Анатолий Ромов – Бешеный куш (страница 14)

Луи с мрачным удовлетворением наблюдал, как все четверо изучают улицу. Он, всю жизнь обходившийся без охраны, всегда твердо надеявшийся на собственные силы и неизменно веривший в свою звезду, после взрыва решил все изменить. Все будет по-другому, сказал он сам себе, теперь не будет никаких уязвимых для снайперских выстрелов машин с двумя сиденьями, никаких беспечных посещений в открытых для любого киллера ресторанах вроде «Метрополя», никаких путешествий по Москве без охраны. Миллиарды Балбоча и то, что он очень скоро вступит во владение этими миллиардами вполне официально, не дают кому-то покоя. Что ж, он покончит с плейбойскими замашками и будет жить как серьезный финансист. Теперь он знает, что те, кто не смог его убить в силу случайности, не успокоятся и рано или поздно снова попробуют его достать. Но они его не достанут. За пятнадцать лет работы с Балбочем он достаточно поднаторел в организации надежной охраны. И уж как-нибудь сделает все, чтобы никто не смог достать его лично.

Сейчас он впервые после выхода из больницы чувствует себя полностью выздоровевшим. Ему все еще приходится брать с собой для подстраховки палку, но только для подстраховки. Раненая нога, на которую он раньше с трудом мог наступать, уже второй день слушается его, как прежде.

Охранники, включая Рудольфа, продолжали внимательно осматривать улицу. Луи показалось, что они делают это слишком долго, и он посмотрел на часы.

Поймав его взгляд, Володя сказал:

– Луи, вы сами дали нам инструкции проверять все внимательно. И мы будем следовать этим инструкциям, несмотря ни на что.

– Я не против, следуйте этим инструкциям. Но сейчас, я надеюсь, все в порядке?

– Предварительно – да.

– Мы можем выходить?

– Думаю, что да.

– Хорошо бы. Нам сегодня нужно еще в тысячу мест.

– К нам идет человек, – бесстрастно сказал Рудольф. – Похоже, мент.

Повернув голову, Луи увидел идущего в их сторону высокого плотного человека в коротком сером плаще. Из-под воротника плаща выглядывал синий шарф, из-под шарфа – белоснежная рубашка с черным галстуком. Головного убора не было.

– На изготовку, – негромко сказал Володя. Рудольф повернулся к Луи:

– Я его узнал. Это один из помощников министра, фамилия – Стрекалов. Упакован. На языке Рудольфа «упакован» означало «куплен на корню».

– Открыть окно? – спросил один из охранников сзади. Луи кивнул:

– Открой.

Стекло опустилось, человек, пригнувшись, остановил свой взгляд на Луи. Спросил с особой интонацией, в которой можно было угадать уважение и настороженность:

– Леонид Викторович? – Помедлив, добавил: – Господин Феро?

– Да, это я. А вы кто?

– Полковник внутренней службы Стрекалов. Министр послал меня вас встретить, он ждет.

Рудольф обернулся:

– Товарищ полковник, моя фамилия Гутин, я начальник охраны господина Феро. Надеюсь, вы не обидитесь, если я попрошу вас показать документы?

На лице подошедшего отразилось секундное колебание, но он тут же ответил:

– Конечно. Дело есть дело.

Достав и развернув удостоверение, показал Рудольфу. Тот кивнул:

– Все в порядке. Еще раз извините, товарищ полковник.

– Ничего страшного. Сколько вас пойдет?

– Двое, господин Феро и я.

– У кого-нибудь из вас есть оружие?

– У меня, – сказал Рудольф. – ПСМ.

– Придется оставить.

Рудольф вытащил пистолет из кармана куртки, передал его Володе. Стрекалов посмотрел на Луи:

– У вас, господин Феро?

– У меня оружия нет.

– Тогда прошу.

Выбравшись из машины, Рудольф хотел помочь Луи выйти, но тот, махнув рукой, сам открыл дверь. И сам сошел на землю, выставив вперед палку.

