Анатолий Подшивалов – Господин Изобретатель. Книги 1-7 (страница 270)
Услышав про Эфиопию, генерал сказал, что, по агентурным данным от британцев, люди эмира Салеха захватили и разграбили Аддис-Абебу, но на следующий день ушли, уводя тысячи пленных, после чего спалили город. Эфиопские войска, дислоцированные в Аддис-Абебе, отступили в горы, в район Энтото — старой резиденции негуса (господствующая высота над городом), откуда обстреливали войска Салеха и собственную столицу из орудий, так что, еще неизвестно, кто зажег город.
В Южной Африке, по словам генерала, у нас интересов нет (разве что едут туда всякие восторженные мальчики), вот и капитана Максимова[802] от Главного штаба пришлось направить, чтобы получать информацию "из первых рук". Я подумал, что у меня-то там интересы есть и если Базиль сейчас поставит кучу гранат бурам, то жизнь "сэров" может существенно поплохеть.
— Николай Николаевич, — обратился я к генералу, — а что, если остаток моих гранат поставить корейцам, японцам в Корее станет от этого жарче. И что там планируется с поставкой оружия для королевы Мин, не успеем мы ей хотя бы несколько ящиков гранат загрузить? "Три святителя" еще только через месяц уйдут, а там и остаток, не выбранный китайцами, созреет, вот и будет славно, когда с двух сторон японцев прижмут.
— Боюсь, Александр Павлович, там все не так радужно выглядит. Даляньская группировка японцев накопила силы и бригада генерала Ноги[803] фланговым маршем захватила Мукден, отрезав северные провинции Китая и создавая угрозу для Пекина с севера. То есть, теперь японцы будет продвигаться на Пекин с трех сторон, Вэйхавейская группировка самая сильная и уже начала движение на китайскую столицу, охватывая ее с юга, они подошли к фортам Таку, но не стали их штурмовать, а просто блокировали, оставаясь в недосягаемости от орудий фортов. И японцы все продолжают и продолжают возить свои полки через море, они теперь там хозяева: китайский адмирал Дин Жучан сидит в Чемульпо без угля и боеприпасов, на один бой снарядов ему еще хватит и все…
Вернувшись домой, мы получили еще приглашения в Зимний на пятницу, 10 ноября, а Хакиму было предписано срочно сдать свои бумаги, подтверждающие его эфиопский титул, а также свидетельство о крещении в канцелярию Министерства двора. Пришлось ему сразу и съездить обратно на Дворцовую. Из всего этого я сделал вывод, что Хакиму "светит" российское дворянство и по прибытии обучал его отвечать на приветствие и награждение как подобает дворянину. Вот меня вроде награждать не за что, тем более, что мне назначено на три часа позже, видимо, когда пройдет церемония награждения.
К сожалению, Хакима я не дождался, на парадном мундире тайного советника места уже не хватает, орденов уже столько, что иностранные я не стал надевать, да и звезда только старшая — ордена Александра Невского, он же на шее, потом Анна с мечами и Станислав — оба первой степени из-под борта мундира на второй пуговице, чуть ниже — Владимир 3 степени с мечами и слева на мундире — Владимир 4 степени с мечами (боевые ордена с мечами носятся всегда, независимо от наличия старших степеней). Справа — магистерский значок (помню, что уже раз получил "фе" от императора за его отсутствие). Сунул в прорезь шпагу — все, вроде готов, Маша осмотрела меня придирчиво и тоже осталась довольна. Подъехав к Зимнему, увидел довольного Хакима, который похвастался Станиславом 3 степени с мечами, и, конечно, дворянскую грамоту показал. Потом Ефремыч увез "свежего кавалера"[804] домой, обещав приехать за мной через час, а я проследовал за флигель-адъютантом.
Император встретил меня в кабинете и сразу приступил к делу:
— Надеюсь, не забыл наш уговор, купец? Ты мне говорил как-то, что настоящее купеческое слово как царское — тверже гороха? Вижу, что не забыл. Я так подумал, что "Управляющий", звучит как-то несерьезно, как "имением управляющий", поэтому учредил с сегодняшнего дня должность моего Наместника на Дальнем Востоке[805] и назначил на нее действительного тайного советника князя Стефани-Абиссинского, с задержкой начала исправления должности до февраля следующего года. А чином поздравляю сейчас, успеешь пока новый мундир построить! — царь вручил мне сафьяновую папку с документом на чин.
— Служу Престолу и Отечеству!
— Да, хотел у тебя спросить, брат мой Алексей носится с идеей разгромить японский флот уже сейчас, если к нашим силам присоединятся один-два новых броненосца, да еще китайцам уголька в Чемульпо подбросить — пусть вылезут из норы и куснут японцев за задницу.
