прохладным, но от быстрой ходьбы становилось жарко. Алиса скинула куртку, привязала к рюкзаку.

К вечеру, когда солнце уже клонилось к закату, они вышли к границе. Старый пограничный столб, покосившийся и ржавый, стоял на обочине разбитой дороги. Дальше начиналась Польша – такие же леса, такие же развалины, но уже чужая земля.

– Здесь когда-то был пост, – сказал Ковальский, показывая на руины здания. – Теперь пусто.

– Ночуем здесь? – спросил Марат.

– Нет, – ответила Алиса. – Идём дальше, пока есть свет. Нам нужно углубиться в лес, найти укрытие. Здесь слишком открыто.

Они пересекли границу и через час наткнулись на старую лесную сторожку. Крыша частично обвалилась, но стены держались крепко. Внутри было сухо, пахло старой древесиной и мышами.

– Здесь и заночуем, – решила Алиса. – Выставляем посты. Рашид, Николай – первая смена. Остальные отдыхают.

Ночь прошла спокойно. Несколько раз вдалеке слышался вой, но он быстро стихал. Утром, едва рассвело, группа выступила дальше.

Дорога была долгой и однообразной. Леса сменялись полями, заросшими бурьяном, иногда попадались разрушенные деревни. В одной из них они наткнулись на свежие следы – человеческие, не тварей.

– Кто-то здесь был, – сказал Рашид, разглядывая отпечатки. – Недавно. Часа два-три назад.

– Местные? – спросил Марат.

– Или такие же, как мы. Сталкеры.

– Надо быть осторожнее, – решила Алиса. – Может, это люди Боровского.

Группа ускорила шаг, стараясь не задерживаться на открытых местах.

К вечеру третьего дня они вышли к Висле. Река была широкой, тёмной, с быстрым течением. Мост, когда-то соединявший берега, был разрушен, от него остались только ржавые быки.

– Как переправляться? – спросил Ваге.

– Вплавь? – усмехнулся Николай.

– Не вариант. Вода холодная, течение сильное, утонем.

– Есть лодка? – спросила Алиса.

– Надо искать.

Они прошли вдоль берега и через час наткнулись на старую рыбацкую лодку, перевёрнутую вверх дном. Рашид осмотрел её:

– Дырявая. Но можно залатать.

– Залатай.

Рашид достал из рюкзака кусок брезента и смолу, найденную в развалинах. Через час лодка была готова. Переправлялись по очереди, по двое. Алиса переправилась последней, сжимая наган и глядя на тёмную воду. Где-то там, в глубине, могли таиться твари, но всё обошлось.

На том берегу их ждал очередной лес. Впереди была Варшава – город-призрак, скрывающий тайну Янтарной комнаты.

– Ещё дня два, – сказал Ковальский, сверяясь с картой. – Если повезёт.

– Повезёт, – твёрдо ответила Алиса. – Мы дойдём.

Ночь после переправы через Вислу выдалась беспокойной. Группа расположилась в густом ельнике, где ветви спускались почти до самой земли, создавая естественное укрытие. Рашид выбрал это место не случайно – сквозь хвою их не могли заметить даже с воздуха, а запах смолы перебивал человеческий дух, сбивая со следа возможных преследователей.

Алиса не спала. Она сидела, прислонившись спиной к стволу старой ели, и смотрела на тлеющие угли крошечного костерка, разведённого в ямке и прикрытого камнями. Рядом, завёрнутые в спальные мешки, спали остальные. Тишину нарушало лишь потрескивание углей и далёкий вой, то затихающий, то возникающий вновь.

– Не спится? – тихо спросил Ковальский, приподнимаясь на локте.

– Нет, – ответила Алиса. – Думаю.

– О чём?

– О том, что нас ждёт. И о том, что мы оставили там, дома.

Ковальский сел, подбросил в костерок пару веточек:

– Я тоже думаю. Знаешь, я ведь родился в этих краях. Моя бабушка жила под Варшавой, в небольшом местечке. Я часто приезжал к ней на каникулы. А теперь… теперь всего этого нет.

– Тяжело?

– Тяжело. Но мы не можем жить прошлым. Только будущим.

Они помолчали. Потом Ковальский продолжил:

– Эта комната… Янтарная. Я читал о ней много легенд. Говорят, она обладала магической силой. Но на самом деле, судя по документам, это был всего лишь резонатор. Огромный, сложный, но всего лишь прибор.

– Который может убивать, – добавила Алиса.

– Или давать энергию. Как посмотреть.

– Мы не дадим её в руки Боровского.

– Не дадим, – согласился Ковальский. – Ты хороший командир, Алиса. Я рад, что ты с нами.

Она улыбнулась в темноте:

– Спасибо, Ян Каземирович.

Под утро, когда небо начало светлеть, поднялся ветер. Он шумел в кронах, гнал по земле сухие листья. Алиса разбудила группу:

– Подъём. Надо идти, пока не рассвело окончательно.