Анатолий Шигапов – ЛЕГЕНДЫ КАЗАНСКОГО ХАНСТВА. ТАМ ГДЕ ПАХНЕТ ЧАК ЧАКОМ И ЩЕКОТКОЙ ИЛИ КАК ПРОШИВКА СБОИЛА (страница 57)

– А если опять украдут? – спросил Шурале.

– Не украдут, – усмехнулся Зорин. – Теперь им выгоднее дружить. А выгода – лучший гарант мира.

– Мудрено, – вздохнул Шурале. – Но Шурале верит.

– Верь, – улыбнулся Зорин. – И пальцы держи наготове. Мало ли.

– Буду, – пообещал Шурале и показал свои длинные пальцы, сверкнувшие на солнце.

Впереди была Казань, типография, новые номера газеты и новые приключения.

Глава 12. Свадьба Шурале и Бичуры (повторная, официальная)

Некоторое время спустя после истории с булгарскими конкурентами. Казань, Кремль, весна.

Газета «Казанские ведомости» выходила уже дважды в неделю и расходилась тиражом в триста экземпляров. Динар наладил производство бумаги так, что её хватало не только на газету, но и на продажу – писцы с удовольствием покупали настоящую бумагу вместо бересты. Шурале стал главным наборщиком и гордо носил это звание, периодически напоминая всем, что он «звезда».

И вот грянуло событие.

– Мы решили, – объявила Бичура за ужином в избе Зорина, – сыграть свадьбу по- настоящему. По- людски. С размахом.

– А разве вы уже не женаты? – удивился Динар.

– Женаты, – кивнул Шурале. – Но по- духовски. А теперь хотим по- человечески. Чтобы все видели. Чтобы в газете написали. Чтобы…

– Чтобы он перестал мне каждый день напоминать, что про него в газете писали, а про свадьбу – нет, – перебила Бичура, строго глядя на мужа.

Шурале смутился и уткнулся в тарелку.

– Понял, – усмехнулся Зорин. – Значит, нужна официальная церемония. С размахом. С гостями. С газетой.

– И с чак- чаком! – вставил Шурале, поднимая голову. – Много чак- чака!

– Чак- чак будет, – пообещала Бичура. – Я уже договорилась с бабками на базаре. Напекут.

– Тогда начинаем подготовку, – Зорин достал свой блокнот. – Пишем план.

Неделя подготовки. Казань, разные локации.

Подготовка к свадьбе превратилась в масштабную операцию, достойную отдельного номера газеты.

Хан Сафа- Гирей, узнав о мероприятии, неожиданно обрадовался.

– Давно пора! – сказал он, когда Зорин пришел к нему с просьбой выделить место. – Эти двое – лицо нашего ханства. Дух и домовая, вместе. Символ единства! Я выделю целую площадь перед Кремлем. И дам пятьдесят золотых на угощение.

– Спасибо, ваше величество, – поклонился Зорин.

– И скажи Шурале, чтобы не щекотал важных гостей, – добавил хан. – А то знаю я его.

– Скажу, – пообещал Зорин.

Кар Кызы, узнав о свадьбе, засияла (в переносном смысле) и пообещала создать красивую снежную скульптуру молодоженов прямо в центре площади.

– Я сделаю их в полный рост, – сказала она. – Из чистого льда. Чтобы никогда не таяли. Ну, почти никогда.

– Почти – это сколько? – уточнил Динар.

– До первого сильного солнца, – улыбнулась она. – Но весной солнце еще не сильное. Простоят долго.

Су Анасы, прослышав о событии, прислала гонца с обещанием украсить всё живыми цветами.

– Она умеет заставлять их цвести даже зимой, – объяснил Зорин Динару. – А уж весной – тем более.

– Магия, – восхищенно покачал головой Динар.

– Магия, – согласился Зорин.

Дию- Пәри, великан- вегетарианец, вызвался охранять порядок. Он пришел к Зорину и торжественно объявил:

– Я буду стоять у входа и смотреть, чтобы никто не буянил. А за это… – он замялся.

– Каша? – догадался Зорин.

– Каша, – смущенно кивнул великан. – Много каши. С маслом.

– Будет тебе каша, – пообещал Зорин. – Целый котел.

