Анатолий Патман – Вот и свела нас судьба (на войне как на войне) (страница 33)

— Иван Фёдорович сказал, что девятому корпусу много полевой и осадной артиллерии сверх штата дали, вот часть и отправили сюда. А пехоты нам мало послали, так как и в Никополе турок много сидит. Вот Осман-паша как бы до сих пор сидит в своём Видине. Сведений о его выходе из крепости пока как бы не поступило.

Нет, послезнание говорило, что выйдет, и как раз в эти дни. Одно было хорошо, что я как бы заранее предупредил об этом, и поэтому в Плевне уже стояли мы.

— Думаю, Владимир, что он всё-таки придёт сюда. Или в Ловчу. Наверное, решит по ходу, по обстановке? Туркам-османам так и так надо прикрыть и закрыть нашим войскам пути на юг, и места для этого лучше Плевны нет. Хотя, сгодится и Ловча, но оттуда угрозы нашим войскам будет меньше. Так что, Осман-паша сначала придёт сюда и попробует на зуб нас. Хотя, меня, Демьяна и Николая скоро отправят в тыл, так что, это вам тут придётся воевать.

— А другие трое твоих помощников останутся?

— Не знаю, Владимир, это как Иван Фёдорович решит. Но пока Димитрий командир ополченцев, а Коста и Кирилл ему помогают. А так, забирать их с собой я не буду.

— Понятно, Борис. Тогда нам тут тяжело придётся. Я слышал, что у Османа-паши в одном Видине до тридцати тысяч солдат, и, как говорят, отборных. И немало и в Софии, и других местах. Ещё полно и башибузуков, и черкесов. А один полк из бригады Ивана Фёдоровича уже ушёл в эту Ловчу. И дивизион четырёхфунтовок с собой забрал. Ладно, что хоть и нам на опорный пункт одну их батарею дали.

— Нам бы тут, Владимир, больше девятифунтовки подошли. У них и дальность больше, и снаряды, особенно фугасы, мощнее.

— Нет, Борис, их пока направили под Опанец и на холм к мосту. Там тоже начали оборудовать на скорую руку опорные пункты. И уже оттуда они отступят к основному редуту на холме южнее деревни Буковлек. Кавалерия встанет на холмах чуть западнее Гривицы и южнее Плевны. Эскадроны уже начали там собираться. Ну, первый опорный пункт и отсюда слегка наблюдается.

Да, что-то виднелось. Правда, работы там, похоже, всё-таки шли не так быстро, как у нас, и больше копали не окопы и траншеи, а явно глубокие рвы, и сыпали за ними высокие защитные валы. Жаль, что это долго и в нынешние времена не сильно поможет.

— Ну, пусть копают. Лишь бы успеть.

Да, далее мы занялись своими делами, и никто нам не мешал. Взвод подпоручика Любимцева устроил повторные стрельбы, и, вроде, солдаты отстрелялись уже немного лучше. Затем стрелял взвод подпоручика Михасевича, и явно намного лучше. А я вот занялся с ополченцами отработкой перебежек по-пластунски. Даже девушек и женщин не пожалел, погонял от души. Нет, они и в пехотной форме выглядели ничего. Но я был ещё юн, и их прелести меня не сильно интересовали. А вот мои помощники и сами болгары на них сильно заглядывались, и по-другому, чем ранее. Намного заинтересованно. Да, увидели в них совсем других людей.

Поздно вечером и в начале ночи, когда весь личный состав, кроме караульных, отдыхал, я взял Демьяна с Николаем и аккуратно и плотно заминировал подходы к опорному пункту с юга, со стороны расположенной далее холма, являвшейся и выше нашей. Чужие тут никак не должны были ходить, тем более, местные жители. Они к нам и близко не подходили. А в Плевне действовал комендантский час, и местным теперь запрещалось покидать город в западном направлении, само собой, и переходить реку Вит. Хоть мост и был взорван, там явно имелись и подходящие броды. Но поблизости от города они были заминированы. Нет, жители Плевны целый день, небольшими группами, уходили на восток. Явно поняли, что лучше уйти сейчас, чем погибнуть во время боёв.

И другой день у нас оказался полностью занятым. Мы всё копали и копали. А ещё все учились стрелять. Даже личный состав батареи сходил и устроил стрельбы. И все ездовые сделали по три выстрела. И ещё я проверил опорный пункт и после полудня устроил внезапную учебную тревогу. Чтобы все вовремя заняли отведённые им места. Вроде, справились, никто не подвёл.

Но было и тревожно. Оказалось, что после полудня вернулась полусотня казаков и ожидаемо принесла сведения о большой орде башибузуков, в сотни три воинов, собравшихся в верстах сорока к западу от Плевны, в долине реки Искыр, неподалёку от небольшого болгарского селения и моста через реку. И она обнаружила казаков и погналась за ними. Вроде, и два десятка вёрст шла за полусотней? Казаки еле ушли от неё. Правда, они сразу же после возвращения резво засобирались в свою Ловчу. Ну, им же в любом случае надо было выполнять задание командования. Так что, убедятся, что и этот городок в наших руках и поскачут уже в Тырнов. Тем более, оттуда лишь чуть ранее прибыл десяток казаков с донесением, что Ловча успешно взята, а небольшой турецкий гарнизон из пары рот новобранцев пленён. Ещё и захвачено десяток пушек.

