Анатолий Сарычев – Крысогон (страница 48)
Пять минут позже тебе бы пришлось ампутировать обе ноги. У тебя же варикоз? – спросил Роман, не прекращая массировать ноги, только теперь выше.
– Откуда ты знаешь? – удивился Саныч.
– Я же все-таки врач. Пусть санитарный, но кое-какое понятие о медицине имею. Мы все проходили то же самое, что и лечебники, только в меньшем объеме, – пояснил Роман, резко вскакивая.
Подскочив к начавшему вставать громиле, нанес короткий удар ребром ладони ниже затылка.
Громила дернулся и резко опустился вниз, закатив глаза.
– Помогите мне, и я сделаю вас миллионерами! – неожиданно предложил Тщедушный, молитвенно сложив руки перед грудью.
– Я уже был миллионером, но это не принесло мне ни счастья, ни радости! Одни только неприятности! – махнул рукой Роман.
– Вы можете, каждый, получить по десять миллионов долларов! – выпалил Тщедушный, рукой показывая на сейф.
– Давай рискнем! Всю жизнь прогорбатился и ничего не заработал! – с загоревшимися глазами предложил Саныч, пробуя встать на ноги.
Но ноги плохо пока держали мента.
– Есть ли из кабинета выход, помимо лестницы? – спросил Роман, пристально смотря на Тщедушного.
– Надо отодвинуть вон то окно и откроется проход на лестницу, потом будет тоннель, который ведет на соседнюю улицу. Выход в старую котельную, – тараторил Тщедушный, не отрывая взгляда от лица Романа.
– Сходи Саныч, посмотри! – попросил Роман, отрывая полосу от рубашки лежащего без сознания громилы, почти не сомневаясь, что Тщедушный что-то задумал. Тем более, что кровотечение почти прекратилось и морда Тщедушного порозовела.
Саныч сделал первый шаг и чуть не упал.
Пришлось Роману подхватить своего товарища и усадить в кресло.
– Сам попробую, – решил Роман, дергая окно на себя. Неожиданно окно легко отворилось, открывая лестницу, которая шла круто вниз.
Справа на крючке висел фонарь.
Резко обернувшись на первой ступеньке лестницы, Роман заметил, что Тщедушный начинает вставать.
– Так дело не пойдет! – сказал Роман и подскочив к лежащему раненному нанес носком ноги удар по сонной артерии.
– Как врач, я прописываю больному амнезию. Короткую, всего на пять минут, – пояснил Роман, спускаясь по лестнице.
Проскочив длинный, не менее ста метров коридор, Роман вышел в заброшенную подвальную котельную, в которой были замурованы все окна и двери.
«На фига надо было делать такую конструкцию, если здесь нет выхода? Такого просто не может быть!» – сам себе сказал Роман, подходя к огромному дутьевому вентилятору.
«Зачем в такой небольшой котельной вентилятор номер шестнадцать[16]?» – сам себя спросил Роман, отмечая новую гибкую вставку[17].
Сняв с одной стороны гибкую вставку, Роман обнаружил узкий металлический трап, который был уложен внизу металлического воздуховода.
«Проход есть. Надо быстрее сваливать», – решил Роман, бегом направляясь назад.
Уже пробегая по тоннелю, Роман услышал тяжелые удары в металлическую дверь.
Перед последним поворотом Роман обнаружил две брезентовые сумки: одна полная, а вторая пустая.
Захватив на всякий случай, пустую сумку, Роман заскочил в кабинет.
В кабинете чувствовался сильный запах пороха.
Около открытого сейфа лежал Тщедушный, с разбитой головой.
Рядом стоял Саныч, держа в руках две охапки долларов и жесткий переносной диск.
– Он понимаешь…, – начал рассказывать Саныч, поднимая виноватое лицо на Романа.
– Все потом! Надо быстрее сваливать! Ты идти можешь? – спросил Роман, кидая деньги и жесткий диск в сумку.
– Смогу, только плохо, – ответил Саныч, переминаясь с ноги на ногу.
Заглянув в сейф, Роман обнаружил два пакета, три лимонки и какое-то устройство с мигающей лампочкой, которое весьма не понравилось.
– Похоже сейф заминирован! – буркнул Роман, вешая на одно плечо сумку, на второе Саныча.
