Анатолий Радов – Изгой. Книги Богов (страница 15)

Мне стало интересно и я проверил гипотезу, сосредоточившись на магическом узле и старике, стоявшем напротив меня за столом. Через несколько секунд я уже понял, что старики отличаются. Или это Номан так разделился, что каждая его ипостась проявляет себя больше в одном из магических полей. Вот этот передо мной — вокруг него ореол из магии воздуха, а тот старик, что созерцает шар — он прямо пышет надстихийной Тьмой.

— Ты прав, мы боги разных миров, — заговорил один из молчавших до этого стариков, и я сразу просканировал его. Вода. — Каждый из нас.

— А почему всего четверо? — не очень учтиво перебил я. — Где остальные шесть?

— Это ты узнаешь позднее, — невозмутимо продолжил бог водного мира. — Пока тебе достаточно знать, что ты прав. И как ты уже догадываешься — я бог Воды.

Воды? Стоп. Большая часть Отума — это океаны. Суши тут совсем немного. Всего один континент и Вальтия!

— Номан? — спросил я, глядя ему в глаза.

— Нет, — он улыбнулся. — В этот раз ты ошибся.

— Аквирс, не отвлекай, — взглянув на него, проговорил старик, озадачивший меня игрой в местные шахматы. — Мы все хотим узнать, какой путь он выберет в игре, ведь так?

Трое Богов с ним молчаливо согласились и он снова сосредоточил взгляд на мне. — И так, Антон, Ант-Изгой, человек с планеты Земля, слушай внимательно. У этой игры всего два правила. Первое — для любой фигуры ты можешь создать любое правило, но оно не должно приводить к окончательной победе с одного хода. И это правило становится правилом игры. Второе — ты не можешь создавать правила если у тебя осталась одна фигура.

Сказать честно, я на мгновение завис, потом быстро просчитал пару вариантов. Если я своей фигурой побью его фигуры, оставив одну, то он не сможет создать своё правило, однако и моего будет достаточно, чтобы у нас двоих осталось по фигуре. И что тогда? Ничья? Если же я оставлю ему две фигуры, он сможет оставить у меня одну и затем создать своё правило и уничтожит мою фигуру со второго хода. Хм. А почему собственно я должен начинать?

— Если у каждого игрока останется по фигуре и не будет правил, чтобы уничтожить эти фигуры — значит ничья? Да, и почему первым должен ходить я?

— А разве кто-то говорил, что первым будешь ходить ты? — все четверо Богов одновременно ухмыльнулись, а спросивший даже позволил себе довольно широкую улыбку. — Ход твоих мыслей характеризует тебя, — продолжил он, быстро вернув лицу серьёзность. — Ты считаешь, что всегда должен начинать первым. Ты — это действие. Но ты и мысль. Прежде чем ввязаться в игру, ты провертел в мозгу несколько вариантов. Однако слишком мало. Ну, так ты готов играть?

Я молча повертел головой и Боги переглянулись. Повисло недолгое молчание. Наконец, тот, которого я ошибочно принял за Номана, заговорил.

— Это очень мудрое решение, Ант. Ты слишком плохо знаком с игрой и ввязываться в неё не разобравшись — это безумие. Боги не любят безумцев. Они любят решительных, смелых, мечтателей, готовых на всё ради идеи, но не безумцев. Нельзя заходить за грань. Присаживайся и задавай свои вопросы.

Он указал на каменное кресло, которое вдруг оказалось справа от меня. Я недоверчиво потрогал его рукой, уселся и обвёл божественных старцев взглядов. Заметил, что внутри машинально проснулось что-то властное, привык уже, вот так сидя в подобных креслах, отдавать приказы.

— Я здесь случайно или по вашей воле? — спросил первым и делом и снова увидел усмешку на солончаковых, изрытых морщинами лицах.

— Смертные всегда хотят узнать самое главное. Смысл жизни, — Бог Воды покачал головой, и его длинная борода закачалась словно маятник. — Почему всегда с самого начала нужно задавать последний вопрос? Ну, вот узнаешь ты — случайность твоё присутствие в Отуме или нет, и что дальше? Что после этого ты захочешь ещё узнать? Не лучше ли начинать с простых вопросов?

— Не бывает простых вопросов, — выдал я и уставился на водного Бога с таким видом, что тот даже не стал противоречить, а лишь пару раз кивнул.

— Это самый наглый смертный, — раздался справа голос Лилианны, и я удивлённо повернул голову. Да, она самая. Демонесса с божественно красивым лицом и фигурой.

Четвёртый дедушка отсутствовал, и поэтому, после лёгкого укола внутри, я сразу же успокоился.

— Сам давно хотел хорошенько поработать с «иллюзиями», — сказал, после того, как тяжело сглотнул слюну. Всё-таки эффект этот старичок на меня произвёл, не скрою. — Это у вас на основе Тьмы?

