Анатолий Сарычев – Резервный агент ГРУ (страница 17)
— Ты расскажешь, как плавают брассом?
— И брассом и кролем, только давай быстрее улетим из вашей гостеприимной страны! — ответил Игорь, готовый пообещать, и не только пообещать, самолет с прицепом.
Короткий диалог с бородатым пилотом около трапа, и Музаффар совершенно по-русски махнув рукой, неторопливо пошел вслед за Игорем в самолет.
Едва самолет поднялся в воздух, как Музаффар вышел из хвоста и присел рядом на подлокотник кресла Игоря.
Полтора часа Игорь объяснял технику плавания кролем и брасом, не обращая внимание на недоуменные взгляды остальных шести пассажиров.
После быстрой заправки и выхода пассажиров на полевом аэродроме, Цесна снова взлетела.
Места остальных пассажиров заняли плотно увязанные тюки, размером метр на пятьдесят сантиметров. Толщиной тюки были сантиметров тридцать.
Ткнув пальцем в тюки, Музаффар, пояснил:
— В таком виде тюки удобно вьючить на верблюдов и ишаков.
Музаффар пересел на кресло рядом с Игорем и, взглянув вниз, облегченно вздохнул:
— Мы пересекли границу Пакистана и теперь летим над Афганистаном. Еще часа два и вы будете на месте.
Там с караваном вы выйдите к Кушке, где вас переведут через границу и вы окажитесь в Советском Союзе!
— Почему такой странный маршрут? — спросил Игорь, прикидывая, что если перебраться через пограничную зону, которая тянется километров на сорок от Кушки, то спокойно можно сесть на поезд.
— Капитан сегодня утром объявил вас врагом Пакистана, обвинив в изнасиловании и убийстве маленькой девочки. Границы и въезд в Пакистан для вас навсегда закрыты.
— Но Пакистан направит ноту моей стране, — забеспокоился Игорь, представив неприятности, которые ему предстоят.
— Вы никогда не были в Пакистане. Кто прилетел по вашим документам в Пакистан, вы не знаете. Так что постарайтесь спокойно прибыть на родину и ни о чем не беспокойтесь! Маршрут контрабандистами отработан и используется давно. За последние три года не было ни одного прокола, — почти успокоил Музаффар Игоря.
— И последнее, — сказал Музаффар, вкладывая в руку Игоря прозрачный пластиковый конверт с зеленой материей — Отшельник сказал, чтобы через два года вы постоянно носили этот шелк с собой!
— Неужели это тот самый шелк? — спросил Игорь.
— Я ничего не знаю. Мне приказано передать и я передал. Отшельник говорит — я исполняю, — Музаффар закатил глаза к потолку самолета, как будто именно там сидел его хозяин:
— Ткань ткача не должна попасть в руки злых людей! — жестко сказал собеседник, сурово сжав губы.
«Значит, это похожая ткань, которой можно подменить настоящую!» — понял Игорь, закрывая на секунду глаза.
— Почему отдали ткань именно мне? — спросил Игорь, поворачиваясь в сторону своего собеседника.
— Ответов на твои вопросы я не знаю! — поднял обе руки Музаффар, в тот момент, когда самолет, приземлившись, остановился.
Глава седьмая
Выйдя из пыльного УАЗика перед маленьким полустанком Игорь, минуту стоял неподвижно, не веря, что полуторанедельный кошмар кончился.
Позади остался двухдневный марш-бросок по горам, потом недельный переход на верблюдах по пустыне и вот сейчас Игорь, наконец, в Союзе!
Глубоко выдохнув, Игорь направился к одинокому белому зданию в двухстах метрах впереди.
На полустанке, конечно, никого не было видно.
«Оно и к лучшему! Придется самостоятельно решать проблему своей эвакуации из этого не только Богом, но и людьми забытого места!» — решил Игорь, постояв около закрытого кабинета дежурного по станции десять минут и направился на перрон.
Со стороны Кушки приближался грузовой состав, который и не думал останавливаться.
Схватив валяющуюся газету, на которой было написано:»Ашхабадская правда» Игорь ее поджег и стал совершать ею круговое вращение перед собой.