— Государь, я не знаю выучку наших комендоров, на "Двенадцати апостолах" и "Рюрике" она сейчас никакая, там еще из своих орудий вообще не стреляли, разве что набрать туда опытных артиллеристов и они проведут по пути в Мозампо пару-тройку учебных стрельб и "притрутся" друг к другу… Тогда еще есть шанс, а что с остальными кораблями? Вот приму должность, первым делом смотр проведу, но не строевой, у кого лучше сапоги начищены и бляхи надраены, а кто куда из пушки попадает и как маневрировать умеет — вот тогда все ясно будет, сможем побить японцев или нет.
На суше без завершения Транссиба и пробовать не стоит — сомнет японская регулярная пехота, да при поддержке артиллерии наших казачков. Поэтому реальное начало боевых действий — года через три, когда мы в строй введем четыре-пять новых броненосцев и столько же броненосных крейсеров и завершим дорогу. Перебросим по Транссибу полки из Центральной России, хорошо оснащенные артиллерией и пулеметами и полностью укомплектованные. Только что-то мне говорит, что японцы не дураки и начнут войну сами, до окончания строительства Транссиба, на год-два позже того, как разобьют китайцев. Расплатятся китайской контрибуцией за американский кредит и тут же возьмут у кого-то новый, им его дадут, даже дружественные нам на бумаге французы.
— Ты что же, хочешь сказать, что мои моряки стрелять не умеют? Кто же тогда третьим выстрелом японцу пушку сбил?
— Ваше величество, я всего лишь сказал, что не знаю реальной выучки экипажей Тихоокеанской эскадры, но то, что у "Двенадцати апостолов" и "Рюрика", на которые так все надеются, они никуда не годится, это я и так могу догадываться. По сухопутным силам — японцы сейчас вообще угрожают нашим границам, так как на днях взяли Мукден, это мне позавчера генерал Обручев сказал. Мукден — это ключ к Манчжурии, столица старой империи Цинской династии, которая сейчас правит в Поднебесной, там могилы древних цинских императоров, святыни Китая — это если бы у нас враги Москву с Кремлем взяли.
— Странно, ни Ванновский, ни Обручев не придали большого значения взятию Мукдена, для них это всего лишь точка на карте, а тут вон какая политика может быть…
Государь еще поговорил со мной о Хакиме, как он геройски освободил наше посольство. Посол Артамонов просил ему офицерского Георгия, но Георгиевская Дума точно бы не одобрила, поэтому дали только первый по очереди орден, но зато с мечами. Был бы Хаким на военной службе — была бы ему "клюква"[806].
— Может, отпустишь своего телохранителя ко мне в охрану, сразу чин вахмистра получит, потомственный дворянин все же теперь, а если сможет сдать экзамен на офицера — то и звездочки на погоны. Да, вот еще к тебе дело: мне императрица дала сыр выделки твоего брата попробовать — отменный вкус, пусть присылает на дворцовую кухню, только укажет, от кого — я распоряжусь по Гофмаршальской части Министерства двора.
Вернулся домой, там уже все поздравляли Хакима и готовился праздничный ужин. Я тоже поздравил его и сказал о своем будущем назначении и о предложении государя, чтобы он мог выбрать, но Хаким сказал, что куда я — туда и он. Потом сели за ужин, где героем дня был Хаким, стол был накрыт там, где обычно ели слуги, так что все уместились, кроме Аглаи и Маши, которые не захотели есть со слугами, Маша, правда, сослалась на отсутствие аппетита и кухарка сварила для нее куриный бульончик, который моя жена с аппетитом съела вместе с пирожками. Пока Маша ела, пришел портной из МИДа для построения нового мундира (как и в прошлый раз, за мой счет, но засчитывается сдача старого мундира с шитьем). Портной поздравил меня с повышением и сказал, что надеется сшить мне канцлерский мундир (а что, это всего лишь следующий чин, какие наши годы!). Я посмотрел, что старик искренне рад за меня, а не только надеется получить сверху четвертной, как и в прошлый раз). После того, как все обмеры закончились и портной упаковал старые мундиры, пригласил его отметить со всеми дворянство и орден Христофора — моего друга и телохранителя. Мастер тут же согласился, ему было интересно посмотреть на новоиспеченного дворянина и кавалера.
На следующий день написал письмо брату, где указал, что переведу ему деньги на развитие дела и договорился, что он поставит в ближайшее время в Гофмаршальскую часть для кухни его величества лучшие головки сыра нескольких сортов, указав подробно, от кого, Просил не подвести, я за него поручился. Надеюсь, что скоро он будет первым на Урале поставщиком сыров для двора ЕИВ, на что ему должны дать бумагу и после этого он может указать это на вывеске и на клейме товара (к клейму добавляется двуглавый орел).