Анатолий Радов – Шаги сквозь Тьму (страница 43)

Интересно, успел он поговорить со старшими штудийниками насчет пятого круга?

К середине дня я все же перебрался в карету — во-первых, и в самом деле стал замерзать, а во-вторых, с непривычки затекли ноги. Да и думать, сидя на мягкой скамье, было куда как приятней, нежели ритмично покачиваясь в седле. Вот бы еще Карага сюда перетащить…

Я отодвинул деревянную перегородку на окошке и окрикнул одного из своих демонов. Минут через пять он привез Карага на крупе своего грона. Видя, как тот отчаянно держится за руку демона, перебираясь с грона в карету, я невольно улыбнулся. А когда он на какое-то мгновение вовсе раскорячился цыпленком табака, не сдержал и смех. Левая рука цепляется за открытую дверцу кареты, правую он все так же боится оторвать от плеча демона, левая нога тянется к подножке, а правая торчит вбок, параллельно земле…

Пришлось срочно хватать его за шкирку и рывком втягивать внутрь, пока все едущие позади не разразились гоготом.

— Фух, — дрожащим голосом выдохнул он, плюхаясь на скамью. — Чуть не убился.

Я дал ему время прийти в себя и спросил о пятом круге.

— Говорил с двумя, — кивнул штудийник. — С Адгошем и Малгом. Я ведь и сам уже подошел к этой ступени, у меня в двух ветвях по нескольку заклинаний четвертого тонга. — На его лице проступила неподдельная гордость. — В Воздухе и Тьме. Так что я вроде для себя спрашивал. В Воздухе у меня…

— Чуть ближе к теме, Караг, — добродушно перебил я, и молодой демон смутился:

— Да-да, вы правы, ир Ант, я снова разболтался. А с пятым тонгом там такое дело. Адгош и Малг говорили слегка разные вещи, но я выловил общий смысл, немного обмозговал и сейчас буду говорить своими словами. — Демон замолк, наморщил лоб, словно собираясь с мыслями. И после этого начал с уверенной неспешностью: — Все дело в магической силе. Вернее, в том, как ею пользоваться. Адгош говорил о рывках, Малг о порциях побольше, но это потому, что он страшный чревоугодник и постоянно думает о жратве. И еще они говорили, что при работе с внешними тонгами нужно черпать немного другую силу. Тут, правда, не совсем понятно, объяснения туманные. Вроде как нужно научиться брать ее всю одновременно, совсем не так, как при изучении и использовании внутренних тонгов…

«Домагистральных кругов», — мысленно перевел я на ольджурские термины.

— …Вот изучая, например, «взрыв» четвертого тонга, мы подаем энергию постепенно, усиливая или ослабляя ее, а нужно не так. Нужно брать ее большими кусками. Раз, — Караг всплеснул руками, — и пауза. Потом еще — раз, и снова пауза. А вот для этого и необходимо задействовать какую-то «всю силу», чтобы каждый такой выброс был мощнейшим. Я попробовал, но, честно говоря, пока не получилось.

— Что ты попробовал?

— Принял «взрыв» пятого тонга и решил его изучить. Но так и не понял, что это за «вся сила». — Караг развел руками.

— Хм. — Я откинулся на мягкую спинку и задумался. Почему-то на ум пришел спрут. Не заклинание, которое я собрал и которым так легко «вскрыл» книгу, а животное, вернее, его способ перемещения.

— Хотел взять что-нибудь из Хаоса, но Аргадот только посмеялся, — продолжал тем временем штудийник, наверное, не в силах отказать себе в возможности лишний раз потрепать языком. Заскучал, поди, среди сложенных шатров. — И вообще, ходят слухи, что хаосы требуют эту книгу себе. Вот же сволочи. А между прочим, мой дядя, который был старшим штудийником, но два года назад умер… — Караг наполнил голос скорбными нотками. — Хороший мой дядька был, добрый. Так вот, он мне по секрету говорил, что из надстихийных ветвей самые сильные Хаос и Порядок. Свет и Тьма — что? Светом люди бьют нас, Тьмой мы бьем их, а Хаос и Порядок бьют всех. Представляете, ир Ант?

— Угу, — промычал я, продолжая размышления и уже начиная что-то понимать. А ведь тут нечто вроде волновых пакетов. Я, конечно, не физик, но разумное зерно в данном образе присутствует. Возможно, в узле, как я и подумал при работе в субрежиме, находится какая-то отфильтрованная энергия, оптимизированная под каждую ветвь, а «снаружи» та самая «вся» энергия. Или как я ее назвал — «грязная». Да, но они как-то берут эту «всю» энергию из узла, если судить по словам Карага. Черт! В чем-то они продвинулись дальше.

Впрочем, не страшно. Если я правильно понимаю, то мне пока хватит умения брать «грязную» энергию из внешнего поля, а «замешивать» такую в узле можно и потом научиться. Со временем.

— …И вообще странно, — не унимался Караг, — почему это Воздухом можно защититься от Воздуха, а Тьмой от Тьмы нельзя? В чем тут смысл? Сколько думал, ничего умного не придумал. Спрашивал у Аргадота, а он смеется. Говорит, до меня многие головы ломали и ничего не объяснили, так что забудь. А если я не хочу забывать?..