Поезд начал тормозить, едва Игорь сделал два оборота горящей газетой.
Проскочив выходной сигнал, поезд остановился, и Игорь со всех ног бросился к локомотиву.
— Что случилось? — высунув голову в окошко, гаркнул машинист — туркмен.
— Санэпидстанция! — крикнул, Игорь, хватаясь за металлические поручни, который спускались из кабины машиниста.
Пол минуты спустя Игорь вошел в кабину локомотива, который снова начинал набирать скорость.
— Мне надо срочно попасть в Чарджоу! Я везу образцы! — весомо сказал Игорь, предъявляя служебное удостоверение.
— Право проезда в локомотивах у вас есть? — для проформы спросил машинист, двигая контроллер на восьмую позицию.
— Конечно, — ответил Игорь, вынимая из обложки служебного удостоверения годовой билет.
— Три «К»! Все в порядке! — обрадовался машинист, еще больше увеличивая скорость.
— Вы до какой станции едете? — спросил Игорь, усаживаясь на откидное сидение.
— Идем до Мары, а там посмотрим, — загадочно сказал машинист, переглядываясь с помощником.
— Можно, я перейду во вторую кабину [39], и посплю? Было много работы и я сильно устал, — спросил Игорь, обращаясь к машинисту.
— Сейчас поужинаем, и можете идти во вторую кабину! — кивнул головой машинист, сидящий справа.
— Хорошая у вас Луганка [40]! Чистая, ухоженная и дизель, как часы работает! — подольстил Игорь, смотря как на передней панели, помощник машиниста раскладывает помидоры, огурцы и открывает стеклянную банку с мясом, залитую белым жиром.
— Тепловоз у нас закрепленный! — пояснил машинист, вставляя вилку электрического чайника в розетку.
Действительно, в кабине тепловоза была практически хирургическая чистота, а на ногах машиниста и помощника имелись войлочные тапочки.
— Ой! Извините! Я совсем плохой стал от усталости! — вскочил с места Игорь, моментально скидывая с ног пыльные туфли.
Выскочив в коридор, Игорь стукнул туфли о выходную дверь и поставил их правее двух пар обуви, стоящих слева от двери в кабину машиниста.
Увидев стоящую швабру, Игорь схватил ее и обнаружил молодого парня — помощника машиниста, который с сумкой Игоря вышел в коридор.
— Несу во вторую кабину вашу сумку! — одевая туфли, критически пояснил парень, берясь за ручку двери машинного отсека.
— Спасибо! — поблагодарил Игорь.
— Долг хозяина — заботиться о госте! — пояснил парень, открывая дверь в машинное отделение.
Тяжелый гул низкочастотного шума заставил Игоря поморщиться.
— Это у вас с непривычки голова болит! — пояснил парень, закрывая за собой дверь машинного отделения.
Взяв швабру с мокрой тряпкой, Игорь в одних носках заскочил в кабину машиниста и в темпе протер пол, удостоившись благодарного взгляда машиниста.
Поставив швабру на место, Игорь минутку постоял, приводя мысли в порядок.
Самое главное он сейчас был в составе, который с каждой секундой уносил его все дальше и дальше от границы.
Вернувшись в кабину машиниста, Игорь уселся на свое откидное место между креслами машиниста и помощника и приняв пиалу чая, поданного машинистом, повинуясь приглашающему жесту хозяина кабины, взял кусок хлеба и сунув пальцы в банку, достал кусок мяса.
— Хорошо, что ты знаешь наши обычаи! — начал разговор машинист, принимая от вернувшегося помощника кусок хлеба с мясом.
Кинув взгляд на спидометр, Игорь обнаружил, что локомотив несется вперед, со скоростью девяносто километров в час.
Скорость в кабине машиниста совершенно не чувствовалась.
Казалось кабина плывет над высокими барханами, которые были покрыты с обеих сторон шашечками коротко остриженных растений [41].
— Вы не подскажете, почему у меня спина в поездках часто болит? Вы же врач? — спросил помощник сооружая себе бутерброд из хлеба с мясом и украшая его двумя половинками помидоров.