Тут нежданно для всех оказалось, что Иван Фёдорович и другие кавалерийские командиры решили, раз бандиты подошли почти к Плевне, попытаться уничтожить бандитов. Чтобы позже не стали нам досаждать. Так что, оставшийся полк был поднят по тревоге. В городе остались лишь пехотные батальон и рота и ещё эскадрон гусар. Ладно, что артиллерийские батареи остались на месте. Правда, для них нужен мост или переправа. А кони реку просто переплывут.

Но всё это меня и наш опорный пункт почти не коснулось. Нет, у нас забрали ещё три десятка повозок с минами и гранатами, а четыре десятка пустых, хотя, с разным имуществом, пригнали. Мы и далее продолжали укреплять наши позиции. Жаль, что не было колючей проволоки, так что, пришлось некоторые места перед ними утыкать деревянными кольями, прежде всего, со стороны Гривицы и с востока, вдоль склона холма. И «чесноки» немного насыпали. Ещё там и некоторое количество «волчьих» ям выкопали. А внизу уже тёк ручей. А ещё я выставил между первой и второй линиями траншей мины. Ну, тут чужие не ходили, так что, ничего страшного.

А так, под вечер мы усиленно занялись метанием гранат. Хоть как, они нас должны здорово выручить. Все пехотинцы и ополченцы их получили. И в артиллерийской батарее создали группу гренадеров из двух десятков казаков. Если что, не пропадём. И уже ночью я опять поставил мины, на этот раз с восточной стороны. Тем более, у меня их было много. Кое-где и растяжки оставил. Надёжнее будет.

— Неужели, Зина, Борис осмелился отправиться на войну?

— Да, Татьяна, Папа так и сказал. Ещё неделю назад Борис как бы прибыл в Зимницу, а потом мог отправиться в какую-то Плевну. Будто полковник Тутолмин, муж его тёти Арины, там воюет. А Папа об этом написали его знакомые военные.

— Похоже, что так? Борис может, он храбрый. Ещё и новые песни написал, жаль, что лишь на русском.

— Да, Татьяна, его «Nuit noire» и «Comme nous etions jeunes» красивые и душевные. Но он не совсем умён. Там же его убить могут! Так что, перестань думать о нём! У нас сколько хороших мальчиков в гостях побывали! И все хотят дружить с тобой!

Глава 20

Глава 20.

Первое испытание?

А утром севернее и западнее Гривицы нежданно для всех сильно загрохотало. На недоделанном опорном пункте кавалеристов вспухли разрывы снарядов. Правда, не особо сильные, но явно не ниже девятифунтовок. А там осталась лишь тыловая обслуга из пары эскадронов — наверное, не более полусотни человек. Ещё копали рвы и сыпали валы примерно столько же мобилизованных болгар. Да, промашка вышла — меня ещё ранее сверлила мысль о турецких батальонах, успевших уйти из Никополя, но и дела закрутили, так и прибытие бригады успокоило. Само собой, и обозники, и болгары, бросив всё, рванули и в Плевну, но это первые, а вторые ринулись уже к нам. Ну, город и сейчас был подготовлен и далее готовился к круговой обороне, и там стояли рота поручика Долгова и эскадрон гусар. Наверняка и батальон майора Позднякова гарнизону города помощь окажет? Да, всё же ожидали нападение с одной стороны, а получили с другой! Ну, ещё ничего не потеряно. К счастью, и турки не спешили. Похоже, что сначала решили сравнить с землёй всё на опорном пункте? Ну, пусть гвоздят там побольше. Зато дадут время нам. Ещё и обслуга, и болгары, хоть и не все, успеют убежать.

А турки, оказалось, с собой и кавалерию прихватили, правда, всё же не регулярную, а башибузуков и черкесов. Но сотни три их было. Так что, после артиллерийского обстрела на опорный пункт резво ворвалась их лава. К счастью, большая часть обозников явно успела уйти, так и болгар тоже. К нам их прибежало четыре десятка.

Тут и сотник Лисицын, конечно, его батарея, сказал своё веское слово. Башибузуков и черкесов, никак не ожидавших этого, сразу же накрыли один за другим облака картечи, а следующим выстрелом, и шрапнели. Ну, тут и я не сплоховал — сразу же после начала обстрела турок сотник получил от меня приказ срочно выдвинуть орудия на позицию поближе к Гривице. Третий залп, четвёртый — бандиты тут же ринулись обратно. Но и артиллеристы, ударив пару раз по едва показавшимся пешим колоннам, тут же поспешили сменить позиции. И так стреляли на пределе дальности. А у турок орудия, похоже, были и помощнее? Уж самим подставляться под их удар не стоило. Надеюсь, что наши укрепления нас всё же не подведут?

А мы все, вдруг поднятые по боевой тревоге, уже попрятались по укрытиям. Далее турецкие снаряды посыпались на наш опорный пункт. Хорошо, что мы окопались основательно. Нет, снаряды всё же куда-то попали, оказалось, что по вновь прибывшим болгарам, не успевшим спрятаться. По двое из них были убиты и ранены. Ещё один снаряд прилетел в траншею, где любопытные женщины вышли посмотреть из блиндажа, что же там творится снаружи. Одна погибла на месте, а другую ожидаемо ранили. Но с нашей стороны было тихо — умелый сотник приказал ответного огня не открывать.