Анатолий Патман – Вот и свела нас судьба (на войне как на войне) (страница 17)

Да, место под Зимницей подходило для устройства переправы. Вообще-то, Дунай тут был и не таким уж широким, наверное, всего лишь в версту. Правый, болгарский берег оказался лесистым, слегка обрывистым и поднимался вверх небольшими уступами. А наверху находился небольшой городок Систово.

Ближе к полудню сублокотенент и его солдаты вернулись. К счастью, в Зимнице имелось немного и румынских войск. Так что, Георге спокойно сходил к своим и уточнил, что тут происходило за прошлые дни. Вот он и рассказал нам последние новости. Да, они были интересными. Русские войска как бы успешно отогнали турок-осман к Никополю и Рущуку, находящихся в верстах пятьдесят к западу и семьдесят к востоку. Как мне вспомнилось, последняя крепость как бы держалась до конца войны. Её, вроде, так и не взяли? Оказалось, что восьмой армейский корпус генерала от инфантерии Радецкого уже как бы полностью находился на болгарской земле. Ну, я сразу же предположил, что он и сейчас пойдёт на Тырново, а затем к Шипкинскому перевалу. Это было как бы главным направлением действий. Сейчас шла переправа войск девятого армейского корпуса генерала-лейтенанта Криденера. Правда, понтонный мост как бы был слегка повреждён, и получилось небольшое замедление. И, да, к счастью или несчастью, как раз вчера первая бригада Кавказской казачьей дивизии во главе с полковником Тутолминым была переправлена на другой берег. Но я пока и не собирался встречаться с Иваном Фёдоровичем. Надо же, а я ведь нисколько не опоздал! Мне надо было лишь найти группу Николая Фёдоровича и самому постараться перейти на другой берег Дуная.

После Георге в Зимницу сходили Димитрий и Коста. Они просто прикинулись жителями какой-то деревни Червения к северу отсюда, прибывшими сюда навестить своих родственников. У них было своё задание. Я ничего не сообщал Георге о группе Николая Фёдоровича, так и мои помощники о ней не проболтались. Жаль, но её в Зимнице не оказалось, и она как бы и не успела прибыть сюда. Вот это было плохо. Без нового оружия мне нечего было делать на другой стороне Дуная. А хоть как раскрываться даже Ивану Фёдоровичу я никак не собирался. Никто, даже самые близкие люди, не должен знать обо мне ничего лишнего! Я и так уже слишком засветился!

Револьверы у нас имелись, но надо было достать и винтовки. Сам я, конечно, таскать её не мог и не собирался, потому что у меня просто бы сил не хватило. Но зато даже Демьяну и Николаю они были в самый раз. И мы ещё и стрелять умели, и неплохо. А уж троица Аркадия вообще являлась готовыми солдатами. Когда я сказал Георге насчёт винтовок, он лишь согласно кивнул.

— Князь Борис, в роте, что стоит в Зимнице, лишние винтовки есть. — Я на это ничего не сказал. Что делать, князь и есть. Так и не дело притворяться меж своими. А с сублокотенентом мы уже пару дней в пути. Как бы неплохо и сдружились. — Даже английские Мартини-Генри, и они не состоят и на учёте. И патроны найдутся. Там служит субофицер Мартин Сабатини, мой хороший знакомый. Он мастер-оружейник, а эти винтовки уже списаны, так как считались неисправными. Мартин их починил, но в роту не сдал. Когда я был в роте, он случайно посетовал, что их некуда сплавить. А русские солдаты вооружены винтовками Крнка. Им они без надобности. Просто его надо немного задобрить, и он выдаст всё необходимое.

Надо же, мне даже воевать придётся за свой счёт! Тут я решил избавиться от трофеев, взятых в Яссах.

— Э, подойдут! — только и сказал унтер при виде пары золотых и четвёрки серебряных украшений. По паре таких и серебряные часы я решил оставить. Нам ведь и время надо знать. — И патронов даст в достатке. Ещё и прочую мелочь.

— Что же, благодарствую, герр Георге. От души! Вот это, — я достал ещё по одному золотому и серебряному украшению, — лично Вам, за хлопоты. Для Вашей супруги. Остальное Вашему другу. Если не хватит, добавлю деньгами.

— Хватит, князь Борис. — И тут унтер сам, сильно удивив меня, сделал предложение, от которого невозможно было отказаться. — Моё отделение может на время поступить в Ваше распоряжение. Локотенент Эмиль дал такое распоряжение. Мы можем сопроводить Вас и Ваших людей до полковника Тутолмина.

Да, этим предложением, ещё не знаю как, надо было всё-таки воспользоваться. Меня одолевали смутные предположения, что если я раньше времени покажусь перед русскими командирами, то они меня тут же арестуют и охотно отправят обратно в Российскую империю. Могут ненадолго и в тюрьму отправить. Позже, конечно, отпустят, но все мои задумки полетят к чертям собачьим!