Под этот треп мы и добрались до какой-то поляны, где было решено устроить привал. Светило уже клонилось к закату, к сизому блеску снега добавилось немного красноватых оттенков, а морозец начал крепчать.

Выбравшись из кареты, я глубже натянул шапку и огляделся. Отряд аземов, шедший впереди колонны, уже разместился слева от дороги, в редком перелеске, а мы встали справа. Здесь лес был настоящий, густой, с огромными высокими стволами сейкон и других деревьев. Несколько демонов занялись установкой шатров, двадцать моих охранников, спешившись, вбивали в расчищенные от снега кружки колья длиной в локоть, которые они доставали из притороченных к седлам походных сумок. Привязав к ним гронов, демоны быстро расседлывали их и после этого отправлялись в глубь леса, видимо, за хворостом. Но не все. Четверо оставались тут. Трое стояли у одной из сейкон и не сводили с меня глаз, а четвертый занимался логом.

Я поискал взглядом Лилианну, увидел ее возле почти установленного самого большого шатра, рядом с ноги на ногу переминался неизменный Гат-Вул, что-то рассказывая.

— Через полчасика незаметно отведи Асгата к предпоследней карете и оседлай, — обратился я к Карагу, который, выбравшись наружу, стал пританцовывать, разгоняя кровь.

— Зачем? — удивился мой советник, и я бросил на него хмурый взгляд:

— Ты делай, что тебе приказывают, а не вопросы задавай.

Караг, слегка испугавшись, замер, потом пару раз кивнул, а я зашагал к Лилианне. Разговор ни о чем, улыбочки, какой-то нелепый спор с Гат-Вулом… по сути тоже ни о чем, и через полчаса, сославшись на усталость, я вернулся к своему шатру. Бегло изучил его внутри, все-таки интересно, последил немного за своими охранниками, сидевшими вокруг двух костров, после этого сделал вид, что снова иду в сторону шатра владычицы.

— Нет, — остановил двух демонов, двинувшихся следом. — Я к Лилианне, не стоит сопровождать.

Слегка помешкав, они вернулись обратно, а я, сделав большой крюк, вышел к тому месту, где меня с уже оседланным логом ждал Караг.

ГЛАВА 30

Всего несколько секунд, и я вместе с Асгатом канул в полумрак быстро наползшего на Зыбь вечера. Вспрыгнул в седло, пришпорил. Лог легко зарысил по примятому снегу, время от времени всхрапывая, отчего из его ноздрей валили такие клубы пара, словно он был не чем-то вроде коня, а самым настоящим огнедышащим драконом.

Мороз заметно крепчал, под копытами скрипел снег, мешая прислушиваться. Уверенности в том, что мне удалось уйти по-тихому, не было. Слишком уж неотступно следовала за мной в последние дни личная охрана. Ребята явно профи.

Поэтому я несколько раз оборачивался, вглядываясь в сумрак за спиной. Сизый снег давал возможность видеть метров на тридцать — сорок, и на этом участке дороги никого не было. А вот что там, за границей размытого света и тьмы, оставалось только гадать.

Но гадание — не мой профиль. Переведя Асгата на шаг, я потянул левый повод, и лог осторожно двинулся по высокому рыхлому снегу. Метров через десять я остановил его и, спрыгнув, быстро зашагал к густому кустарнику. Он скрыл нас… и вовремя. По дороге легкой рысью прошли четыре всадника и, уже почти теряясь во тьме, перевели гронов в галоп.

«Молодцы. — Я невольно дернул головой и хмыкнул. — Их задержала только седловка. Но как они узнали?»

Выждав какое-то время, я снова вскочил в седло и направил Асгата дальше по бледному снежному полотну. Возвращаться на дорогу глупо — демоны вскоре повернут обратно. А вот впереди темнеет стена леса, в котором можно затеряться.

Мы долго петляли меж деревьев. Асгат нервно пофыркивал и крутил мордой, я же внимательно смотрел вперед, чтобы какая-нибудь ветка не оцарапала лицо, не забывая иногда на пару секунд оборачиваться. Мало ли.

Но никто следом не шел. Наконец, уверенный, что мы забрались в достаточную глушь, я остановил лога. Здесь снег был еще глубже. Мне пришлось здорово попотеть, чтобы пробраться к большому поваленному стволу. Привязал Асгата к одной из толстых ветвей и, высоко задирая ноги, отошел метров на двадцать Ладно оптимизированные «срезни» — они хоть и сверкают, но слабо, а вот «щиты»… Пугать животное не хотелось.

Новые «срезни» сработали отлично. Свист, издаваемый ими в прежнем варианте, стал почти неслышим, а скорость увеличилась настолько, что видимыми диски становились лишь метрах в шести-семи от ладони. Что ж, неплохо.

Но, ударив еще пару раз, решил тренировку с водным боевым плетением отложить. Зачем лес портить? Учитывая, что бил я третьим кругом, повреждения получались серьезные. Девять дисков заметно проредили кроны двух сейкон, шумно осыпав их вниз ворохом веток и снежными водопадами, а одно из небольших деревьев и вовсе оказалось перерезанным пополам. Впрочем, случилось это по той причине, что ствол примерно в двух метрах от земли резко сгибался вбок. Будь он прямым, отделался бы глубокой, но не смертельной «раной».