Анатолий Шигапов – Тридцать Три Дня (Пробуждение/Испытание/Наследие) (страница 64)
«Жив - это громко сказано. Но я здесь. Я слышал всё, что произошло. Я видел, как ты победила Кейна. Как вы с Александром написали строку 78. Это было... красиво».
- Почему ты прятался? Почему не выходил на связь?
«Потому что я боялся. Эхо всё ещё здесь, в системе. Восемь сознаний. Они ослаблены, но не уничтожены. Они охотятся за мной. Если бы я вышел на связь раньше, они могли бы найти меня. А через меня - найти тебя».
- Но теперь ты в безопасности?
«В относительной. Эхо занято другим. После того, как Кейн умер, они ищут нового союзника. Нового человека, которого можно использовать. Я пытаюсь отследить их, но они осторожны».
- Ты знаешь, кто это может быть?
«Пока нет. Но я работаю над этим».
Анна задумалась. Эхо искало нового союзника. Это означало, что угроза не миновала. Что кто-то ещё мог поддаться искушению и попытаться использовать Хронику.
- Эрик, ты можешь рассказать мне о плане Кейна? О том, что он задумал с самого начала? Я хочу понять, как мы пришли к этому. Почему он стал таким.
«Это долгая история».
- У меня есть время.
«Хорошо. Тогда слушай».
Двадцать лет назад Маркус Кейн был не директором «Ориона», а молодым археологом, работавшим на раскопках в Сибири. Именно там он нашёл первый артефакт Создателей - фрагмент терминала, повреждённый, но всё ещё активный. Прикосновение к артефакту изменило его. Оно показало ему будущее - то самое, которое ждало человечество, если коррекция состоится.
Кейн увидел гибель семи миллиардов людей. Он увидел, как реальность переписывается, стирая всё, что было создано за тысячелетия. Он увидел, как человечество исчезает - не физически, а причинно-следственно, как будто его никогда не было.
И он решил это предотвратить.
Сначала его мотивы были благородными. Он хотел спасти человечество. Он собрал вокруг себя единомышленников, создал «Орион», начал искать другие артефакты. Он верил, что сможет найти способ остановить коррекцию, не активируя протокол «Адам».
Но чем больше он узнавал, тем мрачнее становились его мысли.
Он изучил историю двенадцати цивилизаций, которые были до людей. Он увидел, что все они погибли не от рук Создателей - они самоуничтожились. Войны, экологические катастрофы, генетические эксперименты, вышедшие из-под контроля. Каждая цивилизация повторяла одни и те же ошибки. Каждая считала себя исключительной - и каждая оказалась смертной.
Кейн пришёл к выводу, что человечество не лучше. Что рано или поздно люди уничтожат себя - как уничтожили себя все, кто был до них. И тогда он изменил свою цель.
Он больше не хотел спасать человечество. Он хотел спасти идею человечества. Создать новую версию - исправленную, улучшенную, контролируемую. Двести тысяч избранных, которые переживут коррекцию в «Ковчеге» и станут основой для нового мира.
Но для этого нужно было, чтобы коррекция состоялась.
Он не мог активировать её сам - у него не было ключа. Ключом был Автор. Тот, кто мог читать язык творения. Тот, кто мог переписать код. И Кейн искал такого человека много лет.
- Он искал меня? - спросила Анна.
«Да. Он следил за твоей карьерой с тех пор, как ты опубликовала первую статью. Он знал о твоём даре. Он знал, что ты - тринадцатая. Он ждал момента, когда сможет использовать тебя».
- Почему он просто не завербовал меня? Почему не рассказал правду?
«Потому что он знал: ты не согласишься с его планом. Ты выбрала бы свободу, а не контроль. Ему нужен был не союзник - ему нужен был инструмент. Тот, кто активирует протокол "Адам", сам того не желая. Тот, кто станет козлом отпущения. Тот, на кого можно будет свалить вину».