— Хорошо, Георге, мы можем как-то переправиться на другую сторону? Надо в течение ближайших пары дней. Иначе полковник со своей бригадой уйдёт куда-нибудь в рейд, и я к нему уже никак не доберусь. Тем более, везде будут шастать проклятые турки-османы и башибузуки. — Вообще-то, бригада Ивана Федоровича, скорее всего, будет сначала отправлена под Никополь. А когда она пойдёт к Плевне, уже может быть поздно. — Уж попадать к ним мне не хочется. Мы им и не сдадимся, будем драться до конца.

— Здесь, у Зимницы, мы не переправимся. Все лодки наверняка собраны русскими. Можно выше и ниже по течению, но в пару дней можем и не уложиться. Может, и там лодок не найдём?

Тут мне в голову пришла одна дерзкая мысль.

— А мы, Георге, можем отправиться к переправе как группа лазутчиков из вашей армии? Да, я знаю, что в ближайшее время ваши войска не собираются воевать с турками-османами. На это нужно соответствующее соглашение. Само собой, позже и ваша армия будет воевать с турками-османами, но пока договорённость об этом между Его Величествами не достигнута.

— Можно попробовать, князь Борис. У меня письменный приказ локотенента Эмиля на действия по собственному усмотрению. Вдруг и повезёт? Может, и пропустят? Только вы не являетесь солдатами нашей армии, и у Вас и Ваших помощников нет даже удостоверений личности подданных нашего княжества. А их наверняка попросят.

Тут я облегчённо выдохнул.

— Есть, Георге. Даже настоящие. Не на наши имена, но есть.

И я достал удостоверение одного из главарей и показал его.

— Э, Ион Друцэ из Молдовского княжества, двадцать два года. Настоящее, князь Борис. Может подойти. И на всех имеется?

— На всех, Георге. Нужен лишь какой-нибудь приказ о составе Вашей группы. Если и поймают, то Вам лично и вам всё равно ничего не будет. Даже мне. А вот мои помощники могут пострадать. Но, что делать, придётся рискнуть. Иначе дядя уйдёт в рейд.

— Будет список, князь Борис! Мартин и поможет. Скажу ему, что несколько гражданских решили присоедиться к моей группе и вернуться в Бухарест. А то, мол, здесь стало опасно. Вот он и сходит к своему капитану Драгомиру Калинэску и подпишет.

И предложение Георге меня порадовало.

А так, дале я уже сам, переодевшись в мальчишескую одежду и просто измазав лицо сажей, направился в Зимницу. Буду меньше болтать, чтобы меня не узнали по речи, и всё.

В городок я проник спокойно. Ни один воинский патруль меня не остановил. Ну, да, кто подумает, что один глупый мальчик решил прикинуться партизаном в тылу врага. Хоть тут и свои, но лучше будет, чтобы и они не знали, что я тут.

Надо же, оказывается, у меня и тут имеются знакомые! Я сразу же наткнулся на поручиков Долгова и Лихтенштейна и некоторых их подчинённых. Хотя, ведь их маршевые роты как раз и направили на пополнение пятой пехотной дивизии под начальством генерала-лейтенанта Шильдера-Шульднера. Он обсуждали меж собой, что может их ждать на другом берегу Дуная. Оказалось, что завтра переправа может заработать в полную силу. Так что, завтра или послезавтра они тоже попадут на жестокую войну. И моя память говорила, что потери личного состава и у наших войск будут большими, особенно умерших от ран и болезней, даже в несколько раз больше погибших прямо в боях. Что делать, пока уровень медицины низок во всех странах мира. И в нашей стране тоже. Даже в армии. Лишь бы и самому не заболеть, и не получить ран!

Вот что меня порадовало, так поручики ненароком вспомнили обо мне и Николае Фёдоровиче! И они, оказывается, меня ему уже выдали! Хотя, ничего страшного, немецкий баронет пока остался в Бухаресте. Меня и моего брата здесь нет.

— Вот, Юрий, как хорошо мы добрались из Ясс до Бухареста. Да, хорошие песни князь, хоть и юный, пел. А в эти Фратешты, хоть и рядом, с трудом добрались. И сюда тоже. А снабдить наших солдат едой в достатке снабженцы не подумали! Ладно, что уланы по пути нас догнали и накормили. Что ни говори, гвардия, из самой стотицы! Хорошо их снабдили! Хорошо, что там нам майор Тутолмин попался. Хорошая семья. И его старшего брата, полковника Тутолмина, казаки хвалят. И юный князь молодец! Не побоялся, аж в Бухарест добрался. Может, уже и здесь находится?

— Нет, Григорий, здесь уже вряд ли? Сам же читал этот странный приказ по армии, что князя Бориса Куракина, тринадцати лет, при обнаружении, требуется немедленно взять под арест и сдать в ближайшую военную комендатуру. Так же требуется проверять и мальчиков немецкой национальности, тем более, имеющих титулы. А как узнать, немец он или русский, если просто будет молчать?

Хорошо, что я находился чуть в стороне от поручиков. А то вдруг они решат проверить, немец я или русский.