Анатолий Подшивалов – Неизданные записки Великого князя (страница 41)
Взлетела ракета, аэропланы улетели за предел видимости, потом они появились и на большой скорости один за другим спикировали на позиции. Несмотря на расстояние, было видно, что взрывы поднимают на воздух землю, бревна, доски, перемалывая условную позицию противника.
Всего было шесть взрывов как и положено.
После этого "Ансальдо" с ревом прошли на полной скорости над нашими головами, выполнили разворот и один за другим совершили четкую посадку.
После того, как аэропланы зарулили на стоянку, Кетлинский предложил желающим посмотреть на результат бомбардировки.
Я тоже поехал с четой Деникиных. Зрелище было впечатляющим: шесть крупных воронок практически по линии окопов, блиндаж сел одним углом (жаль, не было прямого попадания), зато артиллерийская позиция была полностью накрыта — от имитации орудия ничего не осталось.
— Третье действие вам особенно удалось, адмирал. Я было настроился скептически, у нас только Краснов понимает немного в авиации, остальной генералитет до сих пор считает это чем-то вроде цирка, но теперь я вижу — это грозное оружие, и будущее именно у ударной авиации, а не у разведчиков и посыльных на аэропланах.
— Ваше высокопревосходительство, я очень рад, что теперь вы разделяете мою точку зрения на использование авиации. Мне бы хотелось, во-первых увеличить штат школы привлечением русских курсантов до 20 человек с обучением опытных летчиков в 2 месяца. За это время закупить и собрать здесь 2–3 десятка "Ансальдо" и тогда можно говорить о массовом боевом применении. Во-вторых, еще мне хотелось бы провести охоту за красными бепо у Царицына, там как раз идут бои с широким использованием бронепоездов с обеих сторон. И чей бронированный кулак будет мощнее, тот и сокрушит противника. К сожалению, кроме поручика Грацци я никого из итальянцев в бой против бепо послать не могу и, как мне ни страшно потерять моих лучших пилотов и заместителей, никого, кроме Серджо и Кетлинского у меня сейчас нет.
— Хорошо, мы подумаем над закупкой в кредит у ФИАТа их аэропланов. Начинайте набирать курсантов, адмирал.
Мы вернулись к трибунам. Я увидел, что милая белокурая барышня, которой Кетлинский приносил собственный венский стул, мило беседует о чем-то с Серджио, а метрах в двадцати Кетлинский неприязненно наблюдает эту картину. Ну вот, только Монтекки и Капулетти мне не хватало, устроят еще воздушную дуэль…
Ко мне подошел полковник Баранов
— Ваше высокопревосходительство, хотел бы обратиться к вам с просьбой
— Слушаю вас, Вячеслав Григорьевич!
— Ваше высокопревосходительство, разрешите подать рапорт о зачислении меня в вашу школу и еще двух опытных летчиков приведу с собой. С генералом Красновым согласовано
— Давайте по имени-отчеству, так удобнее. Конечно, подавайте. Французским владеете? С времен кадетского корпуса и николаевского инженерного училища как то не приходилось практиковаться, но, думаю, что вспомню.
— Так вы инженер по военному образованию. Прекрасно. Буду рад вас видеть.
— Когда можно приступать к занятиям?
— Чем раньше, тем лучше. Думаю устроить охоту за красными бепо на Донском фронте в районе Царицына.
— Отлично, я только в Новочеркасск и назад, вместе с моими сослуживцами-авиаторами. Один из них — бывший гвардеец, точно с французским у него все в порядке.
Генералы собрались разъезжаться. Я принимал поздравления, представление понравилось. Но должным образом его оценил Деникин, да еще Краснов с Барановым. Врангель с Виташевским отделались дежурными фразами.
Видимо, лучше и правда, строить школу в Новочеркасске, столице Вольного Дона. И до линии фронта ближе, тут уж просто гнилой тыл во всех отношениях. Аэропланы из Новороссийска по железной дороге прекрасно доедут, если с охраной из донцов, а не из вчерашних гимназистов, всяких там НиколЯ и Вольдемаров. На следующий день я представил Краснову проект школы, чертеж аэродрома с ангарами, казармами для роты аэродромного обслуживания, жилья для механиков, летчиков постоянного и переменного состава, коттеджами для руководства школы, собственно здания школы, медицинского пункта с жильем для доктора и фельдшера наблюдательной вышки, откуда производится руководство полетами, мишенное поле с мишенями и приспособлениями для их буксировки, чтобы не подвергать риску водителя грузовика. Штатное расписание с жалованием. Список необходимого оборудования, начиная с аэропланов, автомобилей, бензина и бомб: учебных и боевых. Рационы техников и летчиков и многое еще другое.
Краснов бегло просмотрел схему городка, спросил, что это за вышка, — я объяснил. Посмотрел на штатное расписание, хмыкнул:
— Что же такое маленькое жалование себе положили как начальнику школы, да и замов надо поощрить.
