Анатолий Половинкин – Мир надежды (страница 9)

– Понимаешь? А ведь ты, считай, не видел еще ничего. Ничего не испытал, ничего не попробывал. Это был просто кусок тропического пляжа, перенесенного в компьютерную матрицу. А что с тобой будет, если ты побываешь в мирах, сотворенных человеческой фантазией, с очень богатым воображением? Испробуешь все то, что может предложить тебе «Мир надежды».

Жорка не ответил, он прижал бокал к своим губам и, обжигаясь, делал глоток за глотком. Он буквально испытывал физическую потребность в кофе, в надежде на то, что тот поможет ему собраться с мыслями. И все это переварить. Он чувствовал себя как при запоздалом шоке. Только было ли это вообще шоком? Скорее нет, это было какое-то совсем иное чувство.

– Так как возвращение? – спросил Герман. – Тяжело вновь оказаться в прежнем теле и в унылой повседневной обстановке?

– М-да, – пробормотал Жорка, вновь беря в руки шлем. Осмотрев шунты нейросети, он добавил:

– И все это воздействие происходит благодаря этим штукам? А я-то был уверен, что виртуальный мир – это обычное 3D.

– Если бы это было обычное 3D, «Мир надежды» никогда бы не имел такого успеха, и не приобрел такое огромное количество фанатов. Как я уже и говорил, в том, что мы привыкли называть виртуальной реальностью, просто обычная имитация, персонаж, в которого воплощается игрок, машет руками и ногами, стоя посреди комнаты, а все его беседы и диалоги с другими людьми, выглядят как разговоры с самим собой. Здесь же ничего подобного нет. Сознание как бы переносится внутрь программы, а человек остается совершенно неподвижным, словно в коме. Он не движется, не может управлять своим телом. Не может даже снять шлем. Все происходит на подсознательном уровне. И вот в этом-то и вся фишка.

– Но ведь вроде бы считается, что для того, чтобы восприятие было полным, необходимо погружаться в специальную капсулу или хотя бы надевать какой-то особый костюм, – сказал Савельев. – Во всяком случае, так показывают в фантастических фильмах.

– Так считалось до сих пор, – подтвердил Герман. – Но, как показали события, совсем не обязательно все должно быть именно так.

– С чего же все началось?

– А началось все чуть больше года назад, когда никому не известная компания «Виртуал Глобал» выложила в сеть демоверсию «Мира надежды». Это был мир компьютерной ролевой игры «Скайрим», перенесенный в виртуальность. Но не так, как это было двадцать лет назад, когда игру просто переделали в 3-D. А с полной интерактивностью. В «Мир» можно было погружаться при помощи обычных 3-D очков, но это уже было совсем иное восприятие. Все предметы, имеющие в игре, можно было использовать, с каждым персонажем можно было вступить в контакт, вовлечь его в беседу. Все было прорисовано настолько тщательно и качественно, что казалось настоящим. Словом, зрительное восприятие ничем не отличалось от восприятия реального мира. Кроме, естественно, одного, ничего нельзя было почувствовать. Зрение и слух, вот два органа, которые были задействованы.

И, в то же время, по сети запустили широкомасштабную рекламу специального шлема виртуальной реальности, который выпускается и продается только компанией «Виртуал Глобал». В рекламе говорилось, что этот шлем дает возможность всем погрузившимся в «Мир надежды» получить полное восприятие виртуального мира, где будут задействованы все пять органов чувств. Одним словом, все будет восприниматься как настоящее, как существующее в реальности, а не просто нарисованное на экране монитора.

Разумеется, поначалу никто в это не поверил. Но, как известно, дыма без огня не бывает, и пользователи постепенно решили все-таки попробовать, что же в действительности дает почувствовать шлем от «Виртуал Глобал». Впечатления оказались настолько потрясающими, что для человечества фактически началась новая эра. Правда, сама виртуальная игра не прижилась, и была постепенно вытеснена другими искусственно созданными мирами. Ну, сам подумай, кому захочется получать топором по голове в виртуальной битве, если ощущения от удара будет самым настоящим, а из собственной головы брызжет кровь и вылезают мозги. Конечно, смерть в виртуальности означает лишь то, что пользователь приходит в себя и возвращается в реальность. Но это уж слишком неприятный и шокирующий способ выхода из игры. Желающих поучаствовать в таких сражениях оказалось очень мало.

Но компания не дремала, и запускала в ход миры, гораздо более приятные и дающие возможность пользователям получить все больше и больше самых разнообразных наслаждений. С одним из таких миров ты познакомился только что сам.