— Боги меняют облик не с помощью «иллюзий». Для нас это доступно без всякой магии, — сексуальный образ Лилианны быстро превратился в старика. — Ты будешь отвечать на его вопрос? — посмотрев на «коллегу», с лёгким недовольством протянул он.

— Попробую, — губы водного Бога тронула едва заметная презрительная ухмылка. Ну, понятно, считает меня глупым смертным, который всегда всё делает не так. А по большому счёту — какая разница с чего начинать? Дай мне ответ на основной вопрос и всё остальное я пойму сам. Или в этом случае твоя божественная самооценка упадёт?

— Не упадёт, — сурово перебил мои размышления дедуля. — Понять частности из общего… Не всегда можно протянуть эту нить, не всегда таким путём можно прийти к истине. Истина и красота… — он задумался, пошевелил губами, словно что-то пережёвывая и, видимо, решив перейти к конкретике, продолжил. — Ты хочешь знать божественная ли воля перебросила тебя в другой мир или это случайность? Ант, ты же сам уже догадался, что между десятью мирами когда-то существовали порталы. К тому же существа из разных миров, умевшие создавать их, очень часто перемещались из одного мир в другой. Нет ничего в этом необычного.

— Значит, случайность, — подытожил я, и Бог Воды молча кивнул. — Хорошо, тогда следующий вопрос. Могу ли я прямо сейчас вернуться домой?

В огромном помещении повисла тишина, которая продлилась несколько секунд, за которые я и сам мысленно успел ответить на свой вопрос. Бог Воды улыбнулся.

— Вот видишь. Некоторые ответы ты знаешь сам. Задавай следующий вопрос.

— Книга Целительства, — коротко выдохнул я и, напряжённо поглядев на собеседника, добавил. — Скажите, а зачем вообще Вы отдавали книги тем, кто приходил сюда?

— Это условие данного мира, — неторопливо заговорил тот, что созерцал тёмно-синий шар и мне пришлось повернуть голову. — В других мирах мы не стремимся распространять магию, но в Отуме выбран именно этот путь. Как ты уже догадался, Отум — это мир Крови. Когда-то этой магией здесь владели все, ещё очень давно, но Номан решился на эксперимент. Он привязал магию к определённому генотипу, а точнее, он развил эту магию у одного сильного племени людей, которое вскоре покорило другие племена и стало правителями земель, на которых теперь находятся Ольджурия и Руания. Зачем? — повторил старик-бог мой мысленный вопрос и так же неспешно продолжил. — Номан, да и мы тоже, хотели знать, что будет с миром, в котором власть зиждется исключительно на магии. Оказалось — это не лучший путь и тогда мы решили изменить существующую ситуацию. Мы распространили миф о книгах Богов, которые можно добыть в Обители Богов, среди сэтов. И таким образом у магов Отума появилась возможность выучить все ветви. А что происходит, когда ты становишься магистром в восьми ветвях, ты уже знаешь.

— Могу изучать девятую ветвь, — кивнул я. — И десятую. Их всего десять?

— Да.

Короткий ответ, и таким тоном, словно что-то хотят скрыть. Или мне показалось?

— Знаете, а ведь ничего от книг в Отуме не поменялось, — сказал я, обведя взглядом всех Богов и снова задумавшись о том, где остальные шесть. — Лично я не встретил ни одного супер мага, который был бы магистром во всех ветвях и изучал девятую ветвь.

— Такие есть, — прервал меня Бог Воды. — Но всё дело в том, что они прислуживают правящей верхушке Ольджурии, а не пытаются вернуть в Отум гармонию и свободу.

— Так почему бы вам самим не исправить такое положение вещей? — решил в этот раз прервать я. А что? В самом деле. Сидят тут в своей обители четыре Бога и ничего не делают для того, чтобы отменить то же рабство, например.

— Мы не можем что-либо поменять в этом мире без согласия его Бога, — не очень дружелюбно ответил «водяной».

— А где он, кстати? — снова попытал я счастья, но мой вопрос остался без ответа.

— Но, как ты успел, заметить, — словно я и не спрашивал ничего, продолжил Бог Воды, — В Отуме живут не только ольджурцы. Есть ещё и те, кто ждёт тебя перед Безмолвным лесом, есть вальтийцы. Номан возлагал надежды и на первых, и на вторых. Но первые не слишком увлеклись магией, а вторые после нескольких неудачных войн с Ольджурией, успокоились и решили, что их личный покой дороже всеобщей гармонии.

Старик замолк и указал рукой на шар. Я посмотрел и увидел, что шар стал прозрачным, а внутри него, не поддерживаемая ничем, висела магическая книга, сияя словно маленькое белое солнце.