Дию- Пәри довольно заурчал и ушел готовиться.

Җил иясе обещал легкий приятный ветерок, чтобы было не жарко и не холодно, а просто идеально.

– Сделаю как для себя, – сказал он. – Ветра нагоню, но не сильные. Чтобы флаги развевались, но еду со столов не сдувало.

– Идеально, – одобрил Зорин.

Динар занялся главным – свадебным выпуском газеты. Он отобрал лучшую бумагу, приготовил специальную краску с золотым отливом и вырезал портреты жениха и невесты на деревянных досках. Получилось очень похоже – Шурале с длинными пальцами и папахой, Бичура с тюбетейкой и сковородкой в руке.

– Зачем сковородка? – спросил Шурале, увидев эскиз.

– Символ, – объяснил Динар. – Чтобы все знали, кто в доме главный.

– А- а- а, – понимающе кивнул Шурале. – Правильно. Бичура главная. Я только щекочу.

Бичура, услышав это, довольно хмыкнула.

День свадьбы. Площадь перед Кремлем, полдень.

Площадь преобразилась до неузнаваемости. В центре возвышалась ледяная скульптура – Шурале и Бичура в полный рост, держащиеся за руки. Шурале на скульптуре улыбался и показывал свои длинные пальцы, Бичура смотрела строго, но с теплотой.

Вокруг стояли столы, ломящиеся от угощений. Купцы постарались на славу – здесь было всё: жареные поросята, запеченные гуси, пироги с разными начинками, мед, сбитень, квас, фрукты, орехи. И, конечно, горы чак- чака – золотистого, медового, рассыпчатого.

Су Анасы расстаралась – цветы цвели повсюду, создавая ощущение лета среди весны. Розы, лилии, тюльпаны, какие- то незнакомые Зорину растения – всё это благоухало и радовало глаз.

Дию- Пәри стоял у входа на площадь, как скала. Он был при полном параде – вычистил свои доспехи, причесал бороду и даже повязал на шею что- то вроде галстука (на этот раз это был кусок парчи, подаренный купцом Мансуром).

– Проходите, – басил он, пропуская гостей. – Не толпитесь. Порядок соблюдаем.

Гости прибывали. Духи – лесные, полевые, водяные, подземные – собирались группами, обсуждая событие. Люди – эмиры, купцы, ремесленники, воины – с любопытством разглядывали нелюдей. Хан обещал прийти позже, после официальных дел.

Наконец появились молодожены.

Бичура была невестой – великолепной, в красивом платье, расшитом золотыми и серебряными нитями. На голове – огромная тюбетейка, украшенная жемчугом. Фата была необычной – из тончайшей паутинки, которую сплели местные пауки специально к этому дню. Паукам за это отдельно заплатили чак- чаком, и они были очень довольны.

Шурале был женихом – важный, в новом кафтане, расшитом золотыми нитками. Те самые нитки, что он дарил Бичуре при первом предложении, теперь красовались на его собственной одежде. Пальцы он держал с достоинством, но то и дело ими подрагивал от волнения.

– Идут! – закричали в толпе. – Молодые идут!

Гости расступились. Шурале и Бичура подошли к специально подготовленному месту, где их ждали Кул- Шариф (который снова вызвался вести церемонию) и сам хан, который как раз подоспел.

– Уважаемые духи и люди! – начал Кул- Шариф, когда шум стих. – Сегодня мы собрались здесь, чтобы засвидетельствовать удивительное событие. Вторичное, но от этого не менее важное. Лесной дух Шурале и домовая Бичура решили подтвердить свой союз перед всем честным народом. И перед нечестным тоже.

В толпе засмеялись.

– Шурале, – обратился Кул- Шариф к жениху. – Ты подтверждаешь свое желание быть с Бичурой в горе и радости, в богатстве и бедности, в щекотке и без оной?

– Подтверждаю! – выпалил Шурале так громко, что с ближайших деревьев слетели птицы. – Я всегда хочу быть с ней! И чак- чак вместе есть!

– Бичура, – повернулся Кул- Шариф к невесте. – Ты подтверждаешь свое желание быть с Шурале, терпеть его выходки, прощать щекотку и не бить слишком часто сковородкой?