Когда они подошли к КПП, полковник сказал стоящему у прохода прапорщику:

– Со мной.

Прапорщик, отступив, дал им пройти. Рудольф миновал раму металлоискателя благополучно, Луи сначала был остановлен сигналом, но со второго раза, передав Рудольфу палку с серебряными инкрустациями, прошел.

В кабинет министра они поднялись на отдельном лифте. Переглянувшись в приемной с секретаршей, Стрекалов зашел в кабинет и тут же вышел. Придерживая дверь рукой, сказал:

– Леонид Викторович, министр ждет вас.

– Василий Денисович, – негромко напомнил Рудольф на ухо Луи.

Луи увидел сидящего за столом в глубине комнаты округлого невысокого человека с багровой шеей, носом-кнопкой и русыми, прореженными сединой волосами, гладко зачесанными назад. На министре был серый костюм и синий галстук. При появлении Луи он встал и, обойдя стол, направился к нему. Уже на подходе сказал с хозяйскими интонациями:

– Здравствуйте, Леонид Викторович, здравствуйте. Рад вас видеть. Проходите к столу, садитесь.

Луи пожал протянутую руку:

– Здравствуйте, Василий Денисович. Я тоже рад вас видеть. Пока они шли к столу, министр спросил участливо:

– Трудно идти?

– Да нет, спасибо. – Луи сел. – Все уже зажило. Сев вслед за ним, министр потер руки:

– Слышал о вашей неприятности, слышал. Мои молодцы работают над этим. Виновников мы найдем.

Луи промолчал. Министр, посмотрев на него, улыбнулся:

– Ладно, хватит о неприятном. Разрешите вас поздравить? Теперь вы гражданин России. Леонид Викторович, поздравляю вас.

– Спасибо, Василий Денисович.

Взяв лежащий перед ним на столе паспорт, министр открыл первую страницу. Глянул на нее, перевел взгляд на Луи:

– В соответствии с законом Российской Федерации вы как сын человека, родившегося в России, в соответствии с представленными вами документами, получаете российское гражданство со всеми вытекающими из этого последствиями. – Еще раз посмотрев на первую страницу, прочел: – «Леонид Викторович Феро, русский, гражданство – гражданин Российской Федерации». Поздравляю.

– Спасибо. – Еще раз обменявшись с министром рукопожатием, Луи спрятал протянутый паспорт в карман.

Министр несколько секунд смотрел на него с улыбкой. Сказал:

– Леонид Викторович, я хоть и в генеральском звании, но все же милиционер. Разрешите задать несколько, так сказать, чисто милицейских вопросов. Просто из любопытства.

– Пожалуйста, Василий Денисович.

– По представленным документам вашего отца, уроженца города Ростова-на-Дону, звали Борис Фертушный. Эмигрировав во Францию, он переменил имя и фамилию, став Виктором Феро. Мы по вашему настоянию утвердили вам отчество «Викторович». Мне просто интересно, чем вы руководствовались, выбрав именно это отчество? Благозвучие?

– Благозвучие ни при чем. Когда я родился, отец уже был Виктором. Значит, я сын Виктора, а не Бориса. Вот и все.

– Ну а фамилия Фертушный? Она вам не нравится?

– Дело не в том, нравится она мне или нет. Зачем мне менять фамилию, когда я уже сорок три года Феро? А, Василий Денисович?

Луи впервые заметил мелькнувшее во взгляде министра подобострастие. Все понятно. Министр внутренних дел Василий Денисович Пегов, как и все его окружение, упакован. И отлично знает, что будет упакован еще больше.

Министр поднял обе руки:

– Леонид Викторович, я предупредил, я спрашиваю просто из любопытства. – Помолчал. – Думаю, я не имею права вас больше задерживать. Вы еще не окрепли, да и дел у вас наверняка много. Впрочем, как и у меня.