Анатолий Шигапов – CВЕТЛЫЙ МАЙК И ПАРК ЮРСКОГО ПЕРИОДА 6.0. (страница 8)

– Потому что пирожки ещё есть. А пока есть пирожки, есть надежда.

Я посмотрел на велоцирапторов, которые устроились у входа в пещеру и начали вылизывать друг друга, как кошки. Потом перевёл взгляд на Чиха, который с интересом разглядывал новых знакомых. Потом на бабушку, которая уже доставала новую партию пирожков.

– Знаешь, – сказал я Павлику. – А она права. Пока есть пирожки, есть надежда.

– А когда пирожки кончатся?

– Тогда будем печь новые. Из папоротников.

– Из папоротников?

– А что? Полозов сказал, можно.

– Майк, ты с ума сошёл.

– Это не я сошёл с ума. Это мир вокруг нас сошёл с ума. А мы просто пытаемся в нём выжить.

– С пирожками?

– С пирожками, Павлик. Всегда с пирожками.

Из леса донёсся знакомый рёв. Зубастик возвращался. Велоцирапторы насторожились, но с места не сдвинулись.

– Кажется, у нас собирается компания, – заметила Аня.

– Главное, чтобы они не передрались, – вздохнул я.

– Не передерутся, – уверенно сказала бабушка. – Пирожков на всех хватит.

Тираннозавр вышел на поляну. Увидев велоцирапторов, он замер, принюхался. Те в ответ прижались к земле – признали превосходство.

– Зубастик, это свои, – сказала бабушка, протягивая ему пирожок. – Не обижай.

Зубастик взял пирожок, проглотил и улёгся рядом с пещерой, довольно жмурясь. Велоцирапторы устроились чуть поодаль, но тоже расслабились.

– Мы создаём экосистему, – заметил Полозов, выглядывая из пещеры. – Хищники и люди, живущие в симбиозе. Это уникальный случай! Я должен записать!

– Записывай, – махнула рукой бабушка. – А я пока пирожков напеку. Гости-то прибывают.

Так у нас появились новые друзья. Три велоцираптора, которых Павлик тут же назвал – Клык, Коготь и Хвостик (последнего за то, что он всё время вилял хвостом). И Зубастик, который теперь считал себя главным охранником пещеры.

Мы ещё не знали, что эти друзья скоро нам очень пригодятся. Потому что впереди нас ждала встреча с теми, кто был куда опаснее динозавров.

С теми, кто пришёл из другой галактики.

Глава 3. Встреча с тираннозавром

(или Как Зубастик стал членом семьи, а мы поняли, что пирожки действительно решают всё)

«Говорят, у тираннозавра мозг размером с грецкий орех. Зато желудок – с хороший автомобиль. И я точно знаю, что важнее, когда ты стоишь перед открытой пастью». – Михаил Светлов, после кормления Зубастика

Ночь в меловом периоде наступила быстро. Солнце рухнуло за горизонт, будто ему надоело светить, и мир погрузился в темноту. Наши новые друзья – велоцирапторы – устроились у входа в пещеру, свернувшись клубками. Выглядело это сюрреалистично: три хищника, способные разорвать человека за секунду, мурлыкали (или что там у них вместо мурлыканья) и грели друг друга.

– Никогда не думал, что скажу это, – прошептал Громов, глядя на них, – но они милые.

– Не расслабляйтесь, – ответил я. – Милые, пока сытые. А если пирожки кончатся?

– Бабушка сказала, что не кончатся.

– Бабушка оптимистка.

– Бабушка – стратег. Она всегда на три шага вперёд думает.

Я хотел возразить, но в этот момент земля задрожала.

Сначала слабо, будто где-то далеко проехал грузовик. Потом сильнее. Потом ещё сильнее.

– Он идёт, – сказал Полозов, выглядывая из пещеры. – Тираннозавр. Крупный. Очень крупный. Метрах в двухстах.

– Тот самый, которого мы кормили?

– Судя по координатам – да. Возвращается.

– За добавкой?

– Или за нами.

Я выглянул наружу. В темноте я ничего не видел, но слышал тяжёлые шаги, от которых дрожала земля, и чувствовал запах – тяжёлый, мускусный, первобытный запах хищника.

– Всем приготовиться, – скомандовал Громов, доставая бластер.

– Спрячь, – сказала бабушка, появляясь из глубины пещеры с половником в одной руке и тарелкой пирожков в другой.

– Бабушка, вы куда?

– Встречать гостя.

– Это тираннозавр!

– А я бабушка Зина. Кто из нас страшнее – ещё неизвестно.

Я хотел её остановить, но она уже вышла из пещеры. Я выругался про себя и пошёл за ней. Громов – за мной. Остальные остались в пещере, как было приказано.

Тираннозавр вышел из темноты, как корабль из тумана. Огромный, выше любого здания, с пастью, полной зубов размером с мой предплечье. Он остановился в нескольких метрах от нас и уставился на бабушку своими маленькими, но очень внимательными глазами.

– Здравствуй, милый, – сказала бабушка спокойно, будто разговаривала с соседским котом. – Кушать хочешь?

Тираннозавр наклонил голову. Потом принюхался. Пирожки пахли сильно – даже я чувствовал этот запах сквозь доисторические ароматы леса.

– На, попробуй, – бабушка протянула пирожок.

Тираннозавр понюхал, лизнул, потом аккуратно взял зубами – удивительно нежно для существа, которое может перекусить машину пополам. Проглотил. Замер.

А потом его глаза изменились.

Я видел это раньше – у неандертальцев, у инопланетян, у диктаторов. Момент, когда существо впервые пробует бабушкину выпечку. Это всегда одно и то же: сначала недоверие, потом удивление, потом восторг, потом зависимость.

Тираннозавр не был исключением.

Он издал звук. Не рык, не рёв, а что-то вроде урчания – глубокого, вибрирующего, довольного. Потом сел на хвост, как огромная собака, и открыл пасть в ожидании.

– Вот видишь, – сказала бабушка, протягивая следующий пирожок. – Добрый мальчик. Просто голодный.

– Бабушка, – прошептал я, – это… это невероятно.

– Что тут невероятного? Любое живое существо хочет есть. Если ты накормишь врага, он перестанет быть врагом. Базовая истина.

– Даже если враг – тираннозавр?

– Особенно если враг – тираннозавр. У них мозг маленький, они быстро переключаются.

Я смотрел, как бабушка кормит огромного хищника с руки, и чувствовал, что мир сошёл с ума окончательно и бесповоротно. Но, с другой стороны, это был наш мир. Мир Светловых. Здесь такое было в порядке вещей.

К утру тираннозавр лежал у входа в пещеру, охраняя нас, как сторожевая собака. Павлик, проснувшись, сразу побежал к нему.

– Зубастик! – закричал он. – Ты вернулся!

– Зубастик? – переспросил Громов.