— Я еще как шеф авиации и флота получаю.
— Все равно мало, — и Краснов увеличил цифры вдвое.
— А почему так много аэропланов?
— Я думаю, что школа — еще и центр переучивания на итальянские аэропланы и вижу его вообще как Центр боевого применения авиации ВСЮР, где летчиков будут учить прицельно стрелять из пулемета, вести воздушные бои и много еще всего другого. Просто сейчас важнее выпустить полсотни бойцов, способных не только бросать бомбочки для испуга врага, а полноценно разрушать укрытые объекты, охотится за бепо, вооруженными пароходами и прочим, что нужно для наступления вдоль Волги. В ближайшее время я выпущу несколько охотников за бепо, пусть покажут себя при штурме Царицына. А аэропланы, которые я прошу закупить немедленно у ФИАТа в количестве не менее 50–70 штук, проведем через бюджет ВСЮР, я после вас пойду к Главкому. Каждый выпускник Школы или Центра, пока наверно, Школы будет учиться на своем аэроплане, который получит после обучения и улетит на нем в свою часть.
— Тогда у вас от желающих отбоя не будет, каждому захочется получить новый аэроплан.
— Мы будем принимать не всех, а только опытных пилотов и введем специальный экзамен по пилотированию. Мы сможем готовить воздушных бойцов (вернее, переучивать на новую технику и показывать новые ее возможности) за месяц-два максимум.
— Хорошо, оставьте мне бумаги, я дам ответ завтра.
Деникин встретил меня тепло: Ну, герой дня и шпрехшталмейстер воздушного цирка, проси награды.
— Я хочу поощрить летчиков и техников, выступавших на показе из сумм в моей чековой книжке. Отчет по текущим финансам школы я представлю через пару недель.
Главное, я хочу вашего одобрения на закупку 70-100 аэропланов "Ансальдо" у ФИАТ, таких как вы видели вчера. Моя Школа, а в дальнейшем Центр переучивания и боевого применения авиации ВСЮР будет учить опытных летчиков летать на новых аэропланах и эффективно их применять (я практически повторил то, что перед этим говорил Краснову, только увеличил количество аэропланов — сейчас Главком урежет мои аппетиты пополам и будет еще ничего). Мне нужны эти аэропланы через месяц, то есть, их надо закупать уже сейчас.
— Вот мой рапорт о закупке техники.
— А почему вы закупаете и бензин, разве наш так плох.
— Антон Иванович, нашим бензином только моторы гробить — это неразумно, моторы дорогие и если срок службы их сократится вдвое, то лучше уж закупать топливо, тем более, в кредит. Мы экспериментировали с нашим бензином — итальянские техники наотрез отказались им заправлять двигатель, а двигатель того аэроплана, что на нем летал уже пришлось ремонтировать. Кстати школа будет готовить и техников, умеющих обслуживать и ремонтировать Ансальдо. Уже 15 наших механиков там учатся и через месяц они будут готовы самостоятельно работать.
— Да, все у вас продумано. Все же оставьте бумаги, я завтра дам вам ответ, надо уточнить у начальника тыла и снабжения…
— У того, что допустил разграбление парохода?
— Нет того отправили в отставку, а 2 его помощников — под трибунал.
— Спасибо! И последнее. Генерал Краснов предложил мне сделать Школу, а позднее — Центр у него в Новочеркасске. Обещал построить все сооружения. Краснов понимает в авиации и у него дельный начальник авиации — полковник Баранов. Я не всегда могу быть в Школе, настанет день и появятся новые задачи, которые вы мне поставите. Вот пусть и вырастают командные кадры. Я сейчас вижу, что мои замы могут возглавить дело, особенно Кетлинский, да и Баранов был лихим командиром авиаотряда (но у него и так генеральская должность, зачем ему искать добра от добра?). Но Краснов предложил мне, так, сказать, наземную помощь, чего я не увидел от Кравцевича, он смотрел на мои аэропланы как на ненужную обузу, игрушки князиньки. Буквально все надо было выцарапывать, начиная от устройства быта летчиков: я-то помню, как он их по клоповникам рассовал и холодной кашей из солдатского бачка кормил.
Поэтому и не хочу больше иметь с ним дело. Надо иметь дело с теми, кто видит чуть дальше своего кончика носа.
— Хорошо, адмирал, можете быть свободны.
Я отправился на аэродром, заехав в банк и обналичив очередной чек, в писчебумажном магазине купил пачку конвертов и папку из кожи под бумаги, не забыв выписать счет.
Прибыв на аэродром, я застал всех в приподнятом настроении. Попросил Кетлинского собрать личный состав — летчиков и техников через час. Спросил:
— Кетлинский, какое у вас жалование? И составьте мне список личного состава -
Сверху вы, потом Серджио, потом итальянцы — сначала те, кто не допустил промаха по мишеням, потом другие трое, все построчно, потом список техников.