Анатолий Ромов – Бешеный куш (страница 2)

– Хорошо.

– И не убирай пока кофе, мы еще не ушли.

– Конечно.

Входя в туалет, заметил какое-то насторожившее его движение у спуска на лестницу. Сам не понял, почему оно его насторожило. Но он всегда чувствовал опасность кожей и сейчас сказал себе: похоже, угроза есть. Мышцы инстинктивно напряглись. Тут же усмехнулся: чушь. Здесь, в «Метрополе», он может ничего не бояться. Какой сумасшедший решится полезть на него с ножом или пистолетом в этом месте, да еще утром? Разве что какая-нибудь шелупонь. Но шелупонь сюда не ходит. Серьезные же люди знают: на него работает Чал, пахан солнцевской группировки. И знают, что с Чалом, перед которым дрожит вся Москва, лучше не шутить.

Сделав свое дело и застегивая ширинку, услышал: дверь открылась. Однако в туалет никто не вошел. Помыл руки, вытер их несколькими бумажными салфетками. Услышав сигнал сотового телефона, достал из кармана трубку:

– Да?

Звонил Рудольф Гутин, начальник охраны Балбоча:

– Луи, это Рудик. Ты где?

– В «Метрополе», а ты где?

– На даче. Что сейчас делаешь?

– Собирался поездить по Москве. Что-нибудь случилось? После некоторой паузы Рудольф сказал:

– Тут… со стариком.

– Со стариком?

– Да. Может, ничего опасного нет. Но, думаю, тебе лучше приехать.

– Хорошо. Я еду.

Вернулся к столику, расплатился с официанткой. Закурил – и в это время Полина, войдя в кафе, направилась к нему.

Наблюдая, как она идет, подумал: удивительно, до чего она изменилась за последний год. Когда он впервые увидел ее в Москве, она была никем. Провинциальной девчонкой, неопытной, ничего не знающей, одной из тысяч, которые, приезжая сюда, попадают в лапы сутенеров и уже не могут из этих лап вырваться. Сейчас же она стала уверенной в себе, красивой, раскованной женщиной, умеющей в любом месте держаться с достоинством.

Год назад она попала к Чике, в «Балчуг». Чика делал с ней что хотел. Он помнит, что впервые услышал о Полине от Липницкого, – приехав к Балбочу, тот рассказал про случай, когда он откупил Полину у Чики на ночь, чтобы подложить ее под какого-то придурка из Главморштаба. Именно этот придурок спьяну и проболтался о выходе в море «Хаджибея».

Видно, в Полине было что-то такое, против чего не смог устоять сам Липницкий. Прошло время, и он втюрился в Полину, да так, что заплатил Чике, чтобы тот отпустил ее. А это деньги немалые. Потом, примерно полгода назад, Луи понял, что сам хочет сойтись с Полиной. После того как это случилось, он купил ей квартиру, машину. И вот сейчас, глядя, как она идет к его столику, понимает: он не прогадал.

Сев за столик, Полина посмотрела на него:

– Ты что?

– Ничего.

– Ты как-то странно смотришь.

– Тебе показалось. Слушай, давно хотел спросить – сколько тебе лет?

– Что это ты вдруг? Раньше не додумался?

– Не додумался. Мы сколько уже вместе, а я в твой паспорт и не заглядывал.

Пожала плечами:

– Мог бы и заглянуть. Я свой возраст пока не скрываю.

– Восемнадцать хоть тебе есть?

– Ты бы мне еще пятнадцать дал.

– Год назад ты примерно так и выглядела. На пятнадцать.

– Луи, у меня просто такой тип лица. Молодежный. А так – я уже старуха.

– И сколько же старухе?

Достала из сумочки помаду и зеркальце, подвела губы. Спрятав, сказала:

– Старухе двадцать один. Устраивает?

– Устраивает. Ладно, пошли.

Недовольно закатив глаза, встала. Когда они подошли к ее «тойоте», припаркованной на платной стоянке, он сказал:

– Сейчас разбегаемся.

– Разбегаемся?

– Да. Позвонил Рудик, мне нужно срочно ехать к старику.

Надула губы:

– Я как чувствовала, что ты куда-то уедешь. Давай я с тобой поеду? Твой старик меня там даже не увидит.

– Ласточка, не стоит. В последнее время он стал совсем плох. Мало ли что. Вечером я вернусь.

– Знаю я твое «вечером».

– Полина… Чем скорей я уеду, тем раньше мы увидимся.

– Я провожу тебя до твоей машины?

– Не надо. Найди, чем пока заняться. Вечером встретимся.

– Обещаешь?

– Обещаю.

– Смотри. – Сдула с ладони поцелуй. – Чао.

– Чао. – Он, двинувшись в глубину стоянки, к желтой «ауди», достал из кармана коробочку ремоут-контроля. Нажал кнопку. Пискнул сигнал, он открыл дверь, сел за руль. Машинально полез в карман за ключами, тут же вспомнил: ключи остались у Полины. Выругавшись, обернулся. Не хватало еще, чтобы она уехала с его ключами. Увидел: именно в этот момент Полина уже садится в «тойоту».

Выскочив из машины, крикнул «Полина!», рванулся изо всех сил. Звук, раздавшийся сразу же вслед за этим, был таким сильным, что он практически его не услышал. Что-то ударило по голове, он почувствовал, что оглох и летит по воздуху. Состояние, в котором он вдруг оказался, было настолько неожиданным, что он почти не ощутил боли, когда во время этого полета что-то резко ударило его сначала в бедро, потом в спину.

Лишь упав на землю и ощутив запах крови, смог уплывающим сознанием уцепиться за мысль: это взрыв. Взорвалась «ауди». Его «ауди».

Глава 3

Первым, что увидел Луи, открыв глаза, было лицо Полины.

Оно было где-то далеко, ему казалось, оно уплыло, как воздушный шар, к потолку комнаты и слабо качается. Трудно шевелить головой. В чем же дело?… Вот в чем: голова забинтована.

Ощутил запах лекарств. Вспомнил: взрыв. Его машину взорвали. Он в больнице.

Спросил, а точнее, попытался спросить: «Где я?» Услышав звук собственного голоса, хриплого и слабого, испугался. Он не может говорить.

Заметив, что он на нее смотрит, Полина пригнулась:

– Луи… Как ты себя чувствуешь?

– Еще не знаю. Где я?

– В больнице.

– Кажется, взорвалась моя «ауди»?

– Да, взорвалась твоя «ауди».

– Вообще, что со мной?