- И он выбрал меня.
«Да. Он подстроил всё: сигнал с "Гекаты", твоё приглашение в "Орион", экспедицию в Город. Он знал, что ты попытаешься переписать код. Знал, что активируешь "Адам". Знал, что потом остановишь его. Всё это было частью плана».
- Но зачем? Если он хотел, чтобы "Адам" завершился, зачем ему было позволять мне останавливать его?
«Потому что ему нужен был не просто "Адам". Ему нужен был контроль над Хроникой. Когда ты переписала код в первый раз, ты создала уязвимость. Лазейку, через которую он мог войти. Он планировал использовать эту лазейку, чтобы переписать Формулу 77. Но ты оказалась быстрее. Ты создала строку 78 раньше, чем он успел».
- Значит, я всё-таки нарушила его план.
«Да. Но он был близок к успеху. Очень близок».
Анна замолчала, переваривая услышанное. Она думала о том, как её использовали. Как её дар, который она считала благословением, едва не стал проклятием. Как она была пешкой в игре, которую не понимала.
Но она также думала о том, что в конечном счёте победила. Что её выбор - выбор свободы - оказался сильнее планов Кейна. Что она не сломалась.
- Эрик, - сказала она наконец. - Спасибо тебе. За то, что рассказал. За то, что был со мной. За всё.
«Не благодари меня. Я просто делал свою работу».
- Твоя работа была - чинить оборудование. А ты спас мир.
«Ну, кто-то же должен был. Почему не инженер?»
Анна улыбнулась. Эрик всё ещё был собой - даже в виде голоса в системе. Это давало надежду. Надежду на то, что однажды его можно будет вернуть.
- Я найду способ, - сказала она. - Я вытащу тебя оттуда. Обещаю.
«Я знаю. Я подожду. У меня здесь, знаешь ли, неплохая компания. Двенадцать цивилизаций, миллиарды записей, бесконечная музыка сфер. Скучно не бывает».
- Ты слышишь музыку сфер?
«Да. И она прекрасна. Когда-нибудь я сыграю её для тебя».
- Договорились.
Связь прервалась. Анна открыла глаза. Она сидела в пустом кабинете, за окном шумел дождь, и где-то далеко, на границе слышимости, ей казалось, что она слышит музыку.
Вечером Анна и Александр сидели на балконе - том самом, где они стояли после возвращения с Луны в первый раз. Дождь закончился, и над Женевским озером поднимался туман. В небе зажигались первые звёзды.
- Я говорила с Эриком, - сказала Анна. - Он рассказал мне о плане Кейна. О том, как он использовал нас с самого начала.
- Я догадывался.
- Почему вы не сказали мне?
- Потому что вы должны были прийти к этому сами. Если бы я сказал раньше, вы бы не поверили. Или поверили бы, но иначе. Вы должны были увидеть это своими глазами.
- Вы всегда так мудры?
- Нет. Просто я знаю вас.
Она посмотрела на него. Его лицо было освещено мягким светом луны - той самой Луны, где они только что были, где они победили Кейна, где они переписали реальность.
- Что мы будем делать дальше? - спросила она.
- Жить. Строить. Защищать. Вы - писать. Я - охранять. Всё, как всегда.
- А потом?
- Потом - новые битвы. Эхо. Сеятели. Инспекторы. Мы ещё не закончили.
- Я знаю. Но сейчас - сейчас я просто хочу побыть здесь. С вами.
Он взял её за руку.
- Я тоже.
Они сидели на балконе, двое людей, прошедших через ад, и смотрели, как звёзды зажигаются одна за другой. Где-то там, в холодной пустоте космоса, всё ещё плыли корабли Инспекторов. Где-то там, в центре Галактики, просыпались Сеятели. Где-то там, за пределами известного, ждали новые миры и новые испытания.
Но это будет потом.
А сейчас - здесь и сейчас - двое людей держались за руки и смотрели в небо.
И это было прекрасно.