Анатолий Шигапов – ЩИТ (страница 4)
- Ты что, внук? - Иван Петрович повернулся, и в глазах его мелькнул испуг. - Ты с ними не связывайся. Они же опасные. Они же… они же везде. Они мне говорили, что у них вся база данных, что они знают, где я живу, где ты учишься. Не надо, Лёша. Бог с ними, с деньгами.
- Деда, я просто в полицию схожу. Всё законно.
- В полицию - это можно. «Но сам не лезь», - строго сказал дед, и на секунду в нём прорезался прежний командирский тон. - Я приказываю.
- Слушаюсь, товарищ связист, - Лёха попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой.
После завтрака он собрался. Надел джинсы, толстовку с капюшоном - дождь не прекращался. Проверил, взял ли паспорт, телефон, зарядку. На всякий случай сунул в рюкзак ноутбук - вдруг пригодится.
- Я ненадолго, - крикнул из коридора.
Дед не ответил. Лёха вышел и захлопнул за собой дверь.
Первым делом он поехал в банк. Отделение находилось на центральной улице, в старом здании с колоннами. Внутри было чисто, пахло кофе и пластиком. Охранник в форме вежливо кивнул.
Лёха взял талончик электронной очереди. На табло горело: «Свободных операционистов: 3. Ваша очередь: 7». Он сел на жёсткий диванчик и стал ждать.
Минут через пятнадцать загорелся номер. Лёха подошёл к окошку. За стеклом сидела девушка лет двадцати пяти с идеальной укладкой и фирменным шарфиком банка.
- Здравствуйте, чем могу помочь?
- Здравствуйте. Моему дедушке вчера позвонили мошенники, он перевёл все деньги с карты на счета, которые ему продиктовали. Четыреста тысяч рублей. Я хотел бы узнать, можно ли их вернуть, заблокировать перевод.
Девушка сочувственно наклонила голову.
- Вы уже обратились в полицию?
- Да, вчера написал заявление.
- Хорошо. Дайте, пожалуйста, карту или номер счёта.
Лёха протянул дедушкину карту, которую взял с собой. Девушка что- то набрала на компьютере, повертела карту, посмотрела на экран.
- Переводы были совершены вчера, с 14:15 до 16:40. Три перевода через терминал на счета физических лиц. Деньги уже ушли, получатели - другие банки. Мы отправили запросы на возврат, но… - она сделала паузу, - обычно такие операции не подлежат отмене, если клиент подтвердил их добровольно.
- Как добровольно? - вспылил Лёха. - Его обманули! Ему сказали, что если он не переведёт, его посадят за финансирование терроризма! Он ветеран, ему девяносто лет!
- Я вас понимаю, - девушка сохраняла профессиональное спокойствие. - Но по инструкции, если клиент сам произвёл операцию, даже под влиянием мошенников, банк не может её отменить. Мы можем лишь зафиксировать факт несанкционированной операции, но для этого нужно, чтобы клиент не совершал перевод самостоятельно.
- То есть если бы он просто дал им доступ к карте - это одно, а так - ничего?
- К сожалению, да. Мы направим запрос в службу безопасности банка, они проведут проверку. Но я должна вас предупредить: шансы на возврат средств очень низкие. Деньги, скорее всего, уже обналичены или переведены за границу.
- И что делать?
- Ждать результатов проверки и сотрудничать с полицией. Если будет возбуждено уголовное дело, возможно, в рамках следствия удастся установить получателей. Но это долгий процесс.
Лёха взял карту, развернулся и пошёл к выходу. В дверях он остановился, обернулся. Девушка уже обслуживала следующего клиента - пожилую женщину, которая что- то взволнованно объясняла.
Выйдя на улицу, Лёха глубоко вдохнул сырой воздух. В голове крутилась мысль: он должен что- то сделать. Не может быть, чтобы этих преступников нельзя было найти. В интернете же всё оставляет следы.
Он достал телефон, нашёл ближайшее отделение полиции, куда подавал заявление, и пошёл пешком, чтобы успокоиться.
Отделение полиции находилось в двух кварталах от банка, в типовом здании с выцветшим флагом. Лёха вошёл в тамбур, нажал кнопку вызова дежурного. За мутным стеклом возник силуэт.
- По какому вопросу?
- Я вчера заявление писал о мошенничестве. Хотел узнать, как продвигается дело.
Щёлкнул замок, дверь открылась. В коридоре пахло мастикой для пола и чем- то кислым. Дежурный, молодой лейтенант с усталыми глазами, показал рукой:
- Третий кабинет, к старшему оперуполномоченному.
Кабинет, куда вошёл Лёха, был маленьким, заставленным шкафами с папками. За столом сидел мужчина лет сорока, с густыми усами и мятым воротничком рубашки. На столешнице громоздилась стопка бумаг, пепельница с окурками, кружка с остывшим чаем.