Пройдя сквозь фальш-окно, Роман осторожно прикрыл его за собой, слыша своим обостренным слухом визжание болгарки, которая начала свое черное дело.
– Ты совсем не можешь идти? – спросил Роман, осторожно ставя Саныча на ноги посередине тоннеля.
– Брось меня! Спасайся сам! Я видно свое отходил! – попросил Саныч, приваливаясь левым боком к стене.
Посветив на лицо, Роман обнаружил синюшную окраску. Ясно было, что полуторачасовое висение вниз головой на варикоз и сердце оказали самое негативное влияние.
Охнув, Саныч потерял сознание, и опустился на пол тоннеля.
Справа на стене появился десятисантиметровый портал из которого высунулась мордочка Крыса.
«Срочно нужна партия той водки! Очень большая партия!» – скороговоркой выпалил Крыс, подавая Роману пустую бутылку из-под водки, в которой было налито на два пальца прозрачной жидкости.
– Я как раз еду в те края и постараюсь помочь. Но моему другу очень плохо и он умирает! – выпалил на одном дыхании Роман, с мольбой смотря на Крыса.
«Сейчас организую медицинскую помощь!» – пообещал Крыс и через секунду просунул в портал три шприц тюбика.
«Один твоему другу, второй тебе, а третий на всякий пожарный случай, как у вас говорят. Если будет сильное поражение организма, вплоть до отрыва конечностей, то поможет. Подстегивает метаболизм любого организма во много раз и развивает регенерационные способности», – пояснил Крыс этиологию действия лекарств и исчез.
Саныч еле дышал, широко открывая рот.
«Организм Саныча изношен. Водка, бессонные ночи, женщины, стрессы и длительное нахождение в неподвижном состоянии, при варикозе нижних конечностей. Пульс нитевидный прощупывается еле – еле. Мужик не жилец. Даже в специализированной клинике Саныча могут только немного подлечить, а поставить на ноги – вряд ли. Пробуем крысиное лекарство!» – решил Роман, вкалывая переданный шприц-тюбик, прямо в набухшую вену, справедливо решив, что такой миниатюрной штуковиной в вену попасть будет легко. Роман даже не стравливал воздух, а воткнул сразу, только сняв колпачок с короткой, всего в пару сантиметров иголки.
Взвалив Саныча на одно плечо, повесив сумки на другое, Роман бодро протопал десять шагов и остановился и как только что Саныч, привалился к правой стене тоннеля, сбросив наземь сумки и Саныча, который глухо застонал.
Моментально навалилась дикая усталость.
«Прилив адреналина кончился, и я снова превратился в развалину – алкоголика! Сколько же лет можно пить это отравленное пойло? Любого, самого здорового человека, водка с ног валит!» – понял Роман, машинально вынимая крысиный шприц-тюбик.
Одно движение и крысиное лекарство воткнуто в руку.
Голова Романа упала на грудь, и он потерял сознание, упав на пол тоннеля.
Грохнул сильный взрыв, от которого ходуном заходили стены.
Кусок бетона, оторвавшись от потолка, больно ударил по лодыжке, заставив Романа вскрикнуть от боли.
Открыв глаза, Роман увидел, сидящего напротив него Саныча, внимательно рассматривающего газовую гранату.
– Что это такое? У тебя из брюк вывалилась? – спросил Саныч, поднося шарик близко к глазам.
– Из правой или левой ноги? – уточнил Роман, начиная наклоняться вперед.
Обычно это движение приносило боль в пояснице, но сейчас боли не было.
– Из правой ноги, – машинально ответил Саныч, медленно поворачивая голову в сторону коллеги по несчастью.
«Реакция заторможена, но цвет лица нормальный, а ведь мужик натурально умирал! Прекрасное лекарство!» – оценил Роман подарок Крыса, начиная вставать.
Никакой патологии не ощущалось, тело прекрасно слушалось своего хозяина, но зато нестерпимо захотелось курить. Роман знал за собой эту странную особенность. Организм требовал никотина и табачного дыма, когда все органы прекрасно работали.
– Положи в свой карман, потом расскажу, что это такое! – приказал Роман выуживая из подвернутой левой брючины точно такой же шарик.
Саныч, положил газовую гранату в карман, и начал вставать, цепляясь за стену.
Встав, Саныч сделал неуверенный шаг и вдруг присел, шумно втянув носом воздух.