Зачарованный рассказом, Жорка потягивал свой кофе. Он пытался представить себе, какими могут быть другие миры, и от этого у него буквально шла кругом голова. Ведь они же могли превосходить любое его воображение.

– Невероятно, – тихо и восторженно выдохнул он.

– Да, невероятно, – подтвердил Герман. – Но факт.

– Как же это все создается? Такое огромное количество миров. И это же ведь не просто картины, не фоны природы, перед которыми человек воображает себя отдыхающим на морском берегу, не павильоны. Это словно часть реального мира, со всеми физическими законами, где каждый предмет обладает своими свойствами, идентичными настоящим.

– Все верно, – подтвердил Герман.

– Сколько же народу работает над этими мирами? Сколько задействовано программистов? Я хоть и профан в этих вопросах, но все же даже я представляю, как все это невероятно сложно и громоздко. Здесь уже даже не сотни, а тысячи программистов нужны.

– Насколько мне известно, над «Миром надежды» работают десятки тысяч программистов по всему миру. Офисы корпорации «Виртуал Глобал» имеются почти во всех странах. Сейчас это самое престижное место работы.

Савельев был потрясен. Все это звучало как сказка, как фантастика, плод человеческого воображения. Впрочем, это действительно было плодом человеческого воображения.

– Только вот как же это… Если виртуальность способна заменить собой почти весь реальный мир, то люди же вообще не захотят выходить из нее. Кому нужны будут, к примеру, туристические бюро, когда можно, не выходя из своей квартиры, посетить любую точку земного шара, побывать в самых экзотических местах планеты. И это куда безопаснее, чем настоящие путешествия. Никаких хлопот, затрат, и прочего. Кто захочет идти в ресторан, чтобы отведать экзотических блюд по баснословным ценам, когда все это можно попробовать в виртуальности? Это же ведь гигантский убыток всей экономики.

– И еще какой, – согласился Герман. – Когда только появился «Мир надежды» его никто не воспринимал, как конкурента хоть кому-нибудь. А когда отдельные политологи начали говорить о том, что виртуальность может нанести колоссальный удар по всем отраслям, их поднимали на смех. Причем громче всех смеялись эти самые турфирмы и представители прочего развлекательного бизнеса. Они-то уж были уверены в вечной востребованности своих услуг. Но потом, когда они осознали размеры постигшего их бедствия, было уже поздно. «Мир надежды» захватил умы и души огромного количества населения. Ежедневно все новые и новые миллионы пользователей подключались к виртуальности, чтобы погрузиться в этот невероятный и непостижимый для их умов мир. Тогда представители развлекательного бизнеса объявили настоящую войну корпорации «Виртуал Глобал», и попытались надавить на правительство, чтобы запретить «Мир надежды» или, хотя бы, значительно ограничить его возможности. Но из этого ничего не вышло. Те, кто стояли во главе корпорации тоже надавили на кое-какие рычаги. Они платили огромные налоги, которые поступали в казну, настолько гигантские, что они легко покрывали убытки, которые терпели страны от потери доходов от развлекательного бизнеса. Во-вторых, многие передовые государства стали пайщиками «Мира надежды», а это значит, что в карманы власть имущих потекли большие барыши.

– Коррупция, везде коррупция, – произнес Жорка.

– Деньги, – поправил Герман. – Это мерило всего. А человечество, ради получения наслаждения, пойдет на все. Никакой алкоголь, никакие наркотики не способны сравниться с удовольствиями, которые может дать «Мир надежды».

И Савельев поверил в это. Еще вчера он воспринял бы это как глупость, назвал бы таких людей безумцами, но сегодня он был готов поверить и не в такое. Еще бы, ведь теперь он сам испытал на себе то, что способна дать человеку виртуальность.

7

Жорка допил свой кофе и посмотрел на дно бокала.

– Почему такое название «Мир надежды»? – спросил он. – Тебе не кажется, что было бы правильней назвать его «Миром мечты» или еще чем-то в этом роде? Виртуальность же дает человеку воплотить в реальность все его мечты и желания.

В ответ Герман пожал плечами.

– А что такое мечта? – сказал он. – Мечта – это и есть надежда. Человек мечтает, следовательно, он надеется на то, что его мечта воплотиться в реальность. И «Мир» как раз и дает возможность реализовать это надежду. Потому и «надежда». Кроме того… – Герман помялся. – Этот мир дает надежду неизлечимо больным снова ощутить себя здоровыми.

– Ты имеешь в виду таких как я? – спросил Савельев.

– Не только. Я имею в виду тех, кто действительно болен, кто страдает от непереносимых болей, которые не способны уменьшить никакие обезболивающие препараты.