- Здравствуйте. Я по заявлению Соболева Ивана Петровича. Вчера подавали, номер талона 1452.
- Садись, - майор (Лёха разглядел звёздочки на погонах) кивнул на стул. - Сейчас посмотрим.
Он начал рыться в бумагах, открыл папку, нашёл заявление.
- Так, Соболев И.П., 1936 года рождения. Четыреста тысяч. Мошенничество по телефону. Знакомая картина.
- И что будет дальше?
Майор откинулся на спинку стула, почесал затылок.
- Сынок, я тебе честно скажу. Таких заявлений у нас в неделю по десять штук. Дедов, бабушек обманывают каждый день. Схемы одни и те же: звонят из «банка», из «полиции», пугают, требуют перевести на безопасный счёт. Деньги уходят быстро. Счета - дропперские, часто за границей. Найти концы - это как иголку в стогу сена.
- То есть вы ничего не будете делать?
- Я не говорю, что не будем. Заявление зарегистрировано, по нему будет проводиться проверка. Но ты должен понимать: раскрываемость таких преступлений - низкая. Звонят из- за границы, используют подменные номера, IP- телефонию. Наши возможности ограничены.
- А если я сам найду информацию? - спросил Лёха. - У меня есть номера телефонов, с которых звонили, реквизиты счетов.
Майор посмотрел на него с интересом.
- Ты кто, программист?
- Учусь. В интернете разбираюсь.
- Слушай, - майор наклонился вперёд, понизив голос. - Не бери на себя лишнего. Это уголовщина, там серьёзные люди. Твоё дело - предоставить нам всё, что знаешь, а мы будем работать. Если найдёшь что- то - приноси. Но сам не лезь. Понял?
- Понял, - сказал Лёха, хотя внутри всё кипело.
- Тогда так. Я дам тебе контакты следователя, который будет вести материал. Он свяжется. А ты жди.
Лёха взял визитку с фамилией следователя, попрощался и вышел.
На улице дождь усилился. Лёха стоял под козырьком, смотрел на серое небо и чувствовал, как злость сменяется тоской. Банк не может помочь. Полиция не может (или не хочет) быстро помочь. Дед остался без денег, без медалей, раздавленный чувством вины.
«Нет, - подумал Лёха. - Я не могу просто ждать».
Он достал телефон, открыл заметки. Там были номера, с которых звонили деду, и реквизиты счетов, которые он переписал с чеков. Три номера. Два из них были с кодом Москвы, третий - с кодом Санкт- Петербурга. Лёха уже знал, что это, скорее всего, подмена.
Дома он сел за ноутбук и начал своё расследование.
Первым делом он пробил номера в поисковиках. Один номер был упомянут на нескольких форумах: люди жаловались, что звонили, представлялись службой безопасности Сбербанка. Второй номер был в базах спам- звонков. Третий - вообще не определялся.
Лёха зашёл на сайт оператора связи, который обслуживал эти номера. Оказалось, что оба российских номера были зарегистрированы на подставных лиц. По закону оператор не может разглашать данные абонентов без запроса правоохранительных органов. Но Лёха знал, что существуют «серые» способы.
Он открыл телеграм и нашёл несколько ботов, которые предоставляли информацию о номерах за небольшую плату. Лёха поколебался. Это уже граница законного. Но вспомнил лицо деда и нажал «отправить».
Через минуту бот выдал скудную информацию: номера были зарегистрированы через виртуального оператора, использующего подмену. Реальный физический абонент - неизвестен. Скорее всего, звонки шли из- за границы.
Лёха выдохнул. Неожиданно.
Тогда он занялся счетами. Чек из терминала содержал номер счета получателя, БИК банка, имя получателя. Имя было явно подставное - Иван Иванов. Банк - небольшой региональный, зарегистрированный в городе Тверь.
Лёха нашёл сайт этого банка. Счет, на который перевели деньги, был счётом физического лица. Лёха знал, что такие счета часто используются дропперами - людьми, которые за небольшую плату продают свои карты мошенникам.
Он начал искать информацию о дропперах в интернете. Нашёл несколько статей, где описывалось, как мошенники вербуют молодых людей: «Работа от 18 лет, зарплата от 50 000, полный день, удалённо». На самом деле - просят предоставить карту для обналичивания похищенных средств.
Лёха задумался. Если он сможет найти дроппера, через него можно выйти на организаторов? Он понимал, что это опасно. Но отступать не хотел.
Он нашёл в телеграме канал, где обсуждались схемы с дропперскими картами. Начал читать, вникать. Там же увидел объявление: «Ищу курьера в ваш город. Работа с наличными. Высокий процент». Лёха чуть не написал, но вовремя остановился. Он не преступник.
Вечером он спустился на кухню. Дед сидел у окна, смотрел на мокрые деревья. Перед ним лежала старая фотография - молодой красноармеец с катушкой связи за спиной, на обороте надпись: «Соболев И.П., 1943, перед наступлением».